Совсем одна

Проснувшись и проведя свои утренние ритуалы, Крис и Витя приняли решение отправиться погулять. Предварительно Кристина спросила Алину, не хочет ли та с ними. Она отказалась в пользу уборки и готовки. Друзья же понимающе кивнули, пожав плечами. Мол, не хочешь — как хочешь.

Манн осталась дома одна. Она по правде не хотела гулять, потому что наиболее комфортно ощущала себя в домашнем окружении. Времяпрепровождение для неё было приятным: Алина протирала полки от пыли, пылесосила, мыла посуду, с аккуратностью раскладывала вещи на видных местах. А с пониманием, что в холодильнике мышь повесилась, решила что-то приготовить. В ящике для овощей нашла морковку и один несчастный кабачок, рядом валялись по половине головок лука и чеснока. В закромах рядом с холодильником лежал мешок с тремя картофелинами, про которые успешно забыли. Однако овощи оказались ещё не испортившимися. В ящике над плитой завалялись макароны, некоторые специи. Алине пришла идея: сотворить запеканку! Кристине и Виктору должно понравиться, как ей показалось. Конечно, предварительно она прибралась в холодильнике.

Вся эта деятельность сопровождалась побегами от Раджи. И нет, ему не хотелось попадаться гостье на глаза и вызывать у неё реакцию. Просто так получалось, что кот оказывался в том же месте и в то же время. На всякий случай Алина даже надела медицинскую маску, а миски с кормом и водичкой убирала в другую комнату. Чтобы Раджа и рядом не был, и голодным не остался. Несмотря на аллергию, Манн была всё же любящей девушкой. Она не хотела доставлять неудобств даже чужому коту.

По завершении хозяйственных дел Алина открыла ноутбук. Началась сессия с психологиней. В этот раз речь зашла об Алининой страсти угодить каждому человеку. Манн заметила за собой такую особенность: она всегда старалась преподнести себя с самой лучшей стороны. Так ещё с детства, когда хотелось перетянуть внимание родителей с её прекрасной сестры на себя. Для Максима Алина также делала всё, что бы он не попросил. Особенно любила, когда он с тоном похвалы говорил: "Какая ты у меня прекрасная!". За такие слова можно было и забыть про хобби или отдых.

К приходу Кристины и Вити Алина была как на иголках. Она хотела посмотреть, что они скажут насчёт чистоты в доме и готовой запеканки на столе. Поэтому она ненавязчиво подошла к ним в прихожей, когда те снимали обувь. Ни один из них даже не повертел головой, а Лукина прямо решила спросить:

— Приветик. Чем занималась?

Как чем? А разве это не видно? Разве не видно, как в прихожей чисто? Нет песка, зеркало не заляпано, а обувь аккуратно стоит... Похоже, им это неинтересно.

— Ничем, – холодно отвела взгляд Алина и отошла в туалет. 

Там она смогла выплеснуть эмоции в виде слёз. Сидя на унитазе, Алина тихо рыдала. Сначала ничего не было слышно, однако по прошествии нескольких минут плач начал усиливаться. С каждой секундой вой слышался за дверью всё больше. Манн сама не понимала, почему из неё таким потоком текли слёзы. Но и не знала, что ещё делать. Над её стараниями надругались — как тут не плакать.

В это время Кристина с Витей перекусили после длинной и утомительной гулянки. Запеканка показалась им ужасно сытной и вкусной. Также они ощущали себя более спокойными, ведь пребывали в чистой обстановке.

— Похоже, пока мы развлекались, Алина тут впахивала, – вытирался после еды Дачман. – Такая молодец.

— Да, только ушла куда-то. Надо её поблагодарить, я считаю, – встала Крис и прислушалась. – Ты это слышишь?

— Это Раджа? – на полном серьёзе предположил Витя и начал искать кота.

Лукина махнула рукой и пошла на звук. Поняв, что он исходит из туалета, подошла и постучалась. В одно мгновение звуки стихли. Алина прикусила язык и шмыгнула.

— Алина, ты плачешь? Что-то случилось?

Та пролепетала непонятные слова себе под нос и включила воду, чтобы умыться.

— Извини, если беспокою, но ты бы не хотела поговорить? Я всё-таки волнуюсь.

Через пару минут молчания, в котором только шумела вода, дверь открылась. Гостья вышла с относительно спокойным выражением лица. Кристина предложила отойти на кухню, пока в гостиной Дачман игрался с Раджой. Та согласилась, но с досадой вздохнула.

— Что случилось? Я слышала твой плач, – Кристина выглядела встревоженной, но сдержанной. Спина, как и всегда, держалась ровно. Взгляд немного горел, но устремлялся в глаза собеседницы. От этого Манн смутилась и посмотрела в угол своего обозрения.

— Дело в том, – с неловкостью и горечью начала Алина, всё ещё водя зрачки где-то в стороне, – ну, в общем, я подумала, что было бы хорошо, понимаешь, как-то помочь и... – она согнулась и выдохнула, – и, наверное, сделать приятно. Я хотела, чтобы вы заметили, что я сделала для вас, или что-то в этом роде. А вы, ну, не заметили, как я... – губы затряслись, но лицо сохраняло спокойствие, да и слёзы не текли. Однако по ней стало видно, что говорить дальше было трудно. Поэтому Крис остановила этот поток мыслей рукой.

— Алина, – вздохнула она, – мы заметили, когда разулись и пошли обедать. Мы с ним, конечно, увидели на столе запеканку, а она ещё так пахла хорошо, у нас аппетит ещё больше разыгрался! А чисто так на кухне, что Витя аж салфетку рядом положил, чтобы всё не заляпать, хи-хи, – улыбалась Лукина и с заботой смотрела на собеседницу. Та опустила глаза ещё ниже и наклонила голову. Выглядела пристыженно. Даже порозовела. А Кристина продолжала с вопросом:

— Да и зачем тебе наше одобрение? Я думала, ты от этих вещей получаешь удовольствие. Если честно, ты даже не похожа на человека, которому нужна чужая похвала. Не пойми меня неправильно, я ведь и правда ценю любую помощь, но не могу же сразу увидеть эти старания. Мы же спросили, что ты делала. Чего не сказала?

Алина вздохнула и попыталась выплюнуть изо рта хотя бы словечко, но мысли не собирались в предложение. Тогда Лукина добавила:

— Знаешь, в первую очередь за тебя должны быть горды не мы, а ты. И не нужно пытаться дать нам шанс похвалить тебя. Хвали сама себя и говори, что ты сделала по дому, если тебе так будет легче. А за тобой и мы подтянемся. Ну, что такое? – Кристина увидела перед собой запинающуюся и почти плачущую девушку, которая старалась создать невозмутимый вид.

— Просто, понимаешь, ну... – запнулась Манн, когда её обняла Лукина.

— Не против? – прижималась та и гладила по спине.

Алина так же обхватила Крис руками и аккуратно уткнулась носом ей в плечо.

— Родители меня не хвалили, – вытащила она из себя. На это Крис отстранилась и посмотрела ей в глаза, но та отвернулась и прикрыла рот рукой. — Зря я это сказала.

— Нет, не зря. Если ты об этом говоришь, значит, так и надо. Продолжай, - придвинулась Лукина.

— Ну, они говорили сестре, что она такая, знаешь, красивая, умная и, - она запнулась и прокашлялась, постаравшись выпрямиться, – талантливая. А мне они говорили, что я, ну, ничего, наверное... Я не помню, что они мне говорили! – выкрикнула Манн и отвернула розовое лицо, поджав ноги.

Кристина уже собиралась её успокоить, но вдруг подошёл Витя.  Он уже минуты две подслушивал, поэтому решил присоединиться к беседе. А ему было что сказать.

— Алина, такая жиза!

Девушки повернулись на него, обе в недоумении. Дачману пришло в голову объясниться.

— Меня мать не хвалила, а дед вообще всё время про меня что-то причитал себе под нос. И что бы я не сделал, как бы не помогал, – расхаживал он рядом и размахивал руками, – всё без толку! Максимум услышал: "Молодец, спасибо", и то — с пренебрежением каким-то. Ну и я подумал: если всем на мои старания насрать, то и мне тоже! Типа, я и не буду делать что-то для них, а буду — для себя, я-то знаю, какой молодец! А эти дураки нах пошли! Я, если что, маму всё равно люблю, не обессудь, – решил уточнить Витя.

Алина смотрела на него с восхищением, аж рот открыла. Однако, поняв, как глупо смотрится со стороны, сомкнула губы и посмотрела в другую сторону. Но она действительно задумалась над его словами. Захотела так же относиться к подобным вещам.

— Давайте все вместе что-нибудь посмотрим? В этой комнате все заслужили! И не только потому, что кое-кто тут убирался и готовил... Нет, Алина, ты просто хорошая, так что ты с нами! Согласна? – не подумав, положила Кристина ладонь на ладонь Алины. Та очнулась от раздумий и, помешкавшись, согласилась. Хотя ей было неловко.

Втроём они глянули три серии нового детективно-комедийного сериала. Витя угорал в голос, но вместе с тем периодически говорил, что в книге было не так. Лукина подхватывала смешинку друга и всё время предполагала, что будет дальше. Алина же в основном сидела тихо, иногда незаметно посмеиваясь.

После решили поужинать Алининой запеканкой, которую Дачман всячески нахваливал и пальцы облизывал. Манн даже почувствовала себя важной, нужной, заслуживающей чего-то хорошего. На мгновение она забыла про Максима, про сестру и родителей.