Глава двадцать девятая
And now I'm walking on my way, all alone, I'm feeling so cold...
Stray kids, "Slump"
(Прим. автора: если хотите прочувствовать как следует, то советую включить вышеупомянутую песню)
«Я сказал, пошли вон! – прокричал Чон, кидая в стену первую попавшуюся под руку кружку.
Чашка встречается с препятствием и разлетается на сотни небольших кусков. Намджун хлопает Мина по плечу и тянет к выходу, заставляя пятиться спиной и с сожалением смотреть на оставшегося сидеть на полу друга, содрогающегося в рыданиях.
Хосок держался. Он старался отвлекаться, практиковался, несмотря на запрет, ходил в тренажерный зал, слушал и писал музыку, вот только эти дневные спокойствие и улыбка ночью превращались в заполняющие легкие рыдания, руки уже давно был исцарапаны до кровавых ссадин и синяков. Хотелось что-то делать, постоянно, даже не спать, круглосуточно заниматься чем-то, чтобы не думать. Просто не думать.
Энергии остается мало, он, кажется, питается одними энергетиками, почти не ест, а за трое суток потерял килограмма три, а то и больше, осунулся и стал похож на скелет. Вот только ничего не меняется.
Несколько секунд назад он думал о том, как бы прогнать друзей, а сейчас в голове опять она.
Длинные волосы, собранные в аккуратный низкий хвост, перекинутый через плечо вперед. Тонкие хрупкие плечики, линии ключиц в вырезе большой футболки, ямочка между ними, нежная мягкая кожа на шее, к которой он мог прикасаться губами, если подойдет сзади. От нее пахло гелем для душа, волосы приятно отдавали чем-то свежим, заставляя голову кружиться. Подбородок с милой ямочкой посередине, пухлые губки, которые она иногда открывала, когда с вниманием слушала, как он что-то говорит. Небольшая родинка на щеке, такая обычная, но щемившая душу своей простотой. Внимательные спокойные глаза, просто смотрящее на него, наблюдающее за каждый действием, иногда округлявшиеся от шока и неожиданности, когда он мог всего лишь склониться к ней, чтобы рассмотреть родинку или собственное отражение в ее глазах, на дне черных зрачков, моментально расширявшихся, стоило ему показаться. Слишком романтично, розово и плаксиво было бы говорить, что в этих глазах он видел целый мир и свою жизнь в нем. Вот только это было действительно так, и теперь, без этих глаз он потерял себя. Он остался там, в ее взгляде, и сейчас на полу валяется и рыдает невероятно жалкая оболочка, всего лишь тело, которое не способно ни на что. Грязное, отвратительное, ничтожное...
Громкий крик огласил всю квартиру, в которой он остался один.
Пустота и тишина не только в квартире, но и в душе наступили ближе к утру.
Вытерев опухшее от слез лицо футболкой, пропахшей потом, Хосок, пошатываясь, встал и сделал несколько шагов в сторону ванной.
Нужно привести себя в порядок, скоро приедет Чимин, чтобы отвезти его к врачу...»
- Т/и, - Хосок покачал головой и снова притянул меня к себе, крепко обняв и гладя по голове. – Может, уже пора? – тихонько шепнул он мне на ухо.
- Нет, еще не время, к сожалению, - попыталась я покачать головой, но сделать это было сложно. Кажется, мои слезы и сопли теперь останутся на рубашке Хо...
- Почему?
- Он не поверит, что я тут ни при чем, а если поймет, что я для него что-то сделала, то тут же откажется от этого. Он справится и не станет этого делать, я верю, - выбравшись из рук айдола, я снова глянула на текст новой главы на сайте и заблокировала телефон.
-Чем чаще ты смотришь туда, тем чаще плачешь, Т/и... Мне это не нравится.
- Я не могу не смотреть. Боюсь пропустить тот момент, и он уйдет безвозвратно, тогда я вообще ничего не смогу сделать! – я кинула телефон на кресло рядом и провела руками сквозь волосы, слегка массируя пальцами.
Реальный Хосок снова крепко обнял меня, взял в руку мои холодные ладони.
- Ты все сможешь. Он справится, я в этом уверен, станет счастлив, как и я.
Просидев так минут пять, Хосок тяжело вздохнул.
- Тебе надо идти, я угадала?
- Ты меня хорошо знаешь. Работа не может ждать, - печально пожав плечами, ответил Чон, целуя меня в макушку и тут же прижимаясь носом. – Я завтрак приготовил, поешь как следует, солнце.
- Солнце – это ты, - сообщила в ответ, чмокнув парня в щеку, заставляя улыбку-сердце появится на его лице.
- Я надеюсь, что ты встретишь меня с работы поевшая, отдохнувшая и с широкой улыбкой на лице.
Это самое лицо взяли в руки и сделали так, чтобы губы сложились рыбкой. Улыбка Чона стала еще шире, в то время как я попыталась возмутиться таким манипуляциям с его стороны, однако нас перебил звонок в дверь. Чон нахмурился и посмотрел в сторону коридора.
- Кто в такую рань? – поймав мою руку, он потянул за собой и посадил за стол на кухне, прежде чем пойти открывать незваному гостю.
- Утро, - поздоровался хмурый Тэхен.
- Доброе, - Чон распахнул дверь пошире и пропустил мимо себя младшего. – Что-то случилось?
- У меня кое-что для Т/и, - похлопав по рюкзаку, сообщил Ким и направился ко мне. Разговор их хоть и был тихим, все было слышно, поэтому на взмах руки от Тэ я лишь слабо кивнула.
- Пока ты не исчезнешь окончательно из его жизни, он не успокоится, - больше устало, чем печально, произнес Ким, хватая кружку Хоупа и выпивая половину. – Блин, это кофе...
- Я что-то оставила там?
В ответ на мое удивление, Тэхен перестал морщиться и плеваться, расстегнул рюкзак и вытащил мою игрушку-кота.
- Я забрал ее, пока он не успел добраться. Слышал, что она важна для тебя, но не знаю, что он сделал бы – уничтожил бы или стал бы молиться на этого кота.
Грустная морда рыжего старого кота легла на поверхность стола, глядя на меня черными глазами-бусинами. Взяв игрушку в руки, подняла вверх будто настоящего и заглянула в эти самые глазки.
- Нам пора, - Хосок погладил мое плечо и чмокнул в щеку, пожелав повеселиться и хорошенько отдохнуть. Стоило двери за ним захлопнуться, как я снова посмотрела на своего давнего друга.
- Мам, пап... Я скучаю. Столько всего происходит, столько всего произошло... Я... - глаза тут же стали влажными, стоило вспомнить все, что случилось с тех пор, как я последний раз видела любимую игрушку. – Я устала. От меня и моих действий зависит жизнь одного очень хорошего человека. Он сейчас... - я не сдержала всхлип. – Сейчас он просто скачет на канате над бездной, он стал настоящим психом после того, как я ушла, но я никак не могу ему помочь. Если появлюсь, то станет еще хуже. Пусть он снова оскорбит меня, да хоть ударит – я стерплю. Но ему от моего появления станет гораздо хуже, и я боюсь, он не удержится. Ему невероятно больно сейчас, он на грани жизни и смерти, что уж говорить про нервный срыв...
Мам...
Я не знаю, что мне делать...
/я просто надеюсь, что вы не рыдаете, как это делала я, пока писала...