Глава 7
Утро Майи началось с того, что мир решил расколоться на части.
Голова не просто гудела — она раскалывалась, отдавая тупой болью в виски при каждом движении.
Майя с трудом разлепила веки.
Во рту было сухо, как в пустыне. Она потянулась к тумбочке, но бутылка была пуста.
Кое-как поднявшись, Майя, пошатываясь, спустилась на кухню.
Она подошла к раковине, взяла стакан и начала наливать воду.Руки слегка дрожали.
Она уже поднесла стакан к губам.
— Доброе утро, алкашка.
Майя замерла.Медленно повернулась.
У стены стояла Адель.
Растрёпанные короткие кудри, сонный взгляд, худи, сползшее с плеча. Вид у неё был... слишком домашний.И почему-то — слишком притягательный.
Майя смотрела на неё несколько секунд.
И только потом выдохнула:
— Ах, если бы оно было добрым...
Майя поморщилась, прижимая ладонь ко лбу. — Надеюсь, я вчера ничего странного не натворила?
Адель сделала пару шагов ближе, не сводя с неё глаз.
— Ну, если не считать того, что ты не могла стоять на ногах и заставила меня танцевать среди ночи... то нет. Ничего особенного.
Майя замерла. Краска прилила к её бледному лицу.
— О боже... — прошептала она. — Адель, пожалуйста, не говори об этом преподавателям. Прошу. Извини меня.
Адель мягко улыбнулась.
— Да не буду я никому говорить. Твой секрет в безопасности.
Майя выдохнула с облегчением и посмотрела на часы.
— Спасибо. Я тогда побежала готовиться. Сегодня еду на испытание вместе с вами.
— Серьёзно? — удивилась Адель.
Майя уже шла к лестнице, но обернулась.
И снова — эта её улыбка.Мягкая.Тёплая.Опасная.
Она подошла ближе и легко провела рукой по кудрям Адель.
— Да. Радуйся, — тихо сказала она. — Я быстро, ангелочек.
И ушла наверх.
Адель осталась стоять на кухне.
«Ангелочек... Опять она это делает».
______________
Испытание было тяжелым.
Высота, страх, прыжок в неизвестность. Девочки должны были сорваться с вышки и на лету схватить мешочек со своим именем.
Майя стояла за камерами. Её сердце сжималось каждый раз, когда кто-то из учениц замирал на краю. Она сама не боялась высоты и с радостью прыгнула бы вместе с ними.
Первой пошла Адель. Она стояла наверху, и её буквально трясло. Настоящая истерика.
Майя видела, как Адель борется с собой. В итоге — прыжок.
Резкий, отчаянный. Но мешочек проскользнул сквозь пальцы.
Когда Адель спустилась, расстроенная до слез, к ней тут же бросились девочки.
Но взгляд Майи, стоявшей в тени за камерами, выхватил только одну. Сашу.
Саша подбежала к Адель первой. Обняла крепко.
Майя неоднократно замечала, что они часто бывают вместе. Слишком часто.Даже только что, когда Адель была ещё там, наверху, Саша кричала громче всех.
— Давай, зайчик! Я знаю, ты сможешь!
Майя смотрела на Сашу. Та была красивой. Женственной, но по-другому. Майя невольно отметила про себя её большие, сияющие голубые глаза. Саша всегда была приятна в общении, легка.
Но почему-то именно сегодня...
Именно сегодня это добродушие со стороны Саши к Адель... оно раздражало Майю. Очень раздражало.
Когда камеры отключились, последние участницы спустились вниз.
Испытание было официально завершено.
Чёрный факультет не взял ни одного мешочка. Полный провал. Розовые, наоборот, сияли — все, кроме Люды.
Майя стояла чуть в стороне, наблюдая за девочками.
Несколько секунд.А потом подошла ближе.
— Ну что, — мягко сказала она, оглядывая их. — Было страшно?
Кто-то усмехнулся.
— Очень.
— Но круто, — добавила одна из девочек. — Я бы ещё раз попробовала.
— Да, — подхватили другие. — Было страшно, но... прикольно.
— Мы бы вернулись.
Майя чуть улыбнулась.
— Я вами горжусь.
И в этот момент её взгляд остановился на Люде. Та стояла в стороне, опустив голову. Она единственная не смогла побороть страх.
Майя не сказала ни слова.Просто подошла к ней.И аккуратно, почти невесомо обняла.Без давления.Без лишних слов.Просто...обняла.
Адель стояла в паре метров.
Она просто стояла в толпе девочек и молчала. Её руки были глубоко засунуты в карманы штанов, а взгляд был прикован к Майе.
Адель наблюдала, как Майя бережно прижимает к себе Люду. Как её пальцы мягко касаются чужого плеча. Эта нежность, эта открытая забота...
Адель чувствовала, как внутри что-то скребёт. Она сама только что чуть не сошла с ума на этой вышке, её трясло от страха, но её обнимали все, кроме той, чьё тепло ей было нужно на самом деле.
Вечер после финала недели был шумным. Розовый факультет победил, и Лаура Альбертовна устроила роскошный ужин.Платья, украшения, алкоголь.
Черный факультет, хоть и не был приглашен официально, пришел в своем стиле: без платьев.
— Мы приглашения не ждем, мы сами приходим, — бросила Ира, проходя в зал.
Адель в своей рубашке и брюках выглядела подчеркнуто дерзко на фоне «розовых».
На столе оказался алкоголь. Напряжение недели требовало выхода. Пили все, кроме Насти из розовых.
Майя наблюдала за этим со стороны, из тени, где не доставали камеры. Она видела, как всё выходит из-под контроля.
Саша уже едва держалась на ногах, и её уносили охранники. Люда и вовсе уснула прямо на полу. Катя из черных рыдала в углу от переизбытка эмоций.
Адель тоже выпила. Немного, но достаточно, чтобы мир стал ярче, а страх — меньше.
Ночь. Съемочная группа уехала. Дом погрузился в тяжелый, нетрезвый сон.
Но Адель не спалось.
Она вышла из комнаты и постучала в дверь Майи.
Когда дверь открылась, Адель просто повалилась вперед, утыкаясь носом в шею Майи.
— Привет, Майечка... — пробормотала она. — Солнышко моё. Зайка...
Майя подхватила её, удерживая за талию.
— Адель... — вздохнула она. — Помнишь, что ты мне утром сказала? И кто тут теперь алкашка?
Адель не ответила. Она просочилась в комнату, затягивая Майю за собой. Адель не отпускала. Она начала неловко и пьяно флиртовать.
— А ты знаешь... что ты очень... — Адель икнула и прищурилась, — очень опасная женщина? Такая вся... леди... А глаза — как лед. Хочется их... растопить.
Она хихикнула, пытаясь поймать взгляд Майи, и неловко заправила прядь волос Майе за ухо, задев пальцами ту самую татуировку.
— Красивая... Зайка моя...
Но вдруг её лицо резко изменилось. Улыбка исчезла, взгляд стал тяжелым и честным.
Она внезапно прижала Майю к двери, глядя на её тонкие черты лица, на безупречную кожу.
— Я ревную тебя, — выпалила она. — Понимаешь? Хочу, чтобы ты так улыбалась только мне. Чтобы так обнимала только меня. Не Люду. Не Настю. Только меня.
Майя замерла.
— Адель, ты пьяна. Ты не понимаешь, что несешь. Ложись спать, завтра поговорим.
— Нет! — Адель схватила её за руку. — С кем ты ругалась вчера по телефону? Я волновалась... Почему ты пришла в таком состоянии? Скажи мне... Она сжала ткань её одежды.
— Это неважно, — Майя попыталась высвободить руку, но Адель держала крепко.
— Вчера ты просила меня не уходить, — прошептала Адель, притягивая Майю к себе. — Просила остаться. Теперь я прошу... останься со мной.
Майя посмотрела в её лицо. Расширенные зрачки, сбившееся дыхание. Она понимала, что это говорит алкоголь, но она также видела то, что Адель так долго прятала.
Адель была такой резкой, такой «пацанкой» во всём, но сейчас её взгляд был обнажённым и беззащитным.
Адель подалась вперёд. Это не был нежный поцелуй. Это был столкновение — страстное, горячее, со вкусом вина и долгого ожидания. Майя ответила сразу, её пальцы запутались в коротких кудрях Адель, притягивая ближе. Женственность Майи и грубоватая прямота Адель слились в один безумный ритм.
Когда они отстранились, Адель, окончательно обессилев, просто
рухнула на кровать и мгновенно уснула.
Майя осталась стоять у двери. Её губы горели. Она смотрела на спящую девушку в полном шоке, не понимая, как теперь смотреть ей в глаза завтра утром.
Клянусь это моя любимая глава.