бессмертная лучница|Минхо/ОЖП

После обеда Глэйд выглядел странно. Не так, как обычно. Люди работали. Строители таскали доски. Повара возились возле кухни. Бегуны готовились к завтрашнему выходу,но никто не смеялся. Словно над всем лагерем повисло что-то тяжёлое. Мы с Чаком сидели в лесу, точа стрелы. Получалось плохо. Потому что мысли постоянно возвращались к Бену.

— Думаешь, он поправится? — вдруг спросил Чак, будто прочитав мои мысли.

Я подняла голову.
— Не знаю.

— Все говорят разное.

— Потому что никто ничего не знает.

Чак нахмурился.
— Мне его жалко.

— Мне тоже.

На несколько секунд повисла тишина. Потом со стороны Мед-блока появился Ньют. Шёл быстро, слишком быстро. Я сразу поняла, что что-то случилось. Он остановился возле нас. Посмотрел сначала на меня, а потом на Чака. И почему-то тяжело выдохнул, и мне это совсем не понравилось.

— Что произошло?

Ньют провёл рукой по волосам.
— Совет принял решение.

У меня внутри всё сжалось, стрелы выпали из рук, и до сих пор не зажившая рана на руке начала дико болеть.
— Какое решение? Какой еще совет? — сквозь зубы произнесла я.

Ньют молчал пару секунд, будто подбирал слова.
— Бена изгоняют.

Мне показалось, что я ослышалась.
— Что?

— Сегодня вечером.

Чак резко вскочил на ноги.
— Вы серьёзно?!

— Чак...— выставил руки вперед Ньют.

— И никто ничего не может сделать? —уже вскочила я.

— Лирис.

— Нет, серьёзно. Просто взять и выгнать его?

Ньют выглядел так, будто хотел оказаться где угодно, только не здесь.
— Это решение Совета.

— Совета, на который нас даже не позвали? — резко спросила я.

Он замолчал. Вот теперь стало обидно по-настоящему. Не просто из-за Бена, из-за всего.
— Мы тоже живём здесь.

— Я знаю.

— Тогда почему нас никто даже не спросил?

— Потому что вы не хранители.— так спокойно сказал Ньют, что это взбесило.

— Отлично! — подняв руки вверх, выдохнула я. Я горько усмехнулась.

— Значит, когда нужно работать, рисковать и делать всё вместе - мы часть Глэйда. А когда решают судьбу человека - нет?

— Всё не так просто.—взялся за голову уже Ньют.

— Очень похоже, что именно так.

Чак стоял рядом, сжав кулаки.
— Бен был моим другом. — тихо сказал он.
И почему-то именно эта фраза ударила сильнее всего.

Ньют закрыл глаза на секунду.
— Он был другом для многих.

— Тогда почему никто его не защитил?! — голос Чака сорвался. Несколько проходивших мимо глэйдеров обернулись.
— Почему все просто согласились?!

— Не все согласились.— пытался убедить Ньют.

— Тогда почему его всё равно выгоняют?!

— Вы не понимаете, — тихо сказал он.

— Тогда объясни.

— Если Бен снова нападёт на кого-нибудь?

— Он болен!—не выдержал опять Чак.

— А если убьёт кого-нибудь?

Мы замолчали. Ньют провёл рукой по волосам.
— Вы думаете, мне нравится это решение?

Мы молчали.

— Тогда перестаньте смотреть на меня так, будто это я его придумал. Словно я стоял там, и первым поднимал руку при огласке его судьбы.— на одном дыхании выпалил Ньют.

На секунду стало стыдно. Совсем немного.
Потому что выглядел он действительно паршиво, но легче от этого не становилось.

— Всё равно это неправильно, — пробормотал Чак, шмыгая носом.

— Возможно.

— Возможно?!

— Чак.—окликнул громко его Ньют, но Чак не унимался.

— Он там один сидит в Мед-блоке, ему плохо, он не может ничего поделать!

Ньют отвёл взгляд. И это было хуже любого ответа. Потому что сразу стало понятно: он тоже об этом думал, и видимо постоянно.
— Я должен идти.— сказал он наконец.

— Конечно.— ответила я слишком резко.

Ньют посмотрел на меня, потом на Чака. Будто хотел что-то добавить, но передумал.
И ушёл. Мы остались вдвоём. Несколько секунд никто не говорил ни слова. Где-то вдали сидели Глэйдеры, говоря о своем.
Глэйд жил своей жизнью. А Бен в это время ждал этого момента. Ждал момента, когда его выведут за ворота.

— Ненавижу это место.— тихо сказал Чак.

Я посмотрела на него.
— Не говори так.

— А как говорить?
Он резко повернулся ко мне.
— Сегодня это Бен. А завтра кто?

Я не знала.И именно это пугало больше всего.
Потому что впервые за всё время в Глэйде я почувствовала не страх перед Лабиринтом,
а страх перед людьми, которые решают чужие судьбы.

После этого разговора настроение окончательно испортилось. Я пыталась заняться делом. Даже сходила на короткую тренировку,но я была слишком взвинчена.
Стрелы летели куда угодно, только не в мишени. В итоге я бросила все стрелы и сам лук. Я остановилась возле старого дуба на краю леса и медленно опустилась на землю.
Вокруг было тихо.Настолько тихо, что я слышала собственное дыхание. И это оказалось последней каплей. Сначала выступили слёзы, потом одна всё-таки покатилась по щеке, потом ещё одна.
А дальше я уже не могла остановиться. Я закрыла лицо руками.

Перед глазами снова стоял тот сон. Белые коридоры,стекло, люди в белых халатах, маленькая девочка с моим лицом. Я даже не знала, почему это пугает меня настолько сильно. Может потому что это было слишком реально. Может потому что часть меня уже начинала верить, что это не просто сон. А ещё был Бен. Бедный Бен.
Ещё вчера он сидел за ужином вместе со всеми, а сегодня его собирались выгнать за ворота на верную смерть. И никто ничего не мог сделать. Я резко вытерла глаза - бесполезно. Слёзы всё равно продолжали течь.

— Дерьмо...—голос прозвучал совсем тихо, сломанно. Я уткнулась лбом в колени.
Впервые за долгое время мне было страшно.
Не гриверов,не Лабиринта, не Галли, будущего. Того, что я могу вспомнить.
Того, кем я была раньше. И того, что однажды со мной может случиться то же самое, что и с Беном.

**Минхо**

Я шёл вдоль деревьев, пытаясь проветрить голову после Совета. Настроение было дерьмовым. Все эти разговоры про Бена, Томаса, изгнание уже сидели в печёнках.
После Совета настроение было таким, что хотелось послать весь Глэйд куда подальше.
Даже спорить ни с кем не хотелось, а это уже о многом говорило. Я шёл вдоль леса, пытаясь хоть немного привести мысли в порядок. Не получалось. Перед глазами постоянно стоял Бен, его крики,его взгляд. Мы с ним были очень близки. С момента, как Бен появился в Глэйде, с момента, как я его назначил бегуном. С этого всего прошло два года. Два года, как мы всегда были рядом. Я даже и представить не мог, что это все в целом произойдет. Но в итоге, это все произошло. Только еще страшнее, что это произошло с моим близким другом. Дерьмо.
Я пнул какой-то камень и свернул между деревьев. Лишь бы никого не видеть. Лишь бы побыть одному. Тогда я и услышал тихий всхлип. Сначала решил, что показалось
Я нахмурился. Потом услышал снова. Всхлип. Я нахмурился и пошёл на звук. Через несколько секунд я увидел её. Лирис сидела под деревом, подтянув колени к груди. Я замер. Потому что никогда не видел её такой. Она всегда спорила, огрызалась, закатывала глаза, бесила половину Глэйда. Но не плакала.Она всегда как будто держит всё под контролем даже когда весь Глэйд против неё, я постоял секунду и выдохнул, потому что честно не знал, что делать, но я все же подошел:

—Лирис? — тихо сказал я. Она резко дёрнулась и быстро вытерла лицо, будто это что-то изменит.

—Уходи. —хрипло бросила она, не глядя.

—Нет.— ответил я сразу, даже не думая, и сел рядом, потому что стоять и смотреть на это было ещё хуже. Она усмехнулась, но это была не та усмешка, которая у неё обычно

—Минхо.— сказала она тихо, как будто это должно было меня остановить.

—Нет.— повторил я, и она замолчала, просто уставилась в землю.

—Всё разваливается— выпалила она, голосом, который я у неё и не слышал раньше, и это заставило меня встревожиться.

—Что именно? — спросил я,хотя и так понимал ответ.

—Бен, сны, Томас, этот Глэйд, всё,— она сжала пальцы так сильно, что костяшки побелели.
—Я не понимаю, что происходит.
—Мне страшно.— добавила она почти шёпотом, и я на секунду просто завис, потому что это слово от неё звучало будто бы неправильно.

—Мне тоже. — ответил я наконец, без шуток и без привычного сарказма, и она резко подняла на меня взгляд, будто проверяла, не вру ли я, я чуть выдохнул и добавил:
—Я бегаю по Лабиринту каждый день, и думаешь, мне весело там внутри. — сказал я и усмехнулся криво.

—Ты не выглядишь так.— она посмотрела мне в глаза, и это заставило меня вспомнить ту ночь, когда все вокруг казалось особенным. Я пытался соблюдать спокойствие.

—Потому что если я буду выглядеть так, как чувствую, здесь все с ума сойдут. — ответил я и слегка наклонился ближе. Потом просто приобнял её за плечи. Без пафоса и без лишнего, просто чтобы она не сидела одна в этом состоянии. Она сначала напряглась, но не отодвинулась, и это уже было достаточно странно.

—Ты не обязана это всё тащить одна, здесь и так хватает идиотов, чтобы ещё и ты себя добивала.— добавил я и слегка усмехнулся. Она фыркнула сквозь слёзы, но уже не так сломано.

—Это ты меня сейчас идиоткой назвал.—пробормотала она.

—Почти забота.— ответил я.

—Ты ужасный.— сказала она уже чуть живее.

—Я знаю.— я смотрел на неё. Солнечные лучи добавили еще больше красоты её внешности. Она будто была первой расцветившей листвой весной, сразу же после зимы.

—Мне снилось... что я была не здесь.—вдруг сказала она.

—Где?— спросил я, и нахмурился.

—Белые стены, люди, и девочка... похожая на меня, очень.— она замолчала на секунду.
—Она сказала, что я вспомню.— добавила она, и у меня внутри это неприятно щёлкнуло, потому что это уже звучало слишком знакомо для всего, что сейчас происходит.

—Пойдём.— сказал я после паузы.

—Куда.— спросила она.

—Обратно, пока Чак не решил, что тебя утащил Лабиринт.— ответил я и поднялся, она впервые за весь этот вечер нормально улыбнулась.

—Он уже придумал худшее.— сказала она.

—Он всегда так делает.— ответил я и протянул ей руку.

Мы пошли обратно к Глэйду, где уже слышались голоса и шум кухни, как будто ничего не случилось, и это было самое дерьмовое в этом месте, что всё всегда выглядело нормально ровно до момента, пока снова не начинало разваливаться.