Петля одержимости

​Марк протянул свою огромную ладонь, намереваясь коснуться ее щеки, но Арина среагировала быстрее. На прикроватной тумбе стояла тяжелая стеклянная ваза с водой. Девушка резко схватила ее и, вложив в удар всю свою силу, замахнулась.
​— Назад! — закричала она.
​Ваза с грохотом разбилась о выставленный локоть Марка. Осколки разлетелись по комнате, вода брызнула ему в лицо, а один из острых краев задел его предплечье, оставляя алую полосу. На мгновение он замер, удивленно глядя на капающую кровь.
​Арина не стала ждать. Она нырнула под его рукой, пользуясь своей миниатюрностью, и со всех ног бросилась к приоткрытой двери. Сердце колотилось в горле, в голове пульсировала только одна мысль: «Бежать! Бежать в лес, куда угодно, только не оставаться здесь!»
​Она вылетела в длинный коридор, отделанный темным деревом. Ноги скользили по паркету, но она не сбавляла темп. До лестницы оставалось всего пара метров, когда сзади раздался не крик, а тяжелый, размеренный смех, от которого по коже поползли мурашки.
​— А у тебя есть зубки, зайка... — прорычал он. — Мне это даже нравится!
​Раздался тяжелый топот. Марк, несмотря на свою массу, двигался пугающе быстро. В два огромных прыжка он сократил дистанцию. Арина почувствовала, как мощная ладонь обхватила её талию, буквально отрывая девушку от пола.
​— Пусти! Урод! Не трогай меня! — Арина отчаянно забилась, ударяя его кулаками по железным плечам и пытаясь укусить за руки.
​Марк легко, словно она была пушинкой, прижал её спиной к своей широкой груди, фиксируя её руки одной своей рукой.
— Ш-ш-ш, — выдохнул он ей прямо в ухо, и она почувствовала жар его дыхания. — Ты только что сделала себе больно, Арина. Теперь мне придется запереть тебя по-настоящему.
​Он понес её обратно в комнату, и как бы она ни брыкалась, его хватка была непоколебимой, как стальной капкан.Марк занес её в комнату и, несмотря на сопротивление, усадил на край широкой кровати. Он придавил её плечи своим весом, заставляя замолчать одним лишь взглядом — тяжелым, доминирующим, но странно спокойным.
​— Сиди. Тихо, — бросил он коротким, не терпящим возражений тоном.
​Арина тяжело дышала, её черные волосы растрепались, а в глазах застыли слезы ярости. Она была готова к удару, к крикам, к чему угодно, но только не к тому, что последовало дальше.
​Марк вышел на минуту и вернулся с аптечкой. Он опустился на пол перед ней, прямо на колени. Из-за его огромного роста и мощного телосложения даже в такой позе он не казался слабым — скорее, он напоминал огромного пса, который временно спрятал клыки.
​— Ты порезалась, когда разбила вазу, — глухо произнес он, игнорируя глубокую царапину на собственном предплечье, из которой все еще сочилась кровь.взял её маленькую ладонь в свою огромную руку. Его пальцы были мозолистыми и грубыми, но касались её кожи с пугающей осторожностью, словно она была сделана из тончайшего фарфора.Он аккуратно протер антисептиком небольшой порез на её запястье. Арина шикнула от боли и попыталась отдернуть руку, но он зафиксировал её пальцы, не давая пошевелиться.Марк поднял глаза. С такого расстояния она видела в его карих глазах не только одержимость, но и странное, больное обожание.Когда он закончил с ней, Арина, сама того не ожидая, прошептала:
​— У тебя... у тебя тоже кровь. Тебе должно быть больно.
​Марк посмотрел на свою руку, на глубокий порез от стекла, и лишь слегка усмехнулся, обнажая ровные зубы.
— Это мелочи. Ради того, чтобы ты была здесь, я готов на раны и похуже. Главное, чтобы на тебе не было ни царапины.
​Он наклеил пластырь на её руку и, прежде чем встать, внезапно прижал её ладонь к своим губам. Этот жест был настолько интимным и неуместным в данной ситуации, что Арину прошиб холодный пот.
​— Почему ты это делаешь? — выдохнула она. — Ты похитил меня, запер здесь... Зачем эта забота?
​Марк встал, снова превращаясь в ту огромную скалу, которая перекрывала ей путь к свободе.
— Потому что ты — самое ценное, что у меня есть. А за своими вещами я привык ухаживать очень тщательно. Отдыхай, зайка. Скоро ужин.
​Он вышел, и на этот раз Арина услышала отчетливый щелчок замка с той стороны.Арина осталась одна в звенящей тишине комнаты. Она смотрела на пластырь на своем запястье и чувствовала, как внутри все сжимается от противоречивых чувств. Его забота была неправильной, пугающей, но она дала ей важную подсказку: Марк не хочет причинять ей физическую боль. Это был его слабый пункт.
​«Если я буду бросаться на него с вазами, он просто закроет меня в подвале, — подумала она, вытирая слезы рукавом. — Мне нужно стать той, кому он захочет доверять».
​Когда через пару часов ключ снова повернулся в замке, Арина не вскочила. Она осталась сидеть на кровати, обхватив колени руками, выглядя максимально хрупкой и потерянной.