«условия»
Я закрыл страницу слишком резко. Бумага хрустнула-как будто сопротивлялась, не хотела, чтобы я останавливался именно здесь. Но я быстро расправил лист-на ней был твой красивы почек. Это единственное, что осталось от тебя в моей жизни.
«Игра». Ты так это назвала. Смешно, Милена. До боли смешно. И мне не жалко тебя-мне жаль. Жаль, что ты так быстро сдалась.
Меня тошнило не от Омели. Его тип слишком узнаваем, слишком банален. Меня накрыло от другого-от того, как спокойно ты в это вошла.
Как аккуратно, как расчётливо. Как будто у тебя уже не осталось ничего, кроме ума и выдержки. Я перечитал абзац, где ты пишешь, что «не смотришь на меня, поэтому я верю».
Чёрт. Я действительно поверил тебе. Я был слишком ослеплен тобой. Я не знаю, что на меня нашло тогда. Я не знаю, зачем я катался в этот клуб ради мимолетных встреч с тобой. Зачем я искал тебя там.
Мне хотелось встать, поехать в тот чёртов клуб, найти человека, которого уже не существует, и ударить его. Не за тебя даже-за себя. За то, что я был нужен как инструмент.
Но сильнее злости было другое. Стыд. Ты не просила спасти тебя. Ты просто использовала единственное, что у тебя оставалось-меня. И я сам шагнул в это, потому что хотел быть рядом. Хотел вытащить тебя. Черт, я мечтал о семье с тобой, о детях. Может если я продолжу читать дальше, то я пойму тебя. Хотя нет, не уверен. Даже если я позвоню тебе после того, как дочитаю все это-ты не возьмешь трубку. Я знаю, что у тебя новая жизнь, ты начала все с чистого листа. Мне нет места.
Я отложил письмо. Не потому что не мог читать. А потому что понял: я помню, что будет дальше. От этого больнее.