Глава 4
Еще один рабочий день подошел к концу. Такой же, как все предыдущие, ничего особенного. Снова громкие возмущения Марины по поводу зависшего компьютера. Все как всегда, ничего не меняется. Зазубренные фразы, покрасневшие от постоянной работы за компьютером глаза.
-Пока, рыжик, - Оксана легонько коснулась губами моей щеки на прощание, от чего, я как обычно легонько сморщила нос. Снова эти излишние нежности.
ВСЕ КАК ВСЕГДА. Изо дня в день…
Стоя на морозном ветру у входа на работу, я сжала плечи, надеясь, что это поможет мне согреться. Все еще мокрые ноги постепенно сводило от холода. Пора домой.
Снова в эти серые стены, где из окна открывается лишь вид на серый город, небо которого заволокло серыми тучами. Все вокруг такое серое… Я поежилась. Неужели меня всю жизнь будет преследовать этот отвратительный цвет? Цвет моей такой же серой, как все вокруг фамилии…
Я глубоко вздохнула.
-Что будем делать сегодня, Серая? - обращаясь к самой себе, я брела вдоль по улице.
Собственно, выбор стоял не такой уж и большой. Предаться своим любимым занятиям, то есть: вернуться домой, лечь на любимую кровать и испепелять взглядом потолок, пытаясь, наконец, уснуть, избавившись хоть ночью от этого омерзительного серого цвета.
Ночью все вокруг черное и мне, действительно это нравится. По крайней мере, все же лучше, чем серый.
А сны? Мне не снятся сны. Вот уже почти два года я вижу лишь черный туман во сне. Ничего больше. Наверное это и к лучшему… Вдруг мои сны были бы такими же серыми, как все?
-Ну что ж, любимая кровать или поход к родителям? - снова произнесла я вслух, заставив проходящего мимо меня парня, недоуменно посмотреть в мою сторону.
Парень с серыми глазами. Нет, ну что, этот мир действительно надо мной издевается?
Я распустила свои ярко рыжие волосы. Хоть что-то приносило моему серому настроению яркий, теплый оттенок радости.
Этот рыжий цвет, мой природный. Я ни разу не красилась и, пожалуй, в ближайшее время не собираюсь точно. Я слишком люблю цвет своих волос. Хотя бы за эту прекрасную наследственность я могу благодарить своих родителей.
-Вот и решили, - мои мысли сами вывели меня на нужное решение. Я давно не была у родителей. Пора бы, наконец, навестить их.
-Кто там? - послышался голос мамы.
Вот уже много лет назад, дверь этой квартиры поменяли на новую, с глазком, для возможности видеть пришедшего. К сожалению, мама так и не привыкла пользоваться этим потрясающим творением человечества, продолжая спрашивать каждого, кто приходит в этот дом.
-Это я, мамуль, - произнесла я. Уголки губ немного поползли вверх. Все же некоторые неизменные вещи могут даже порадовать теплыми воспоминаниями.
Быстро щелкнул ключ в двери, затем засов, потом цепь. В голове прокручивались эти четко отрепетированные за многие годы манипуляции.
Дверь открылась. На пороге стояла мама, немного устало улыбаясь. Казалось, бы, я видела ее утром во сне, но сейчас, видя эту миниатюрную, хрупкую фигурку, смотрящую на меня чуть снизу вверх, я не смогла сдержать эмоций и прильнула к маме.
Недолго колеблясь, мама сильно обхватила меня руками. Так тепло! Рыжие волосы падали мне на глаза, но маленькая ручка мамы, лихо заправила непослушную прядь за ухо.
-Что-то случилось, рыжик? - спросила мама, отстранившись, чтобы внимательно изучить мое лицо.
-Нет, что ты! Все хорошо, - бодро ответила я, избавляя свои босые ноги от мокрых кед.
Чего же я ждала? Я почти никогда не любила проявлять нежные чувства, да и приходила в эту квартиру в последнее время довольно редко.
-Мамуль, можно я надену твои теплые носки? - крикнула я, уже готовившей что-то на кухне, маме.
-Конечно! Они все там же! - словно читая мои мысли, сразу добавила она. Я лишь молча кивнула, хотя никто этого все равно не увидел.
-Ого, привет, дочка, - папа зашел на кухню, прерывая наши уже довольно долгие разговоры с мамой.
-Что-то ты поздно сегодня, снова, - мамино настроение мгновенно погасло. Папа лишь закатил глаза, словно не заметил, что мама тут вообще присутствует и подсел ко мне
-Как твои дела, дочка? Как работа? Ты перестала даже денег просить, тебе точно ничего не нужно? - недоуменно хлопая глазками, я какое-то время пыталась собраться с мыслями. Что происходит между ними?
-Да все хорошо, я справляюсь, - немного неуверенно ответила я, продолжая изучать лица родителей. Такие непривычно холодные друг к другу.
Где та любовь, что жила между ними больше 20 лет? Где то тепло, которое так заражало меня всегда.
Даже светло оранжевые обои кухни, казалось, поблекли. Неужели и их отношения заволокли серые тучи?
Я пыталась не заплакать, что-то словно нахлынуло на меня, хотелось рыдать, словно маленький ребенок.
Мама демонстративным движением поставила тарелку с супом прям перед папой, уходя в другую комнату.
Я все так же, молча, испепеляла взглядом обои.
-Подожди минуточку, солнце, я сейчас вернусь, - сказал папа, довольно теплым тоном, пытаясь скрыть нотки злости.
Я безучастно кивнула, провожая папу в соседнюю комнату. Закрыв за собой дверь, папа скрылся из виду.
Какое-то время я почти ничего не слышала. На секунду я даже представила, как папа подошел к маме, стоящей у окна, приобнял ее и прошептал на ухо извинения и что-то, что всегда могло рассмешить маму.
Я не раз наблюдала такую картину, когда была маленькая. И всегда поражалась их способности легко обходить долгие ссоры и конфликты.
Болтая ногами, словно маленькая, я натянула улыбку, ожидая возвращения помирившихся родителей.
-И так каждый день! - воскликнула мама. В голосе слышались… слезы?
Я стукнулась коленкой об ножку стола, негромко выругавшись.
-Ты можешь хоть при дочери не устраивать мне эти сцены? Изо дня в день ты начинаешь меня пилить! Мне это так сильно надоело! Да ты представить себе не можешь!.. - папа рыкнул, через мгновение, с невозмутимым лицом, вернулся ко мне.
-Ну так как на твоей работе дела? - спросила папа, словно ничего и не произошло.
-Да все хорошо… пап, я пойду, наверное, - я встала со стула, неуверенно пятясь к выходу.
-Но мы же даже почти не посидели, - протянул папа, внимательно изучая мое лицо.
-Я просто правда очень устала сегодня на работе, - выдавила я.
-Ну хорошо, дочурка… Тебя проводить до выхода? - папа собирался встать, чтобы пойти со мной.
-Нет, я сама выйду. Ты кушай лучше! приятного аппетита... - я резко развернулась на 180 градусов, направляясь к выходу.
Задержавшись на секунду у двери, за которой раздавались тихие всхлипы мамы, я неуверенно сжала ручку в ладони.
-Раз, два, три, - произнесла я шепотом, входя внутрь. - Мам! - всхлипы прекратились, мама быстрым движением вытерла скатившуюся слезу и улыбнулась.
Неужели она и правда думает, что я ничего не заметила.
-Я, наверное, пойду, - неуверенно переступая с ноги на ногу, произнесла я.
-Уже? - резко спросила мама удивленным голосом.
-Да, просто… Устала сегодня, я уже говорила, день выдался тяжелый, - снова повторила я свою отговорку.
-Хорошо, рыжик. - быстро оказавшись рядом со мной, мама крепко обняла меня. Я даже не стала отстраняться, сейчас ей было это действительно необходимо.
Иногда, обнимая человека, чтобы утешить его, я представляла, как его горе, проходя через меня, растворяется и исчезает. Мне действительно всегда нравилось верить в это маленькое волшебство.
Вот и сейчас, пропуская через себя мамины слезы, я действительно чувствовала, как эта печаль, переходит от нее, ко мне, заполняя все внутри чем-то противным… Серым.
Почувствовав, как мама заметно успокоилась, я отстранилась.
-Мне пора, - быстрым шагом преодолев квартиру, я натянула на ноги свои мокрые кеды, поверх толстых маминых носков и, схватила с крючка плащ, - Пока. Я вас люблю, - быстро выпалив первые слова, что пришли в голову, я вышла из квартиры, захлопнув за собой дверь.
Серые ступеньки одна за другой ускользали из-под ног. Серый асфальт. Серое небо….
Даже не заметив, как я дошла до своей квартиры, я закрыла за собой дверь и, скатившись на пол, закрыла глаза руками.
-Сколько можно? Я устала! - твердило что-то внутри меня.
Рыжие волосы щекотали ладони, но не приносили такого привычного облегчения.
Лишь одно могло спасти меня сейчас от серого уныния, от которого я так старательно всегда пыталась убежать…
Горячая, наполняющая каждую клеточку тела, бесцветная вода. И такой же бесцветный, подавляемый черным туманом темноты, долгожданный сон.