...
Наша первая встреча с глазу на глаз была до жути неловкой.
Хоть в отличие от большинства жителей деревни я не был зависимым от яблок хранителей, моя мама была на грани после смерти отца и единственным выходом поддерживать её жизнь были золотые яблоки. Она зависела от них, не хотя сталкиваться с горечью потери с которой столкнулся я. Ради того во что верил отец, я пообещал себе никогда даже не пробовать эти яблоки. Дьявольские плоды которые делали других странными.
Ведь я не мог отказаться от своих чувств.
Ведь я осознавал ценность того, что наполняет мою жизнь.
Другие не осознают, мама не осознает. Но я должен помогать ей держаться. Поэтому я должен держать эту улыбку на лице, и идти вместе со всеми к дереву чувств и просить яблоки. Ведь я не могу отказать маме.
Даже если я должен был проходить мимо других горожан, видя как они издеваются над владельцем тёмной стороны дерева.
Где-то в глубине души я уверен что он запомнил каждого кто сказал ему обидное слово или бросил в него камень, я уверен что он запомнил мои полные ужаса глаза, когда я старался как можно быстрее уйти, каждый раз как видел его в окружении других. Я уверен что он запомнил это.
Однажды я увидел его в одиночестве. Он сидел в тени дерева, на краю луга, как раз у опушки леса. Солнце сегодня грело, не палило своим жаром как в последние дни, а легкий ветерок шелестел листьями, поэтому на улице было более чем приятно находится. Но видимо так считали не многие. Вокруг, вроде бы, никого не было и я чувствовал что должен подойти и сказать ему что-то, что угодно. Да хоть извиниться, даже если это никак бы ему и не помогло, я не мог ходить с этим грузом.
Я слышал как душа начинает колотить в груди, отбивая бешеный ритм, а руки трястись, из-за чего я спрятал их в карманы кофты и сжал кулаки.
Я подошёл.
Мой силуэт закрыл солнце над головой хранителя. Я смотрел на него сверху вниз, ожидая когда тот посмотрит в ответ, обратит на мне внимание. Он посмотрел. Своими пронзительными лиловыми зрачками-огоньками.
И всё.
Я не знал что стоит сказать, смущённо отводя взгляд в сторону, а он продолжал смотреть на меня, ожидая моих действий.
— Что? Больше не боишься? — ухмыльнувшись произнёс скелет.
Боюсь? Разве… разве я его боялся?
Я открыл рот, но не произнёс ни слова. Лишь сильнее сжал в карманах несколько леденцов что там были. Я не знал что сказать и что делать. Все мысли которые были в моей голове до этого, разом пропали.
Я бросил ему конфеты, которые до этого мял в руках и поспешно ушёл, даже не оборачиваясь. Кажется я чувствовал как мои щёки пылают. Боже.
Зачем я вообще это сделал?
Наша следующая встреча была такой же ужасной.
Я стоял в тени деревьев, у обочины дороги ведущей к деревне, задумчиво смотря на золотое яблоко в моих руках. Я думал о том зачем вообще всё это делаю. Не страдает ли мама больше от того что не может нормально погоревать за отцом? Но почему тогда она продолжает их есть? Она не хочет сталкиваться с реальностью? Пытается.. Пытается ли она сбежать от всего? И, от меня выходит тоже..?
Тёмные мысли роились в моей голове. Как бы я хотел выкинуть это все из головы-
— Не собираешься есть его? — мои мысли прервал голос совсем рядом.
Я вздрогнул и испуганно обернулся, кажется руки снова начинали трястись. А потом я увидел хранителя, хранителя негатива, стоявшего чуть поодаль от меня с книгой в руках.
Что он тут забыл? Зачем он говорит со мной? Неужели это из-за прошлого раза?
Мне стало стыдно когда вспомнил произошедшее в тот раз. Как я мог быть таким, таким, таким неуклюжим..?
— Я, — я не знал что ему ответить. Как я могу сказать это вслух? Моя мать зависима от них как от наркотиков, как и все остальные. Но признать это вслух — тоже самое что потерять надежду на то что всё закончится. — Оно не для меня.
Он выгнул, эм, бровь, надбровную дугу, я думаю, показывая своё замешательство и недоверие.
— Так значит… — я не слышал что он начал бормотать, — Понятно. — чётко сказал он и прошёл мимо меня, почти столкнувшись со мной плечами.
Настала моя очередь смотреть в недоумении. Я провёл его силуэт, идущий по дороге, широко раскрытыми глазами полными непонимания.
Что это было? Что он, чёрт возьми, хотел этим сказать?
Я развернулся и пошёл дальше, свернув направо, в сторону дома.
Меня ждёт мама. И ей нужна помощь.
Может правда стоит перестать приносить ей яблоки? Даже если она так в них нуждается.
Как вылечить её от этой зависимости?
Мама была очень зла. Никогда раньше не видел её такой. Злая и расстроенная. нужно было просто продолжать приносить яблоки и улыбаться для неё.
Щеку до сих пор жгло.
Я никогда не хотел чтобы было так. Никогда.
И вот, сейчас, позорно сбежав через окно комнаты, я уже полдня сижу под деревом, за кустами, печально смотря в сторону поляны, вид на которую мне открывается. Обычно тут никто не ходил, потому что это место довольно далеко от деревни, да и сама поляна глубоко в лесу. А сейчас уже вечерело, я смотрел на то как солнце начинает садиться куда-то за деревья, сейчас сюда точно никто не придёт. Никому не захочется шататься по лесу ночью, ну, видимо кроме меня, если я вообще вернусь домой к рассвету.
Я услышал шаги вдалеке и притих. Неужели кому-то правда пришло в голову прийти сюда сейчас? Почему хоть не на долго меня нельзя оставить в покое?
Слёзы снова начинали собираться в глазах.
— Что ты тут забыл? — сказал грубый голос и я резко развернулся к пришедшему.
Лиловые зрачки снова смотрели на меня, впиваясь в душу. Почему он всегда подходит со спины?
— Ты-, — он осмотрел меня глазами, — что с тобой случилось? — голос стал обеспокоенным. Будто ему правда есть дело до меня. У него самого проблем по горло.
Я лишь отвёл взгляд в сторону. Что он вообще хочет услышать?
Скелет сел рядом, не дождавшись от меня каких-либо объяснений, положил книгу, которую до этого держал в руках, на колени, и просто начал читать.
Сначала я хотел игнорировать его, сделать вид что рядом со мной просто никого нет и снова погрузиться в мысли которые съедали меня изнутри. Но кто же знал что игнорировать будет так сложно. Казалось бы, я всю жизнь этим занимаюсь, игнорирую свои проблемы, игнорирую свои мысли, игнорирую свои желания. Но игнорировать других я не в силах.
Это какой-то комплекс спасателя или что?
Я раздражённо вздохнул и мельком глянул на него.
Хранитель же не обратил внимания на мои мучения, невозмутимо читая книгу. Почему он это вообще делает в таком месте? Я прищурился, зрение расплывалось, толи от недавних слёз, то ли просто. “Тайны общества” — каллиграфическими буквами написано на тёмно-синей обложке, будто кто-то правда сам аккуратно, со всей внимательностью и осторожностью выводил эти буквы.
Интересно что скрывается под этой обложкой. Роман? Фантастическая история? Детектив? Триллер? Или может быть это книга про психологию? Да, должно быть так, название вполне подходящее. Хотя, нельзя сказать что он не похож на того кто не стал бы читать художественные книги.
Я перевожу полуприкрытые глаза на лицо стража.
Такой спокойный, как и всегда. Когда не взглянешь на него, кажется будто этот мир не для него, и он тоже не тут, мыслями где-то там, далеко, и ничто его в этом мире не волнует. Ну, вероятно, кроме издёвок.
Хотя нет, если присмотреться, что давалось с трудом, то можно было увидеть слегка нахмуренные “брови”, более сосредоточенный взгляд и то, как казалось бы, смена эмоций отражалась в его глазах.
Видимо это всё таки художественное произведение.
Я отвёл взгляд и снова глянул на уже звёздное небо.
Хотелось бы мне так же с удовольствием проводить время.
Раньше было так хорошо с головой погрузится в писательство, создавать истории на бумаге, в подробностях описывая то что происходит. А потом это превратилось в приятное чувство того что я могу контролировать хоть что-то в своей жизни. Пока и эта искра во мне не погасла. Просто не осталось больше сил.
Я спрятал лицо, чувствуя как слёзы подступают вновь.
— От тебя исходит столько негативных эмоций, ты в курсе? — я вздрогнул. Подняв голову я посмотрел на сидящего рядом в неверии. Откуда? Неужели хранители правда эмпаты?
О боже, боже, боже мой. Всё это время он знал что я чувствую. Никто не должен был знать. Всё что я построил вокруг себя сломается если кто-нибудь узнает.
Казалось ужас застыл в моих глазах.
— Я правда восхищён тем как ты держишься. — на грани шёпота сказал скелет.
Я затаил дыхание и в неверии повернулся к нему. Восхищён? Мной? Что за бред он вообще несёт? Как можно восхищаться кем-то вроде меня?
— Нечем тут восхищаться. — почти шипя сказал я, с необычным для меня пропитанным ядом голосом, — Я не тот кем меня считают. — заканчивая более отторжённо.
— Почему же? — он ответил с выгнутой бровью. — Я думаю что прекрасно вижу кто ты. — его взгляд устремился на меня, а я мельком посмотрел в лиловые глаза в ответ.
— Думаешь? — встречаться глазами каждый раз было так неловко.
— Знаю. — хранитель прикрыл глаза и мягко улыбнулся смотря на меня.
Хотелось плакать.
Похоже мне правда нужен был кто-то с кем я смогу быть собой.
После этого мне снова было неловко показываться перед ним. Даже если только с ним я чувствовал что правда всё ещё живой. Даже если, похоже, на него это действовало так же. Мы заполняли пустоту и одиночество в друг друге.
Каждый раз как я замечал силуэт этого скелета где-то на горизонте, я старался как можно незаметнее уйти. Лишь бы не видется с ним, снова не встречатся с ним глазами, не слышать того что он мне говорит.
Нам не стоило привязываться к друг другу. Ощутив свободу, её вкус больше никогда не забудется. Это то что произошло с нами. В частности со мной. И это было опасно.
Но видимо никто так и не услышал то чего хочу я.
Кажется нам было сужденно снова встретится.
Встретится под ночным небом, усыпанным звёздами, будто кто-то оставил баночку с блёстками открытой, а потом просто задел её, и вот, множество звёзд разлетелось по чёрному холсту. А солнце в зените заменила луна, тускло освещала всё вокруг.
И он стоящий перед мной в ореоле лунного света.
Говорят что луна, как диск, отражает лучи солнца и светит только благодаря тому, что где-то на другой стороне оно всё ещё есть. Но, даже если этот свет будет подделкой, я считаю что он намного прекраснее чем подлинный.
Хранитель медленно сел рядом со мной, почти вплотную, так же подтягивая колени и перевёл взгляд на меня. Мы снова сидели здесь, на той же поляне окружённой деревьями, будто защищённой от внешнего мира.
Это место стало нашим раем.
Наши взгляды снова встретились и повисла неловкая тишина, он, кажется, пытался найти что-то в моих глазах.
— Я рад что сегодня ты чувствуешь себя лучше. — он расплылся в улыбке.
А моё сердце кажется застучало чаще. И громче. Никогда не видел кого-то столь красивого.
— Да.. — я неловко отвёл взгляд и стал рассматривать звёзды в небе, вспоминалась наши прошлые “посиделки”, кажется щёки вот вот запылают, — Спасибо… — в ответ я услышал лишь довольный хмык и мы снова замолчали.
Только теперь это была не неловкая тишина как все разы до этого. Будто вся неловкость исчезла после этого разговора. Да и тишиной это больше не было.
Я прислушивался к успокающему тихому звуку ветра, тому как шелестит холодная трава, листья деревьев и как сверчки играющие свою песню. Всё это создавало неповторимую музыку ночи, которая уносила все мысли вместе с собой и позволяла расслабиться.
— О чём ты мечтаешь? — мечтательный голос скелета, под стать вопросу, рядом со мной отвлёк меня от созерцания звёзд.
О чём я мечтаю?
Раньше я много о чём мечтал, мечтал о том же о чём и все дети, о большом доме, котёнке, поехать в путешествие, быть безмерно богатым... А после я стал мечтать только о том чтобы хранители никогда не появлялись, чтобы все бы просто продолжали жить как и раньше. Всё было бы хорошо.
Но я не мог этого сказать.
— Раньше, — он повернулся ко мне, — я хотел только чтобы всё закончилось, я считал жизнь одним длинным кошмаром. — я положил голову на согнутые руки и подтянул колени ещё ближе, — А сейчас, — я снова взглянул на звёзды, которые молча мерцали в ответ. — я мечтаю быть свободным.
Свободным от других, свободным от обязанностей, быть вольным делать то что хочу я и только я.
— Я долго мечтал об уничтожении. — теперь уже я повернулся к нему и смотрел на то как небо отражалось в чужих зрачках. — Но больше это не моя мечта. — он улыбнулся прикрывая глаза, как делал это всё время рядом со мной. — Кстати, меня зовут Найтмер.
Ох, я надеюсь мои недавние слова не задели его. Всё таки я не имел ввиду его.
— А, — холодный ветер обдул моё лицо. — я…
Может тоже стоит перестать мечтать об уничтожении?
Стоит ли просто сбежать от этого всего?
А может и стоит.
В последнее время среди жителей происходят какие-то волнения. Я боюсь что они могут замышлять что-то нехорошее, даже не смотря что они, кажется, переполнены позитивом.
Стоит рассказать Найтмеру, я не хочу чтобы он пострадал. Он дал мне почувствовать что такое свобода и я не хочу чтобы он потерял последние крупицы своей.
Сегодня же мы впервые решили договорится о встрече.
В последний раз, когда мы сидели на поляне, он тихо читал книгу, а я наслаждался тишиной и полудрёмом, иногда подглядывая в книгу сидящего рядом скелета. Всё таки это детектив, детективный роман если точнее, очень занимательный. Я даже понимаю почему Найтмера так затянуло.
Интересно, при других обстоятельствах, мог бы я написать что-то столь же захватывающее? Ну, никто теперь это уже не узнает.
А потом он просто предложил встретится снова вечером через пару дней.
До этого все наши встречи были случайными. Начиная с тех где мы мельком видели друг друга, ещё до того как познакомились ближе, и заканчивая теми где мы сидели на поляне. Обычно во втором случае мы встречали друг друга на дороге, он шёл в сторону дерева, а я к деревне. Ни разу не видел Найтмера в деревне раньше, но я часто вижу его идущим из неё. Что он там делает если жители настолько его ненавидят? Зачем подвергает себя опасности? Не понятно.
Сначала я сомневался, стоит ли принимать его предложение. Мне нравились наши спонтанные встречи и то как мы проводим время вместе, вся та свобода которую я чувствовал в такие моменты. И они были прекрасны, даже будучи внезапными. Мне стало страшно что если наши встречи станут запланированными всё это уйдёт.
Хотя это был иррациональный страх.
Понимая это, я решил согласится.
И вот я тут. На поляне. Я пришёл первым, возможно задолго до назначенного времени, но я не мог выдерживать этой гнетущей обстановки в, казалось бы полной радостных жителей, деревне.
Это слишком удушало.
Душило ощущение их глаз на мне, душили фальшивые улыбки, душили их приветливые голоса, даже стены низеньких домов казалось бы давили на меня. Последние несколько дней в моей голове то и дело появлялись мысли о побеге. Мысли о том чтобы уйти куда-то далеко-далеко, на другой край света, может быть дойти до моря, обустроить там маленький домик и жить в тишине и спокойствии. Как я мечтал в детстве.
Но столько вещей держит меня здесь.
Хотя нет, если так подумать то только мама. Ну, теперь и Найтмер.
Но, а что если спросить Найтмера не хочет ли он пойти со мной? Я уверен что если смогу уйти моя мама справится, она может сама ходить за яблоками или… или у нас есть соседи которых она может попросить. Уверен что они не откажут. Если бы Найт решился уйти со мной, возможно, я правда мог бы это сделать.
Хотя.
Нет. Не думаю что смогу. Я понятия не имею что делать. Я даже не понимаю откуда у меня в голове такие мысли.
Всё будет хорошо. Возможно я просто в обиде на маму за прошлый раз. Но она ведь извинилась. Я уверен и то что жители что-то задумали мне тоже кажеться. Не думаю что что-то правда произойдёт.
Я издал нервный смешок и обречённо посмотрел на небо. Солнце уже начинает заходить, заставляя небо окрашиваться в самые красивые цвета.
Я услышал шаги где-то позади себя. Больше то что он подходит со спины не пугает меня, как минимум когда я слышу как Найтмер приближается.
— Почему ты всегда думаешь о чём-то плохом когда меня нет рядом? — спрашивает скелет со спины. Мы встречаемся взглядами и улыбаемся друг другу.
— Просто слишком много мыслей в голове. — тихо ответил я приглашая Найтмера сесть рядом.
— Я заметил. — немного недовольно ответил хранитель садясь на траву и опираясь на то же дерево что и я. — Надеюсь ты сможешь закончить это самобичевание или чем ты занимаешься у себя в голове. — он положил книгу на колени и пристально посмотрел на меня, пытаясь убедить перестать думать о всех тех плохих вещах.
Прохладный ветерок зашелестел листьями.
— Я-, — я пытался придумать как оправдаться. — Хорошо. — я вздохнул сдаваясь в этой ”войне”. А потом задумался, разве он не страж негативных эмоций?
Как бы, эм, я даже не знаю, должно ли ему как-то помогать то что во мне так много негатива, как он говорит? Я слышал что хранители в какой-то степени питаются эмоциями.
— Разве вы, — я не знал как это сформулировать, — Не становитесь сильнее благодаря эмоциям за которые отвечаете? — я решил спросить напрямую, ничего не смогло остановить моё любопытство. — Или же что-то вроде этого. — тише добавил я.
— Хм? — Найтмер явно не ожидал такого вопроса от меня, — Ну, — его взгляд метался, он смотрел то на меня, то куда-то в бок. — Это сложно объяснить. — я положил голову на колени и остановил свой взгляд на скелете, показывая что готов слушать.
— Ха-а. — он немного раздражённо вздохнул, но всё же закрыл книгу готовясь к длинному, судя по его реакции, разговору, — Как бы сказать. — он перевёл взгляд, — Мы с Дримом не совсем обычные монстры. Я не уверен можно ли вообще нас считать таковыми, потому что, ну, мы сами являемся сгустками эмоций или же света и тьмы, я и сам не уверен. — он наконец посмотрел на меня. — Наша мать, она была богиней, а так же хранительницей древа чувств. Она умерла пытаясь сохранить равновесие, оставив нас в качестве стражей. — теперь я начинал понимать почему ему так не хотелось говорить про это. Я подвинулся ближе, надеясь таким образом оказать хоть какую-то поддержку, — Да, она создала нас, создала эти тела для нас. Но… Иногда мне кажется что она просто бросила нас.
Я на несколько секунд отвлекаюсь, почти переставая слушать. Всё это заставляет задуматься.
— А потом я вспоминаю почему так произошло и для чего я тут. Да и Дрим считает её матерью и вроде как любит. — Найтмер грустно улыбаеться краешками губ. — Древо Чувств это наш дом. — его взгляд становиться отстранённым, а сам скелет будто задумываеться ещё о чём-то.
А я должен отдать должное его матери, даже если хранители появились только из-за её смерти, если бы не это, если бы не она, мы бы никогда не встретились.
Возможно и моя жизнь сложилась бы совсем по другому. Но стал бы я жертвовать кем-то кого так сильно люблю из-за жалкой вероятности? Не думаю.
— Что бы ты там не думал, не смей думать о плохом рядом со мной. — неловко говорю я и отвожу взгляд. Его можно прочитать как открытую книгу, нужно только знать куда смотреть. — Я рад что ты здесь. — шёпотом добавил я, но меня определённо услышали.
Я почувствовал как чужая голова легла мне на плечё.
Боже, лишь бы щёки не горели. Я умру от смущения если и вправду засмущаюсь.
— Я тоже. — таким же шёпотом ответил хранитель. А моё сердце кажется пропустило пару ударов. Слёзы начинали собираться, а я пытался их сдержать. Нельзя сейчас плакать, особенно в такой момент. — Кстати я так и не ответил на твой вопрос. — слова Найтмера выбили меня из колеи, я удивлённо посмотрел на него, а тот в ответ ухмыльнулся.
— Ты! — приглушённо воскликнул я, — Такой момент испортил! — да его просто забавляет выводить меня на эмоции! Видно же по этой ухмылке!
Остальные мои возмущения утонули в объятиях.
Я так и не спросил.
Теперь я даже не уверен что должен спрашивать про это.
Найтмер хоть и выглядел грустным говоря о брате, но всё же я знаю что он его очень любит и заботиться. Мне не кажеться что второй хранитель, Дрим, пропал бы без него, но тут появляется ещё одно препятствие. Найтмер всё ещё хранитель. И охранять Древо Чувств это его прямая обязанность от которой он не может отказаться. И мне не нравиться это.
Найтмер свободнее любого кого я знаю, но в тоже время закован в оковы сильнее всех. И мне бы так хотелось разорвать их, даже если я не могу выбраться из своих.
Всё слишком сложно.
И от этих мыслей моя голова начинала болеть, а слёзы наворачивались на глаза. Мне очень сложно принимать решения, а ещё сложнее думать об этом. А третья степень сложности это думать о том в какой ситуации находиться Найтмер.
Я сильнее натянул одеяло на голову и уткнулся головой в подушку.
Я так ненавижу всё это.
Ненавижу маму, ненавижу то как на меня смотрят, ненавижу эту деревню и всех живущих в ней, ненавижу эти дурацкие яблоки и то как они влияют на всех, ненавижу чёртово Дерево Чувств и богиню которая начала это всё.
Ненавижу эту жизнь.
Слёзы наконец брызнули из глаз и подушка постепенно начала намокать, не приятно прилегая к щекам.
Я так сильно ненавижу это всё что хочется умереть чтобы никто больше никогда меня не трогал.
С каких пор я стал с такой злобой относиться ко всему вокруг меня?
Мои собственные мысли так сильно поразили меня что я теперь даже не знал что думать о себе.
Когда всё вообще пошло не так?
Я, широко раскрыв глаза, сквозь шёлочку штор, смотрел на звёзды и луну светящие мне в окно у кровати, надеясь что хоть они дадут мне ответы на все мои вопросы.
К сожалению звёзды лишь молча мерцали, смотря на меня в ответ.
Я перевернулся на спину и закрыл глаза руками обречённо вздыхая.
Жизнь и вправду дерьмо.
Отец бы наругал меня за такие мысли, но и его нет рядом со мной. Не думаю что всё бы пошло настолько под откос если бы он всё ещё был здесь. Должен ли я злиться на отца из-за того что он косвенно виноват в моей нынешней ненависти?
Я помотал головой и отвернулся от окна.
Я не могу. Это… это же папа. Он любил нас с мамой всем сердцем и делал всё для того чтобы мы были счастливы.
С другой стороны. Виновата ли богиня в своей смерти? Ну, я не могу этого знать, но наврятли она хотела чтобы всё обернулось так. Но я не могу перестать винить её, потому что, ну, зачем нужно было создавать Дерево Чувств? Что-то чем кто-то может с лёгкостью завладеть и навредить другим. Это не продумано.
Но всё таки во всём случившемся косвенно виноваты все. Даже я.
Я всё ещё ненавижу это всё.
Внезапно я услышал стук в окно. Я вздрогнул и застыл на мгновение боясь обернуться. Кто вообще может стучаться в полночь в окно? Только ночные твари которые так и хотят что забрать меня с собой и убить где-то в тёмном лесу.
— Хей. Это я. — я оборачиваюсь к окну в недоумении и вправду, через щель штор, вижу Найтмера.
Что он тут забыл?
Я вскакиваю с кровати, отдёргиваю шторы с неприятным звуком, на момент оборачиваясь в сторону двери, будто я смогу увидеть сквозь закрытую дверь услышала ли мама этот звук. Хотя был почти уверен что она в глубоком сне.
Я вернулся обратно к окну, открывая его и запуская прохладный воздух в комнату.
— Что ты тут забыл? — со странной злостью почти прямо в лицо скелету прошипел я.
— Ты плакал? — после не длительного молчания, во время которого он рассматривал моё лицо, а я смотрел в ответ нахмурив брови, выдал он.
— Чт- — то что Найти заметил мои, вероятно, всё ещё покрасневшие глаза заставило меня и вправду покраснеть и отпрянуть от него, потирая глаза. — Ты-, я-. Агх! — это было слишком неловко. — Ты так и не сказал что ты здесь делаешь посреди ночи. — чуть спокойнее повторил я свой вопрос. — Как ты вообще узнал где я живу?
— Только один житель этой деревни может испытывать так много негативных эмоций. — с необычной для меня серьёзностью, которую я видел только в первые несколько наших встреч. — Как минимум, у других я замечаю их значительно реже.
— То есть, таким образом ты нашёл мой дом? — неуверенно, всё ещё прикрывая лицо рукой, спросил я.
— Сложно не найти тебя. — он облокотился локтями на скат окна, снова подвигаясь ближе ко мне и смотря в глаза, которые я успешно отводил в сторону. — Так, ты впустишь меня?
Я только вздохнул.
В следующий момент мы оба уже лежали на моей, довольно узкой, кровати. Лёжа лицом к друг другу, касаясь коленями чужих колен, почти что переплетаясь ногами, и руками чужих рук. Ну, вообще-то, я старался сжаться как можно сильнее, освобождая место Найту, но тот видимо не мог лежать смирно, не касаясь меня. Пришлось смириться.
— Так, почему ты расстроен? — напрямую спросил хранитель. В отличие от меня он не ходил кругами пытаясь спросить или сказать что-то и мне нравится эта его уверенность, но сейчас это было неловко.
— Ты уверен что хочешь слышать это? — я сам не был уверен хочу ли говорить, где-то на задворках разума я надеялся что он скажет "не хочу", и тогда я бы просто мог остаться наедине со своими мыслями, дальше погружая себя в эту пучину гнева и отчаяния.
Но я знал что ни за что не откажет. А я не мог отказать ему.
— Конечно хочу. — он посмотрел на меня, свет луны отражался в его зрачках, заставляя их красиво переливаться. Глаза это явно моя слабость.
— Х-хорошо, — голос предательски дрогнул. Я не знал с чего стоит начать. С того как всё началось? Сказать о том как я ненавижу это всё? Что я хочу уйти? Что я должен говорить?
— Хей, — я очнулся когда Найт прикоснулся пальцами к моему лицу, нежно проводят под глазами и по щекам, стирая слёзы.
Я даже не понял что снова начал плакать.
— Я буду здесь столько сколько тебе понадобиться. — мягко сказал он продолжая так же мягко держать моё лицо.
— Я-, — я захлебнулся в слезах, — Я просто-, — я начал тереть глаза пытаясь остановить слёзы, — Я так ненавижу это всё. — продолжал я шёпотом, — Почему жизнь так несправедлива и сложна? Почему именно я стал жертвой всего этого? — заикаться продолжал я. Чужие руки остановили мои, а после я оказался в объятиях и заплакал с новой силой.
— Я так ненавижу эту жизнь, — всё продолжал повторять я, раз за разом. Снова и снова. Как мантру. — Ненавижу, так сильно ненавижу.
А руки держащие меня только притягивали ближе, напрягались обнимая сильнее, гладила по спине пытаясь успокоить.
— Это всё так тяжело…
— Я знаю, я знаю. — шептал Найт в ответ, пытаясь успокоиться меня, облегчить эту ношу, но легче не становилось.
Сколько раз я так сдерживал слёзы лёжа в кровати? Сколько раз смотрел на небо надеясь получить ответы на вопросы? Сколько раз ждал пока хоть кто нибудь придёт на помощь пока я тону в этом омуте?
Как долго?
— Я хочу уйти.
Я хочу умереть.
— Куда-то где никто меня не достанет, никто не будет трогать.
Если я умру никто же не сможет добраться до меня?
Слёзы снова брызнули из глаз, хотя я уже, казалось бы, начинал успокаиваться.
Я так хочу умереть. Исчезнуть. Раствориться во тьме. Чтобы меня никто не мог найти.
Я не хочу больше чувствовать. Это так больно. Больно ненавидеть. Больно любить. Всё это приносит боль.
Я ненавижу боль.
— Я не хочу быть один. — еле слышно бормочу.
— Я тебя ни за что не брошу. — Найтмер берёт моё лицо в свои руки заставляя наконец, снова, посмотреть на него. Я еле вижу его из-за слёз которые заставляют всё расплываться, но точно могу сказать что сейчас он смотрит на меня со всей решимость и серьёзность на которую способен.
На сердце становиться так тепло что опять хочется плакать.
— Ты не один. — повторяет он и теперь уже я инициирую объятья, утопия в них и моча чужую рубашку своими слезами. — Я всегда буду рядом.
И я поверил в это.
И мне очень нравиться верить хоть кому-то. Это прекрасное чувство. И мне нравится что верят мне.
Беру свои прошлые мысли обратно. Всё таки чувствовать это прекрасно, даже если после это принесёт боль и я буду дальше продолжать падать в эту пучину. Я хочу насладиться тем что чувствую сполна.
Последняя неделя была слишком тяжёлой для меня.
Сначала мои раздумья о побеге, потом та ночь, от мыслей о которой у меня начинает гореть лицо, а после ещё несколько дней в полу-депрессивном состоянии. Я не мог понять что мне делать и что вообще происходит вокруг меня. Большая часть воспоминаний об этой неделе перемешались и кажется в какой-то момент я потерялся во времени.
Чётко помню только Найтмера, постоянно рассказывающего мне что-то и вытягивающего из, в какой-то момент ставшей душной, комнаты.
А потом, после тысячи разговоров, всё кажется пришло в норму.
И теперь я снова мог сполна наслаждаться нашими посиделками.
Сегодняшний вечер был на удивление прекрасен.
Поздний вечер и ночь в принципе мои любимые времена суток.
Небо было безоблачным, солнце уже заходило за горизонт окрашивая небо в красный, сквозь который уже начинали виднеться звёзды. Листья деревьев и трава приятно шелестели, а ветер что играл с ними был тёплым.
Поистине волшебный вечер.
А ещё прекрасным его делал Найтмер сидящий рядом, под нашим любимым деревом, с книгой, той самой которую он читал ещё в первый раз когда мы тут были.
Моя голова лежала на чужом плече, а в руках я плёл браслет.
Ничего супер особенного, изысканного или что будет сильно выделяться. Пара чёрных верёвочек, чёрный бисер и несколько бирюзовых бисеринок между ним, и чёрная подвеска подвеска вплетённая в браслет. Луна для моего браслета и звезда для Найтмера.
Ничего особенного. Но это явно будет иметь значение для нас.
Я поднял браслет Найта и посмотрел на него в свете солнца, который заставлял его красиво блестеть.
— Как красиво. — восхищённо сказал скелет сидящий рядом, наклоняясь ближе ко мне и протягивая руку чтобы взять другой конец.
— Теперь он твой. — улыбнувшись сказал я отдавая его в чужие руки, глаза хранителя заблестели. — Вот, а это мой. — я подкатил рукав кофты показывая точно такой же, но с подвеской луной. — Луна это ты, а звезда это я. Так мы всегда сможем быть рядом с друг другом. Как тебе?
— Это прекрасно. — с улыбкой на лице и глазами полными восхищения ответил Найтмер, заставляя мои щёки гореть.
— Спасибо. — тихо ответил я отворачиваясь, пытаясь скрыть смущение, но я знал что это выходит у меня плохо. Как и я, Найт мог читать меня как открытую книгу, а ещё мне иногда казалось будто он правда читает мои мысли, хоть я и знал что это не так.
— Обожаю тебя. — сказал скелет, утягивая меня в объятия и заодно с собой на траву.
Моё сердце определённо пропустило несколько ударов. В какой-то момент, если он продолжит смущать меня дальше, моя душа не выдержит.
Я посмотрел в эти отдающие теплом зрачки, в которых отражался такой же мягкий и тёплый свет солнца и мой взгляд смотрящий точно так же в ответ.
— И я тебя. — я притянул Найта ближе и спрятал своё лицо в его одежде, продолжая прятать своё смущение. Я никогда не буду готов показать ему такого меня.
Его руки сильнее обняли меня в ответ, Найтмер переплёл наши ноги, как любит это делать, и прижал свой подбородок к моей голове. Переплёл наши конечности между собой и вцепился в меня как какой-то кальмар.
Я тихо хихикнул от сравнения которое выдал мой разум.
Кто же знал что кто-то такой внешне холодный как хранитель негатива может быть настолько тактильным и любящим?
Я улыбнулся.
Откуда-то я знал что Найтмер улыбается тоже.
Это был рай.
Красный.
Всё что я видел перед собой было красным.
Красное небо, земля ставшая красной из-за крови, красные отблески от лучей солнца и крики.
Я смотрел только в одну точку. На Найтмера. Или то что сейчас стояло вместо него.
Я больше не был уверен что это он.
Я даже не был уверен что произошло.
События развивались настолько быстро и стремительно, а я только и мог что стоять и смотреть.
Смотреть как трещат его кости, а слизь заставляет захлебываться.
В какой-то момент я не смог устоять на ногах, падая на колени, а слёзы заставили всё что видел расплываться.
В голове только и повторялось: "Пожалуйста, не забывай кем я был раньше", обращённое то ли ко мне, то ли к Дриму.
В любом случае я не смогу забыть его. Никогда. Не после того через что мы прошли вместе.
Хотелось кричать от боли пронзившей моё сердце.
Я не мог потерять его. Только не его. Он самое дорогое что у меня есть.
Почему я не смог сдвинуться с места? Почему я просто наблюдал за тем как он уничтожает себя,как он хрипит от боли, а чёрная слизь поглощает его?
Я был так напуган, но почему я не смог ничего сделать?
Мог ли я вообще что-то?
Почему я не заметил что ему так плохо? Мы так много говорили с друг другом о том что мы чувствуем, и я думал что всё налаживается. Найт выглядел счастливым.
Было ли это ложью?
Найтмер не мог соврать мне.
Только не он.
Что тогда заставило его сломаться?
Я продолжал плакать, сдерживая всхлипы и не переставая стирать слёзы с щёк.
Я очнулся только к тому времени когда битва Найтмера и Дрима была в самом разгаре.
— Они сказали что я плохой, так что я буду таким! — кричал Найт.
Он прижал брата к земле своими щупальцами, душа его и, почти что, ломая шейные позвонки.
Мне так хотелось подбежать ближе, остановить его, успокоить. Спросить что случилось, узнать чьи слова так сильно его расстроили. Забрать его.
Но я всё ещё не мог заставить тебя сделать это.
Как будто воздух был пропитан злостью и страхом, заставляя чувствовать меня тоже самое и в то же время не позволяя сдвинуться в места.
Похоже всё это время я правда был слеп.
Я до боли сжал кулаки.
— Они пожалеют! Они все пожалеют!
Я уже жалел.
Жалел о том что не сделал ничего раньше. Был так сосредоточен на моих проблемах что не смог помочь тому кому так хотел предложить эту помощь. Жалел что сейчас не могу пошевелиться.
Внезапно дышать стало легче.
Я поднял голову. Дрим засиял золотым светом, а у него в руках появился посох. Он собирался противостоять брату.
Несмотря на то что воздух будто стал чище, я всё ещё не мог встать. Я боялся вмешиваться в битву.
Я мог только с волнением смотреть на двух хранителей, впервые молясь о том чтобы Найтмер был в порядке.
Дрим слишком мягок для того чтобы навредить Найту. Но я понимал что хранитель негатива сейчас точно не думает точно также.
Я знал что Дрим проиграет.
Где-то в глубине души у меня было понимание что Найтмер намного сильнее, сильнее в разы.
Небо стало ещё темнее. Но столь любимые мною звёзды и луна больше не светили так тепло как раньше, они с холодом наблюдали за происходящим.
Всё таки ночь всегда была покровителем зла.
Найтмер снова атаковал. Хранитель позитива упал на землю и превратился в камень на моих глазах.
Я не знал что будет дальше.
Беспокойство и страх снова заполнили мой разум.
Мысли путались, а в глазах всё расплывалось.
Весь мой мир обрушился на моих же глазах. Как бы я не ненавидел это место, я не мог принять того что всего где у меня появилось так много хороших воспоминаний, воспоминаний которые я разделил с Найтмером, больш нет.
Я не верил.
Нет, нет, нет, нет. Это всё не могло произойти. Всё что я сейчас вижу это просто дурной сон. Я слишком много думал и вот мне теперь такое сниться.
— Пхах. — из меня вышел нервный смешок, а глаза снова защипало от подступающих слёз.
Я не мог потерять Найтмера. Только не его.
— Только не его… — несмотря на то что это было сказано шёпотом, казалось с ветром слова разлетелись по всей округе.
Я поднял голову, сразу находя хранителя взглядом.
— Нет… — вырвалось вместе со всхлипом. Я было попытался встать, но даже еле приподнялся, после сразу же падая обратно.
Наши глаза встретились.
Я не мог отвести взгляд от его изумрудных зрачков. В какой-то момент мне показалось что я видел отблеск пурпурного. Его глаза с непередаваемой тоской смотрели на меня, а я заливаясь слезами смотрел в ответ. Я не собирался его отпускать. Никогда не отпущу.
Последним что я видел прежде чем он исчез был блеск подвески на сплетённом мною браслете.
Я остался один.
Мир окончательно рухнул для меня.
Слёзы не переставали течь из моих глаз. А я даже не собирался пытаться успокоиться.
Почему судьба так жестока к нам?