Вердикт: виновна

Длинные переходы были заполнены людьми. Стены коридоров изобиловали оттенками курсоров, указывающих путь спешащим. Казалось, какая-то крайне творческая личность решила разнообразить серую монотонность стали разноцветными схемами-стежками. Внимательно следя за своим оттенком ультрамарина, Тиида направлялась в зону отдыха.

За несколько шагов до выхода на террасу свет искусственных ламп приглушался, глаза постепенно привыкали к полумраку и, уже входя в сферу Вселенского покоя, Восьмой почудился странный звук. Всем известно, стоит одному из пяти чувств создать сложности, как тут же активизируются скрытые таланты человека: у потерявшего зрение обостряется нюх, у лишившегося нюха, обостряется восприятие тактильное и так далее, и тому подобное.

Стоило мраку взять свое, как тут же аккуратные ушки девушки навострились, пытаясь определиться с источником и причиной странной скрежещущей мелодии. И достаточно было выйти на балкон, причина тут же выплыла из мрака в виде отражающего блеск холодных звезд саксофона. В умелых руках музыканта инструмент пел свою хриплую песню, под которую кружилась в танце пожилая пара.

Неподалеку от танцующих был сервирован столик, горели свечи. Тихие переливы воды по камням дополняли скромный оркестр, вносили посильную лепту в романтику встречи.

Тиида, чтобы не мешать паре незнакомцев, замерла, опершись руками об перила. Металл поручня приятно холодил ладони, замораживая бешенный бег мыслей.

Музыка и чужой танец завораживали, делали все вокруг несущественным. Словно художник, решивший вдруг поменять концепцию задумки, стирал ластиком неугодную его воображению игру светотени, все больше лишал рисунок насыщенности. Воспоминания достали из запыленных глубин запах моря, песнь сверчка. Тиида полностью расслабилась, прикрыла глаза.

Но лишь для того, чтобы уже через мгновенье широко их распахнуть – подкравшийся сзади человек прижался к девушке всем телом, не оставляя пространства для маневра. Его руки легли вдоль ее рук, ладони накрыли ее кисти, а каменный торс всем своим весом навалился на спину.

- Попалась, пташка, - уже хорошо знакомые шипящие завладели пространством у правого уха.

Краш подобрался неслышно. Музыка отвлекла, завладела вниманием и Тиида упустила момент. По коже волнами разошелся озноб. Хоть Тиида и не испытывала никаких чувств по отношению к командиру черно-зеленых, но на близость чужого тела отреагировала однозначно. Дыхание перехватило, ноги внезапно ослабели, грозясь подогнуться и не удержать хозяйку.

- Готова в бой, - напомнил недавнее заявление Джед и двинул бедрами, заставляя Тииду податься вперед. Однако первая реакция на провокацию Первого сыграла на руку только провокатору – Краш загнал девушку в угол, прижав бедрами к поручням. Тиида сжалась в комок, не пытаясь избежать настойчивых ласк. – Ты, наверное, не успела рассмотреть рисунок, да?

Память услужливо предоставила архив под кодовым названием «Первый и гардероб». По телу снова пробежали мурашки.

Краш медленно водил носом вдоль линии плеча, шеи, прокладывая дорожку из горящей лавы, заставляя Тииду отклоняться в сторону и закатывать глаза. Его поступательные движения бедрами будоражили сознание, взывая к животным инстинктам. Попавшая на крючок, девушка все больше теряла самообладание. Сжав зубы. Чтобы ненароком не выдать себя, Восьмая вслушивалась в слова, пытаясь удержать внимание на смысле. Пыталась схватиться за спасительную соломинку.

- Ты знаешь, что за каждый проступок команда обязана наказать тебя? – Джед отвлекал, имитируя фрикции, не намекал, а однозначно направлял ход мыслей. Пошло зазывал в постель. – И команда решает, как наказывать провинившегося.

Тиида помнила о процессе выбора наказания. Не слишком-то он и большим был, этот выбор. Но сейчас мыслительный процесс помогал удержаться на плаву, не выдать возбуждения случайным хриплым стоном или судорожным вздохом.

- Ты вынуждаешь сама наказывать тебя. Вынуждаешь, понимаешь? – Первый провоцировал не только на невербальную реакцию. Искусно манипулируя вопросами, он вынуждал девушку, зажатую в тиски, выдать себя интонацией. – Никто кроме тебя самой не сможет тебе помочь... Все в твоих руках.

Успевший отдохнуть за небольшой промежуток времени мозг включился в работу внезапно. Услышав знакомую комбинацию, игру слов, Тиида тут же отрезвела. Ее больше не волновали телодвижения, она знала, какими приемами пользуется Краш, чтобы вызвать ее на откровенность.

«Мы вынуждены», «ты вынуждаешь нас реагировать» и «все в твоих руках» - простые наборы кодов. И никакие жаркие поцелуи не в состоянии выбить почти дипломированного психолога из колеи.

- Твое внимание не может служить наказанием, Краш, - как можно более отстраненно произнесла Восьмая. С насмешкой, прикрытой безразличием. С сарказмом, завуалированным комплиментом.

Джед мгновенно сбавил напор. Не резко, чтобы не приведи Вселенная, не выдать себя – не признать поражение. Разжав слегка пальцы, отстранившись достаточно для того, чтобы девушка могла вздохнуть, но недостаточно, чтобы вырваться, он уткнулся носом в ее волосы.

- Как ты пахнешь...

Тиида ухмыльнулась. И только Венера стала немым свидетелем краткого триумфа девушки. Восьмая продолжала стоять у перил террасы, наблюдая за парой внизу. Ее дыхание больше не сбивалось, ноги не подгибались.

- В этот раз я не стану тебя наказывать, - подбодрил Первый, окончательно отстраняясь, но напоследок проводя пальцами по рукам девушки. – Обойдемся выговором.

Все слова с самого начала неожиданной встречи звучали на полутонах, так что ни музыкант, ни пожилые супруги не могли слышать невольных свидетелей романтического ужина.

Тиида не стала пререкаться – выговор так выговор. Стоило бы ей еще раз открыть рот и Краш уже не остановился бы. Продолжая держаться за перила, Восьмая повернула голову, опустив подбородок к плечу. Она надеялась услышать тяжелый вздох, означавший ее победу, или хотя бы тяжелую поступь раздосадованного человека... Но нет... Тишина пустых коридоров стала ее визави, темнота скрыла силуэт. Тиида осталась одна.

Постояв еще некоторое время, посчитав, что Краш не стал бы караулить ее на выходе – уж слишком там светло, да и камер наблюдения не счесть, девушка решила выдвигаться в сторону каюты. Время позднее, подъем предполагается ранний.

Но стоило Тииде сделать шаг, оторвать руку от поручня, как ее повело, ноги, казалось, стоявшие на полу крепко, вдруг подогнулись. Успев ухватиться снова за перила, девушка устояла. Сердце зашлось в бешенном ритме, грозясь выскочить из груди, оставив на своем месте зияющую черную пустоту.

Испугавшись за свое состояние, Тиида решила немедля идти в мед-отсек.

Дежурный врач, неуловимо напоминающая оставшуюся на Земле мать внешним видом и привычкой заламывать бровь, выдала рецепт сразу:

- Милая, ты когда последний раз занималась сексом?

Тиида удивленно отпрянула. Настолько, насколько позволяла спинка кресла.

- Как и положено по программе антистрессовых ситуаций – два раза в неделю.

- Нет, - усмехнулась врач, лукаво прищуриваясь и улыбаясь доброй улыбкой, полной материнской заботы, - не это имелось в виду. Когда последний раз ты снимала стресс с мужчиной?

- А, это... - понимающе протянула девушка, и возводя взор к потолку, - ну, да, вы правы...

Хмыкнув, поднялась со стула и отправилась спать.