Глава 15
Утро началось совершенно обычно.
По крайней мере, так казалось всем вокруг.
Девочки собирались на съёмку, кто-то спорил за зеркало, кто-то искал потерянную заколку, кто-то уже пил кофе на кухне.
Только Адель с самого утра была раздражена.
Потому что Майя опять избегала её.
Нет, не буквально.
Она всё ещё здоровалась.
Всё ещё улыбалась.
Даже всё ещё называла её своим дурацким «ангелочком».
Но что-то изменилось.
Сильно.
Будто между ними вдруг выросла стена.
И только Адель её замечала.
За завтраком Майя сидела и разговаривала пот телефону с Еленой и обсуждала какие-то рабочие вопросы.
Во время подготовки к испытанию разговаривала с операторами.
После испытания долго беседовала с Катей.
Потом с Настей.
Потом ещё с кем-то.
Со всеми.
Кроме Адель.
И это бесило до невозможности.
Особенно потому, что ещё несколько дней назад всё было иначе.
Намного иначе.
⸻
Испытание прошло спокойно.
Психологическое.
Девочки рассказывали истории из прошлого.
Говорили о страхах.
О семьях.
О боли.
О том, что хотят изменить.
Адель почти ничего не слышала.
Она постоянно смотрела туда, где за камерами стояла Майя.
И каждый раз замечала одно и то же.
Майя словно специально не смотрела на неё.
Будто избегала даже взгляда.
⸻
Вечером настроение у Адель окончательно испортилось.
Она сидела на диване и молча листала что-то в телефоне.
Рядом устроилась Саша.
— Вы поссорились?
— Кто?
— Ты и Майя.
Адель даже не подняла головы.
— Нет.
— Врёшь.
— Саша.
— Да ладно. Даже слепой заметит.
Адель резко поднялась.
— Отстань.
И ушла.
Потому что хуже всего было то, что Саша оказалась права.
Она тоже заметила.
Все начали замечать.
⸻
Позже вечером Адель наконец нашла Майю одну.
На кухне.
Та сидела за столом с ноутбуком и что-то печатала.
Спокойная.
Собранная.
Будто ничего не произошло.
— Нам нужно поговорить.
Майя подняла глаза.
— Конечно, ангелочек.
От этого прозвища Адель почему-то стало только хуже.
— Не называй меня так.
Майя удивлённо приподняла бровь.
— Хорошо.
— Что происходит?
— Ничего.
— Опять ничего?
— Потому что ничего и не происходит.
Адель почувствовала, как внутри начинает закипать злость.
— Хватит.
— Что?
— Делать вид, будто я идиотка.
Майя медленно закрыла ноутбук.
— Адель...
— Нет, серьёзно.
Девушка уже не могла остановиться.
Слишком долго копилось.
Слишком долго терпела.
— Почему ты избегаешь меня?
— Я не избегаю тебя.
— Избегаешь.
— Нет.
— Да!
Голос сорвался громче, чем она хотела.
В кухне повисла тишина.
— Тогда объясни мне.
Майя молчала.
И именно это молчание окончательно добило Адель.
— Иногда мне кажется, что ты просто решила сделать вид, будто между нами ничего не было.
Майя отвела взгляд.
Всего на секунду.
Но Адель заметила.
— Вот видишь.
— Адель...
— Нет.
Она покачала головой.
— Я устала.
— От чего?
— От того, что ты постоянно говоришь «потом».
Потом расскажу.
Потом объясню.
Потом поговорим.
Потом.
Потом.
Потом.
А когда будет это потом, Майя?
Ответа не последовало.
И это было хуже любого ответа.
⸻
Адель резко поднялась из-за стола.
— Ладно.
— Адель...
— Не надо.
— Послушай меня.
— Нет.
В глазах неприятно защипало.
И это бесило ещё сильнее.
Она не хотела плакать.
Тем более из-за неё.
— Когда захочешь быть честной — приходи.
После этих слов Адель развернулась и ушла.
Не оборачиваясь.
Не замечая, что Майя так и осталась сидеть за столом.
Совершенно неподвижно.
⸻
Прошло несколько минут.
Кухня давно опустела.
За окнами стояла глубокая ночь.
Майя медленно поднялась наверх.
Закрыла за собой дверь комнаты.
Подошла к столу.
Открыла верхний ящик.
И достала тот самый белый конверт.
Фотография всё ещё лежала внутри.
Как напоминание.
Как предупреждение.
Как угроза.
Майя долго смотрела на снимок.
Потом прикрыла глаза.
— Прости меня, ангелочек... — едва слышно прошептала она.
Впервые за долгое время в её голосе прозвучала усталость.
Настоящая.
Тяжёлая.
Будто она уже знала то, чего не знал никто другой.
И именно поэтому отдалялась.
Не потому что перестала любить.
А потому что любила слишком сильно.