часть 8
В кабинете стояла тишина, все ждали какого-то ответа от Коробыко.
- Вчера после того, как уехал с IM&Co, я сказал своей охране поставить ее на круглосуточное ведение. Сегодня днем ее отравили. Кто-то отправил букет, который, предположительно, был с каким-то токсином. Джулианна в больнице. Ни мотивов, ни причин никто не знает.
Все присутствующие в кабинете были в немом шоке. Слова были излишни.
Тишину нарушила Мария, помощница Никиты.
- Извините, Никита Михайлович. Вам записка, сказали срочно, лично в руки.
Девушка подошла к столу и отдала начальнику конверт, после чего удалилась.
Блондин хотел открыть, но его прервал рингтон телефона. Звонили с больницы.
- Слушаю – Коробыко не знал, чего ожидать и был явно напряжен.
- Никита Михайлович, госпожа Белова пришла в себя.
***
POV Джулианна
Кое-как открыв глаза, я увидела больничную палату, неимоверно ударяло в голову светлое оформление. Вокруг было множество приборов, капельниц и трубок. Тишину разбавляло пищание приборов и гул людей в коридоре.
Понемногу у меня получилось двигать руками. Так я нащупала кнопку вызова медсестры. Не больше, чем через минуту ко мне в палату влетела приятная девушка.
- Джулианна Александровна, вы очнулись. Подождите секунду, я вызову врача.
Девушка убежала и вернулась уже с мужчиной средних лет. При входе в палату я услышала, что он с кем-то говорит по телефону.
- Белова пришла в себя – раз он кому-то сообщил, значит либо друзья, либо родственники знали о том, что она в больнице.
- Как вы себя чувствуете? Что-то болит? Тошнит? – на этот раз мужчина обращался ко мне.
В горле пересохло, язык не слушался. Единственное, что я смогла произнести – «Воды».
Мне дали попить, после чего начали осмотр, проверку реакций и прочие проверки. От меня требовалось только отвечать на поставленные вопросы либо двигать той или иной частью тела. После глотка воды мои речевые способностью потихоньку приходили в норму. Голос был еще хриплым, но это была поправимо.
К концу всех манипуляций в палату влетел парень. Было сложно сфокусироваться, глаза все еще плохо концентрировались. Через пару секунд я разглядела его.
- Коробыко? – с моим хриплым голосом это прозвучало не так уверенно, как хотелось.
- Не напрягайся. Тебе нельзя нервничать сейчас. Как ты себя чувствуешь? – парень буквально подлетел к кровати.
- Все нормально… наверное.
- Я сейчас поговорю с твоим лечащим врачом и вернусь, парни посидят с тобой – после этих слов Никита кивнул мужчине в белом халате и направился вместе с ним к выходу.
Они вышли, а в палате показались новые лица.
Пятеро парней. Каждый по-своему красив и очень приятен на внешность. Было в их лицах что-то, что показывало их доброту.
- Хэй, красотка, здравствуй – ко мне подошел и аккуратно приобнял один из них. Парень был в кожаной куртке, футболке, джинсах. – Как ты себя чувствуешь?
- Уже получше, спасибо. А Вы…? – я не знала как к ним обращаться.
- Принцесса, не обращай внимания на этого невоспитанного! Я Илья – он показалась мне приятным парнем, с очень добрыми чертами лицами – или Випо.
Сама того не подозревая, я улыбнулась от вида этих двоих. Парень с бородой скорчил обиженную мину.
- Сам ты невоспитанный, я вообще то во как могу! – после этих слов он подскочил, сделал гусарский вид и протянул мне руку. Я протянула ему в ответ. Он с важными манерами поцеловал ее.
- Мадмуазель, можете звать меня uniqe. Или просто Егор.
Все, включая меня засмеялись от этого действа.
- Может вы двое дадите остальным представиться? – парень был брюнет и с красивой улыбкой. – Воскресенский, можно просто Женя.
- Я Артём, приятно познакомиться.
- А я, так просто, Артем Чернец.
- Я Джулианна, кстати.
- Мы знаем) Приятного познакомиться, Джулианна – Егор сидел рядом со мной и приобнимал. Я была не против.
- Нам Никита рассказывал про тебя – что простите? Он рассказывал про меня?
- Представляю, что он мог вам наговорить. Но хочу сказать одно, я не такая. Правда. Я еще хуже!
Парни почти что задыхались от смеха. Но, вернулся Коробыко.
- Судя по всему, вы познакомились. А меня не было 10 минут – Никита был каким-то другим, нежели обычно – Джулианна, как себя чувствуешь?
- Мне уже лучше, Никита Михайлович– я не хотела с ним разговаривать. Он сейчас опять наедет на меня и все пойдет по одному месту.
Парни заметили нарастающее напряжение и решили оставить нас одних.
- Никит, мы ждем тебя в машине. Джули, рады знакомству! – они по очереди подошли, обняли и попрощались. Славные ребята.
Молчание. Он смотрит на меня стоя в дверном проеме. Мне было жутко неловко.
В этот раз молчание прервала я.
- Секунду назад ты был посговорчивее – он усмехнулся.
- Уже заимствуешь мои фразочки? Похвально – я закатила глаза и отвернулась.
Стул оказался рядом с моей кроватью, Коробыко уселся.
- Джулианна, посмотри на меня – он помедлил с секунду – пожалуйста.
Его голос стал мягче, было слышно… волнение?
- Чем-то могу помочь, Никита Михайлович? – ответила я, не меняя положения. Вот это я сучка.
- Ничем. Поправляйся.
Он вскочил и как ошпаренный вылетел из палаты. Ну и пусть. Как он вообще узнал о том, что со мной случилось? Ненормальный.
Меня клонило в сон и я, не сопротивляясь уснула.
***
10 дней спустя.
Каждый мой день был похож на предыдущий. Куча капельниц и процедур, между ними меня пытались заставить есть. Но каждый прием пищи заканчивался объятиями с белым другом. Лили приезжала несколько раз, привезла мне вещи и предметы первой необходимости. Я была безумно благодарна ей.
Мне рассказали, что со мной случилось. Это повергло меня в шок. Как я могла не заменить постороннего запаха? Кому вообще это понадобилось? А если бы Настя меня не нашла?
Мысли как паразиты прилипали. Единственное, что меня отвлекало, это то, что ко мне приходили гости. Лили, коллеги с работы, парни которые приходили с Никитой, даже Эмиль приходил, все приносили мне вкусняшки, книги. А Никиты не было.
Первое время я не предавала этому значение. Не приходит и не приходит. Он меня знает без году неделю, нас ничего не связывает. С чему бы ему приходить?
Только вот потом он начал мне снится. Я не могла от этого никуда деться. Утром после таких снов я просыпалась разбитая, я хотела его увидеть, но его не было. А просить самой даже через ребят я не буду.
В больнице же все носились со мной как с ребенком. Любое мое хочу было исполнено в течение нескольких минут. Лучшие условия, лучшие врачи. За неделю я познакомилась со всеми медсестрами и знала их по именам.
Ничего не менялось. Только ноябрь подкрался совсем незаметно. На улице было частенько ниже нуля. Выходить мне было нельзя, поэтому я смотрела на все через окна палаты либо комнаты отдыха.
В один из таких «прогулок», когда я сидела в холле и смотрела в окно мне сообщили, что ко мне посетитель. Пришлось прерваться и отправиться в палату.
Когда я открыла дверь сердце ушло куда-то в пятки.
В кресле у окна сидел он. Коробыко.
- Здравствуй – его голос заставил меня покрыться мурашками.
- Здравствуйте, Никита Михайлович– я все еще стояла в дверях.
- Может ты пройдешь в кровать? Ты еще не восстановилась. Стоять на сквозняке не лучшая затея.
Как всегда, в своем репертуаре. Надо всем указывать и все контролировать.
- Может я сама решу, как распоряжаться своим здоровьем?
- Джулианна, давай ты пройдешь в кровать, и мы спокойно поговорим. Пожалуйста. Я не хочу сейчас ссорится – в голосе чувствовалась усталость.
Что-то подсказывало, что лучше не спорить с ним. И я спокойно подошла к кровати, завернула ноги в позу лотоса, укрылась одеялом и показала, что я готова слушать.
- Спасибо – я увидела его лицо. Он был напряжен, уставший, с мешками под глазами. Глаза были прикрыты. Через пару секунд выпрямился.
- Тебя отравили, я не знаю, кто это сделал и зачем. Мои люди уже работают над этим. Может у тебя есть какие-то подозрения на этот счет? Кто-то тебя преследовал? Угрожал?
- Если не считать тебя и твоих людей, хммм, даже не знаю – я задумалась. Ничего на ум не приходило, но вдруг – Мне звонили с анонимных номеров.
Блондин вопросительно посмотрел. Я достала телефон и долистала до тех звонков. Передала телефон ему. Он внимательно просматривал каждый звонок.
- То есть началось это все на следующее утро после аукциона? – я кивнула – Ты пробовала с ними говорить?
- Только молчание в ответ. Никаких угроз, звуков, вообще ничего.
По его лицу было понятно, что он усердно пытался что-то свести в голове.
- Что был за токсин не понятно? – мне было интересно.
- Тебе не сказали? Это был какой-то простейший нейролептик, скорее всего тебя отравили чтобы напугать, либо о чем-то предупредить.
- Например о том, что ты говорил у Эмиля? – Никиту перекосило от упоминания имени.
- Что ты делала в IM&Co?
- Была у друга на работе. Но ты решил бесцеремонно ворваться и прервать наш разговор.
- У друга? Этот ублюдок тебе не друг, Джулианна. Ты даже не знаешь, что он творит.
- Я и не хочу знать! Он прекрасный человек. Эмиль хотя бы приходил ко мне все это время. И узнавал, как мое самочувствие! А что делал ты в этот момент? Опять бездушно работал? Ну да, роботы у нас ничего больше не умеют!
Лицо Никиты было прикрыто руками, и я не видела его реакции.
- Если бы ты каждый раз меня не выводила из себя, возможно, я и появлялся бы тут чаще! И не ты ли мне говорила, что видеть меня не хочешь?
- Чтобы ты всегда так исполнял то, что я говорю, Коробыко! – я опять кричала на него. Меня выводили из себя его оправдания, - мог прямо сказать, что предпочел бы чтобы этот тупой токсин был для меня смертелен!
Вот что значит, сначала говорю, потом думаю.
Он поднял на меня свои глаза.
- Да, ты права…
POV Никита
Всю неделю я метался по делам. Параллельно пытался понять, кто этот черт, который посягнул на жизнь Джули. Все следы были заметены достаточно профессионально.
Парни под разными предлогами ездили к Джули. Все рассказывали мне.
Я же держался в стороне. На то были две причины.
Первое. Кое-что я все-таки нашел. Начало дела с букетом было в IM&Co. Улик было недостаточно, чтобы обвинить Эмиля или кого-то с его компании. Поэтому эта информация была конфиденциальна. Но это означало одно. Джулианна пострадала из-за меня. Если бы я не появился, она бы не попала в больницу.
Вторая причина была намного запутаннее. Последний мой визит в больницу закончился не очень хорошо. Я много думал над этой ситуацией и в целом о нашем знакомстве. Я не мог разобраться в себе. В один из дней я даже набрал маме, дабы посоветоваться. Она посоветовала мне пропасть. Не контактировать никак. Если это все просто тяжёлое время – то переболит. А если нет, то…
История об этом умалчивает.
Пару дней спустя я не выдержал. Я приехал в больницу и нашел Джу. Она сидела в кресле-качалке и смотрела в окно. Ей было грустно. Я стоял неподалеку и смотрел на нее. Подойти к ней так и не решился.
После этой поездки я опять напился. Два фактора из-за которых я держался поодаль от Беловой напрямую взаимоотрицали друг друга.
Дальше было двое бешенных суток, за которые я ни разу не прикрыл глаза. Срыв переговоров имел свои последствия. Нам пришлось разбираться со спонсорами, которые негодовали. К началу третьих суток все улеглось. Только вот я вспомнил о записке, которую мне передала Мария. Она лежала до сих пор нераскрытая на моем рабочем столе.
«На твоем месте, я бы запер ее и никуда не отпускал. Согласись, идея хороша»
Это последняя капля. Мне надо с ней поговорить.
***
Я сидел и думал, как она прекрасна. В пижаме, без косметики, с хвостиком на голове. Сопротивляться этим мыслям сил просто не было.
Первый раз в открытую думал о том, как же она красива.
- Чтобы ты всегда так исполнял то, что я говорю, Коробыко! Мог прямо сказать, что предпочел бы чтобы этот тупой токсин был для меня смертелен!
Услышав эти слова, я снова ощутил ту боль, какую испытывал тогда, 4 года назад. Боль потери дорогого человека. На секунду я представил, чтобы я сделал если бы с ней что-то случилось. Мозг отказывался моделировать такую ситуацию. Я устал.
- Да, ты права… - повисла тишина. Она смотрела на меня, и я видел, как ее глаза наполнялись слезами.
Я задел ее. Но решил продолжить.
- Да, ты права. Я всегда буду исполнять то, что ты говоришь.
Нас прервала медсестра.
- Выйдите. У пациентки время капельницы.
Я посмотрел на Джулианну. Она кивнула мне, чтобы я вышел. Но ее реакция на медсестру была странной. Я не понял в чем дело, поэтому остался ждать у палаты. Спустя пару минут девушка вышла, и я зашел обратно.
Джул лежала на своей постели с торчащими из рук трубками. Когда я зашел, у нее на лице была паника.
- Никита Михайлович…
- Никита. Просто Никита.
- Никита, мне это не нравится – она указала на дверь.
- Что такое?
- Я знаю всех медсестер, которые тут бывают. Ее я вижу первый раз. На ней не было бейджа. Шапочка натянута на лоб и маска, из-за которой не видно лица. Здешние работники так не кутаются.
Она боялась.
- Так, вытаскивай капельницу, быстро!
Я подошел и начал помогать ей с трубками. Она начала кашлять и задыхаться.
- Врача! Срочно!