Траур
Объявляется траур. В шестой серии третьего сезона погиб Хоакин ДеСантос. Боюсь, вернуть его уже не под силу никому.
Я могла бы исписать тысячи блокнотов оскорблениями в сторону сценаристов, но делать этого не буду, потому что просто нет сил.
Буду ли я продолжать помнить Хоакина? Буду. Более того, я буду ВЕРИТЬ, ЧТО ОН ОЖИВЕТ, хотя это и невозможно.
Мы.
Будем.
Помнить.
О чем?
Об их первом поцелуе — страстном, безрассудном, полном печальных последствий.
О кинотеатре, где они впервые встретились.
О горькой улыбке Кевина, когда ДеСантос уезжал.
О «Я буду скучать, Preppy»
О тюрьме, где беспомощный подросток с ранимой душой... сдался. Где его сломили, и он... Он потерял оставшуюся человечность. Его души разбили, растоптали и выбросили, не оставив ничего.
О его желании быть, как все. О многочисленных ошибках, которые он делал, чтобы остаться в живых.
О препятствиях, которые преграждали ему путь к счастью, и которые он так и не смог преодолеть.
О предательствах, которые он мечтал забыть.
О его вечной жизни под покровами улицы, где ты просто не имеешь право на выбор. На выбор между жизнью и смертью.
Потому что понятия «жизнь» в принципе не существует.
И, возможно, где-то далеко... очень, очень далеко... Хоакин сидит на мягком диване у экрана телевизора, на его коленях лежит сопящий Кевин, мягко улыбающийся во сне, и Змей осознаёт, наконец, что его правда кто-то любит.
Мы будем помнить о том, что в нашей Вселенной он жив.
Он не мертв.
Он не потерян.
Он живет не в страхе.
Он любим.
Не забывайте его, черт возьми.
Никогда не забывайте Хоакина ДеСантоса.