32 глава
Отец ворвался в комнату. Грейс попятилась назад.
Моя голова заболела, я стояла, как вкопанная.
"Я знала о том, что он с тобой это сделает".
Пришла в себя, когда увидела, как отец выводит из комнаты Грейс, а та кричит и пытается вырваться.
— Дядя, вы меня не так поняли,— в истерике кричала она.
Я медленно прошла за ними. Голова трещала, боль в висках проходила в макушку.
Отец остановился у лестничной площадки и Грейс рассерженно и резко вырвалась.
— Роберт, что стряслось? — мама подошла к нам, удивленно глядя то на меня, то на отца. — Эта сиротка, что-то натворила? — скрестив руки на груди сказала она. Ее губы растянулись в злобную усмешку.
Отец направил на нее злостный взгляд и по лицу мамы было понятно, что та пожалела о сказанном.
Грейс резко вытерла, подступившие слезы и стиснула зубы, глядя на нее.
А мне в момент стало ее жалко. Сердце кольнуло. Как мама может говорить такие вещи да еще и насмехаться? Я начала чувствовать к ней ненависть. Хмуро посмотрела на маму.
— Ты знала о том, что Алан Клауд хочет сделать?! — закричал отец на Грейс и его губы задрожали. Сестра вздрогнула и исподлобья стала смотреть на отца, как провинившийся ребенок. — Неблагодарная! Как ты могла скрыть подобное от меня?! —отец эмоционально размахивал руками, но в момент положил руку на сердце и скорчился.
— Хватит на меня кричать. Знала и что? Я ни чуть не жалею. Вы получили по заслугам за смерть моей матери! — Грейс злобно посмотрела на маму, заскрипев зубами. Она сбила меня с толку. О чем она говорит? При чем здесь моя мама?
Мама поджала губы, но сдержала ее взгляд.
Папа поднял руку, чтобы ударить Грейс. Я не могу допустить насилия в этой семье.
Я вмешалась и схватила руку отца в воздухе. Его брови удивленно приподнялись и рот чуть приоткрылся.
— Довольно! — с моих глаз потекли слезы. — Больше не надо насилия. Ты делаешь только хуже, — я убрала руку и он опустил ее. Мне показалось или в его глазах я увидела сожаление?
Я обернулась к Грейс. Ее глаза были покрасневшими, но взгляд тяжелым. Подбородок вздернут.
—Стража! — воскликнул отец. Два высоких молодых парня явились, опустив головы. — Уводите Грейс в покои и закройте ее там, — передав ключи одному стражнику проговорил он.
Внутри меня всё запротестовало.
— Отец...
Он приподнял ладонь, чтобы я заткнулась.
— Саманта, даю тебе три дня, чтобы ты нашла ей жениха и вскором времени мы выдадим ее замуж.
Мама лучезарно улыбнулась и облегченно кивнула.
Грейс вскинув голову, с презрением смотрела на папу. Пока ее уводили, она не проронила ни слова. Ее взгляд говорил о том, что это еще не конец.
Я вернулась в комнату и присела на кровати.
Эдгар вошел за мной и прикрыл за собой дверь.
Он выглядел счастливым и немного взволнованным. Об этом говорили сияющие серые глаза, и то как он теребил пальцами пуговку белой рубашки.
— Мисс Ария, — тихо начал он. — Ваш отец дал согласие на нашу свадьбу, — на одном дыхании протараторил он и неловко улыбнулся.
Я вскочила с места и почувствовала как сердце ухнуло вниз. От новости, что отец не выдаст меня за ровестника мне стало легче и даже радостно.
"Стоп" — мысленно я остановила себя, потупив взгляд. "Отец выдаст меня за Эдгара?"
Я никогда не видела Эдгара в роли своего мужа. Он всегда оставался для меня старшим братом. Его уважительное и снисходительное отношение к женщинам очень быстро заметила Нора и восхищалась им. Именно Нора открыла мои глаза на его джентльменские качества.
— Вы точно согласны, мисс Ария? — ломанным голосом спросил он, подходя ко мне. — Если нет, я не буду принуждать Вас. Мое сердце примет Ваш отказ, — улыбнулся он одними глазами.
У меня нет выбора. Отец не оставит меня. Он согласился на наш брак чтобы поскорее избавиться от той, кто опорочил его честь. Вряд ли, он позволит мне оставаться в этом доме.
Я подняла глаза на Эдгара и медленно кивнула.
— Да, Эдгар. Я согласна.
Он сдержанно улыбнулся и прислонился вперед. Вытянул правую руку, глядя в мои глаза. Я подняла ладонь и он поцеловал костяшки моих пальцев. А я смотрела на него без радости, без улыбки. Я чувствовала себя загнанной в угол. Хотелось убежать отсюда. Спрятаться и навсегда забыть.
В памяти всплыло бледное лицо Алана Клауда, его холодные руки, которые так крепко меня обнимали за талию, словно он боялся того, что я исчезну.
Я мотнула головой, отгоняя воспоминания.
Эдгар положил руку на сердце, склонил голову в знак прощения и покинул мою комнату.
********
Прошло три дня.
Все эти дни я чувствовала пустоту. Она росла в моей груди до огромных размеров. Мама была рада новости о предстоящей свадьбе. Она читала мне нотации, которые я слушала в пол уха. Она не видела мое состояние. Не замечала, то как мне плохо.
Я глядела в зеркало. Зеленые глаза были потухшими, внизу виднелись тёмные круги. Я не могла ни говорить, ни кричать, ни плакать.
В дверь постучались и вошла Нора. Мы некоторое время смотрели друг на друга. Она глядела на меня, так словно поняла меня. Ее взгляд был полон сочувствия.
Нора направилась в мою сторону, присела лицом ко мне. Поджала губы, не решаясь на действия. Присела ближе ко мне, обняла и я заплакала. Тихо, беспомощно, мои плечи содрогались от всхлипываний.
Она гладила мою спину, проводила пальцами по волосам.
— Он спас меня в начале, но разбил ещё сильнее в конце.
— Я понимаю каково это, когда ты не можешь быть с человеком, которого любишь, — тихо прошептала она.
От ее признания мое сердце ухнуло. Я еще не задумывалась о любви да еще и к такому человеку, как мистер Клауд! Нет. Это ошибка. Я чувствовала к нему только симпатию, не более.
Я подняла голову и взглянула в глаза Норы. Она слабо мне улыбнулась.
— Я не влюблена в него, — притупив взгляд сказала я. — Возможно это была симпатия или легкая привязанность, — я пожала плечом.
Меня пугала любовь. Мы не можем быть вместе. А я не хочу страдать из-за любви к человеку, которому на меня все равно. Шансы быть с ним сводились к нулю. Я и не хотела с ним никаких отношений.
— Ты влюблена, Ария и тебе тяжело. Тяжело от его поступка. Ты боишься своих чувств. Будет лучше, если отпустишь. Я отпустила, — спокойно сказала она, поглаживая мои плечи. — Сначала будет тяжело, — потупив взгляд проговорила она. — Но потом полегчает.
Наступила тишина и меня начало клонить в сон.
*******
Я открыла глаза. Нора сидела на краю кровати и читала книгу.
Я зевнула и удобно устроилась.
— Сколько я спала?
Она подняла глаза и положила книгу на тумбочку.
— Почти два часа.
— Нора, может расскажешь свою историю? Мы с тобой так и не поговорили, — грустно выдохнула я.
Она призадумалась, заправила черную прядь за ухо. Наступила тишина. Я чувствовала, как она собирает себя, чтобы выдать свою историю. Она никогда не была из тех людей, которые любят рассказывать о себе.
— Тебе известно, что в раннем возрасте... — она тяжело сглотнула и посмотрела в сторону окна. Я накрыла ее ладонь своей, чтобы ее поддержать. — Меня трогал мой отчим, — сдавленным голосом проговорила она. Я чувствовала, как ей сложно это рассказать. Как она выводит эти слова с трудом. — Я не хотела его называть своим отцом. И это послужило причиной такого его поведения. Он это мне сказал в первый раз, когда начал меня лапать, — ее голос был безэмоциональным и отстраненным.
Кровь подступила к моим щекам, сердце сжалось в груди. Мне стало невыносимо дышать, воздух наполнился горечью.
Нора другой рукой сжала простынь в кулак.
— Мама держалась за него. Когда я ей рассказала обо всем... Она сказала, что я выдумываю, что ее драгоценный муж не может так поступить, — ее губы задрожали, она втянула в легкие побольше воздуха и шумно вздохнула, глаза наполнились слезами. Нора села ровно и грациозно смахнула с щеки слезу. — Я плакала, не знала куда себя деть. И знаешь, что она мне сказала? — Она усмехнулась мыслям. — Перестать плакать, что я жалкая и глупая, — Нора положила руки на лицо и ее плечи дрогнули.
Я впервые видела ее такой открытой. Эту ранимую сторону Норы я никогда не видела. Она никогда передо мной не плакала.
Когда я захотела ее обнять, она быстро вытерла слезы и улыбнулась.
— Я влюбилась в Генри, когда мне было шестнадцать. Два года назад, — мечтательно она подняла глаза к потолку. — Мы встречались по ночам в нашем саду. Но потом миссис Саманта узнала о наших отношениях и Генри отдалился от меня. Ладно. Хватит на сегодня сопливых историй, — радостно воскликнула она и широко улыбнулась.
Спустя некоторое время пришла Джина.
Пшеничные прямые волосы рассыпались на плечи. Она долгое время уговоривала меня поехать в город, а Нора наоборот отговоривала и была крайне обеспокоена.
"Сколько еще я буду сидеть в четырех стенах? Нужно выбраться отсюда на прогулку".
***
Мы на карете прибыли в с Норой и Джиной в ее дом. На пороге дома Джины, нас встретила женщина лет тридцати семи.
Мама Джины сначала крепко обняла Нору. Нора состроила гримасу недовольства. Потом женщина подошла ко мне и ахнула.
— Боже ш ты мой, — улыбаясь, как ребенок и покачивая головой, проговорила она. — Как ты повзрослела, Ария, — она изумленно приложила ладонь к губам.
На ее золотистые волосы была завязана тонкая касынка, а надето шелковое зеленое платье с лепестками. Женщина имела округлые бедра и крепкое тело. Джина была копией своей матери. Такая же лузезарная, добродушная и приветливая.
На лице женщины не было ни одной морщинки.
Нора положила чемодан на пол в гостиной.
— Мамочка, я с Арией иду на рынок, а Нора останется у нас на некоторое время.
— Конечно, конечно. Пусть остается сколько захочет. Мы рады гостям.
Джина подпрыгивая подошла к матери и поцеловала ее в щечку.
Ком подкатил к горлу, сердце сжалось в груди. Я никогда не могла вести себя так со своей матерью. Между нами всегда была стена.
Я посмотрела на Нору. Она стояла с опущенной головой, ее рука крепко сжимала край платья, она поджала губы.
Нора осталась в доме Джины и мы покинули дом. Послышался топот лошадей и карета сдвинулась с места.
"Почему Грейс так сказала? Она обвиняет мою маму в смерти миссис Кларк?, — я испугалась этой мысли и мотнула головой, пытаясь выбросить эти мысли из головы. — Не может быть. Может мне показалось?"
Тонкие губы, карие глаза, бледный цвет кожи. Мистер Клауд сидит на стуле и дует на фиолетовую кристальную брошь.
"Перестань о нем думать!" — одернула себя и нахмурила брови.
Карета остановилась. Мы вышли из кареты. На витринах магазинов была: мужская обувь, платья с высоким воротником, с узким, облегающим верхом и свободной не пышной юбкой, фарфоровые сервизы, женские туфли.
Мы вошли в магазин с платьями. Джина приметила для себя наряд с короткими рукавами, корсетом и пышной юбкой. Он был розового цвета. Для него она подобрала и красивую белую шляпу.
Я ничего не хотела. По лицу Джины я видела, что она хочет, чтобы я забыла о черной полосе. Она привезла меня сюда, чтобы меня развелить и подбодрить.
Я безразлично смотрела на женскую одежду.
— Это же дочь мистера Эвенса? — услышала я женский шепот за своей спиной и сердце забилось быстрее. — Она оказалась не девственницей и муж ее вернул домой.
К моим щекам нахлынула кровь и я почувствовала как они начали гореть. Опустила голову и в момент мне стало так плохо, что разболелась голова.
— Какой позор, — ахнула другая женщина. — Мне бы было стыдно показываться на люди, произошло бы со мной такое. У нее нет ни стыда ни совести, — уже громче затароторила она.
И в моей груди начала разростаться ненависть. Слезы застыли на глазах, но я выстояла и ни проронила ни одной. Сделала глубокий вдох и выдох и проигнорировала их.
Нет никакого смысла пытаться с ними тягаться. Это люди, у которых нет своей жизни и отчитываться перед ними я не собираюсь.
Джина забрала вещи и мы покинули магазин.
Из домов доносились запахи свежеиспеченной жареной картошки и хлеба. Я принюхалась и мой живот заурчал.
Пока я шла к карете чувствовала на себе чей-то взгляд, но резко обернувшись никого не увидела.
Джина осталась позади, ее остановил высокий, широкоплечий парень с темно-каштановыми волосами.
Я решила подождать ее в карете. Не прошло и минуты, как за мной зашел какой-то мужчина. Я подняла голову, чтобы возмутиться и растеренно застыла. Сердце пропустило удар. Мои глаза внимательно уставились на него. Мистер Клауд снял шляпу и черные резиновые перчатки, элегатно уселся передо мной. Ударил рукой по стене и карета тронулась с места.