-
-Каччан, помнишь, что ты мне сказал еще в средней школе?... - твой тихий и неуверенный голос прерывает тишину
Отвернулся от меня, пряча взгляд где-то на носках своих ботинков. Перебирая одной рукой пряди волос.
Я заметил, что в последнее время ты стал часто так делать.
-Не помню.
Мнешься, перешагивая с ноги на ногу, пока мы стоим на светофоре, дожидаясь зеленого света.
Я вижу, как сложно тебе говорить это. Слышен только стук капель о зонт и твои судорожные вздохи.
-Чтобы я спрыгнул с крыши...
-И?
-Ты же это не всерьез говорил?
Смотришь на меня так жалобно, как будто пытаешься прочесть в моих глазах ответ; как будто ждешь чего-то от меня.
-Чего ты от меня хочешь?!
Раздражаешь...
-Ты на самом деле хочешь, чтобы я... - опять отвернулся, не в силах выговорить это, глядя мне в глаза, - умер?..
Молчу.
Шум дождя мешает думать. Твои яркие изумрудные глаза, вновь устремленные на меня в поисках ответа, не дают сосредоточиться на вопросе, спокойно ответив. После долгой паузы говорю то, что должен был сказать.
-Да.
***
Идет дождь.
Как же я его ненавижу.
Он заливает глаза; заполняет уши невыносимо противным звуком; мешает разглядеть то, что находится на той стороне дороги, и я, как будто, вижу там твой силуэт.
В тот день тоже шел дождь.
Капли воды точно так же заливали мои глаза, но тогда я еще не так сильно ненавидел этот звук. Капали на волосы, на мои руки, на черную машину, которую я теперь никогда не забуду.
На асфальт.
На тебя.
На то, что от тебя осталось.
Капли дождя смешивались с твоей кровью, смывали ее с твоего лица, мочили твои волосы, и они под тяжестью воды прилипали к твоему лицу, лезли в глаза, которые больше никогда не откроются. Твой зонт, перевернутый, лежал неподалеку.
Тогда я тоже забыл зонт. Но ты, улыбаясь, как будто совершаешь добрый поступок; как будто думаешь, что я тебя отблагодарю, поделился со мной своим.
Сегодня со мной никто не поделится.
Ты всегда улыбался. Всегда бежал ко мне с распростертыми объятьями и очередной ерундой на языке. А мне хотелось сломать тебе руки и навсегда стереть с твоей рожи эту надоедливую улыбку.
И... Кажется, у меня получилось.
Всего одним словом я закрыл твои глаза и сломал твои руки. Всего одним словом я стер всю твою жизнь.
Больше на меня никто не посмотрит так, как ты.
Никто не улыбнется мне настолько искренно.
Никто не назовет меня «Каччан».
Никто не отзовется на мое «Деку».
Целый год прошел, а ты до сих пор приходишь ко мне ночью.
Смотришь угрюмо, поджимая губы. А в твоих глазах плещется обида и боль.
А утром я просыпаюсь в холодном поту, понимая, что тебе не хватило бы смелости вот так вот ко мне подойти.
По щекам текут капли дождя или... Это слезы?... Хотя перед глазами плывет и живот сводит от какой-то непонятной боли, я продолжаю убеждать себя, что это дождь.
Каччан...
Целый год прошел, а я до сих пор не могу забыть твой голос.
Каччан...
Заткнись, оставь меня в покое! Вылези из моей головы, Деку!
Каччан, ты плачешь?
Конечно нет, придурок!
Отвали от меня!
Каччан, ты скучаешь?
Прекрати меня так называть, тупица!
Каччан, ты хочешь, чтобы я жил?
Твою мать, чертов Деку!
Да!... Да, черт возьми!... Хочу...