Сборник реакций «Stray Kids»

Тонкий луч света пробивался сквозь неплотно закрытую дверь домашней студии, рисуя призрачные тени на ковре. Студия стала его убежищем, его миром, где ноты и рифмы сплетались в нечто большее, чем просто песни. Но одновременно она стала и стеной между вами. Ты соскучилась по его смеху за ужином, по случайным прикосновениям во время просмотра фильма, по его теплым объятиям перед сном. И вот, решившись прервать его творческое затворничество, ты тихонько постучала в дверь, придерживая поднос с едой.

— Джисон, это я. Принесла тебе перекусить, а то скоро в гроб с музыкой ляжешь, — произнесла ты, стараясь звучать легко и непринужденно.

В комнате царил творческий беспорядок: листы с исписанными текстами валялись на столе, на полу, даже умудрились зацепиться за микрофон. Джисон, склонившийся над компьютером, казался потерянным в своем собственном мире.

— Т/И? — обернулся он, и ты заметила, как усталость пропитала каждую черту его лица. Глаза покраснели, под ними залегли темные круги, а в уголках губ затаилась тень усталости.

Ты подошла ближе, поставила поднос на край стола, стараясь не задеть многочисленные бумаги, и облокотилась рядом.

— Бельчонок, ну что ты так убиваешься? Смотри, скоро совсем в кокон превратишься, — ласково проговорила ты, проводя рукой по его растрепанным волосам и опуская ладонь на щеку. Кожа под пальцами была горячей и немного колючей от щетины.

Он вздохнул, потер переносицу и поймал твою руку, переплетая ваши пальцы. Его взгляд скользнул по твоему лицу, задерживаясь на губах. Ты знала этот взгляд, знала, что он соскучился так же сильно, как и ты. Он соскучился по тебе целиком и полностью — по твоим глазам, по твоему голосу, по твоим прикосновениям.

Он потянул тебя на себя, усаживая на свои колени. Ты ахнула от неожиданности, но тут же обвила его шею руками, подстраиваясь под его движения. Он прижался к тебе, словно ища защиты и утешения.

— Блять, Т/И, прости, что я совсем пропал, — прошептал он, касаясь твоей щеки своими губами. — Я так заебался, но это... это важно.

Ты не стала спрашивать, что именно так важно. Знала, что он сам расскажет, когда будет готов. Сейчас ему нужно было только твое тепло и твоя поддержка.

Он снова посмотрел на твои губы, и в его глазах мелькнуло отчаянное желание. Он наклонился, и ты почувствовала его горячее дыхание на своей коже.

— Можно? — прошептал он, словно прося разрешения.

Ты не ответила, просто прикрыла глаза, позволяя ему делать то, чего так жаждала.

Он коснулся твоих губ своими, сначала робко и неуверенно, а затем все более настойчиво и страстно. Это был поцелуй, в котором смешались усталость, страсть и нежность. Поцелуй, который говорил о том, как сильно он соскучился по тебе, как сильно ты ему нужна.

Ты ответила на поцелуй, углубляя его, обвивая его шею руками и прижимаясь к нему всем телом. Ты чувствовала, как его руки скользят по твоей спине, притягивая тебя ближе, словно он боялся, что ты исчезнешь.

Его поцелуи становились все более требовательными, а дыхание — прерывистым. Он оторвался от твоих губ, тяжело дыша, и посмотрел на тебя с обожанием.

— Боже, Т/И, ты сводишь меня с ума, — прошептал он, касаясь своими губами твоей шеи. — Я так по тебе соскучился...

— Милый, — томно вздохнув, произнесла ты, — бросай работу и пойдём в спальню. Тебе нужно отдохнуть.

Ты немного отстранилась и посмотрела в лицо Джисона. Уставший взгляд, красные глаза, растрепанный вид — всё это вызывает у тебя чувство сочувствия.

— Сколько тебе осталось времени до того, чтобы ты окончил свою работу? — спросила ты, проводя пальцами руки по волосам Хана.

— Думаю ночи мне хватит до окончания дедлайна, — сжав руки на твоей талии, произнёс он, на что сразу получил твой недовольный взгляд. — Малыш?

— Ну уж нет, — встала ты с колен парня, оперевшись руками о бедра, — я не дам тебе остаться без нормального сна вообще. Вставай.

Ты чувствовала, как он сопротивляется, но твоя решимость была непоколебима. Его упрямство, конечно, могло соперничать с бетонной стеной, но ты знала его слабые места, знала, как его уломать.

— Никаких «но», Бельчонок, — промурлыкала ты, целуя его в нос и медленно отступая к двери. Он послушно следовал за тобой, словно зачарованный, позволяя тебе вести его, куда захочешь. — Ты слишком много работаешь. Твои глаза скоро выпадут, а мозги превратятся в кисель. Тебе нужен сон, нормальная еда и... немного развлечений.

Ты подмигнула ему, чувствуя, как его руки крепче сжимают твою талию.

— И, знаешь, — прошептала ты, касаясь его губами его уха, — я думаю, у меня есть кое-что, что может помочь тебе расслабиться.

Его дыхание участилось, а в глазах загорелся огонек. Кажется, твой план начал работать.

Ты продолжала медленно отступать, пока не достигла двери студии. Ты выключила свет, оставив комнату в полумраке, и потянула Джисона за собой.

— Ну же, ленивая задница, — прошептала ты, направляясь в сторону спальни. — Тебя ждет заслуженный отдых.

В спальне ты задернула шторы, создавая уютную, интимную атмосферу. Джисон стоял, облокотившись о дверь, наблюдая за тобой с нескрываемым желанием.

— И что же ты предлагаешь, чтобы я расслабился, Т/И? — хрипло спросил он, облизывая губы.

Ты усмехнулась, приближаясь к нему.

— Ну, для начала, я думаю, тебе стоит раздеться.

Ты начала расстегивать пуговицы на его рубашке, медленно проводя пальцами по его груди. Он затаил дыхание, позволяя тебе делать все, что захочешь.

— А потом... — прошептала ты, отбрасывая рубашку на пол, — я думаю, тебе нужно немного поцелуев.

Ты прижалась к нему, целуя его в шею, в плечи, в грудь. Он застонал от удовольствия, обнимая тебя в ответ.

— Боже, Т/И, ты сводишь меня с ума, — прошептал он, поднимая тебя на руки и направляясь к кровати.

Он мягко положил тебя на кровать и ты приблизилась к его губам, притягивая его за шею к себе.

— Милая, — отрываясь, сказал он, — у тебя послезавтра день рождение. Как ты хочешь его отметить?

— Бельчонок, я просто хочу его провести с тобой, а не в одиночестве, пока ты в студии со своими текстами проводишь время.

— Я исправлюсь, госпожа Ким, — ухмыльнувшись, он опустил голову ниже к твоей шее и ключицам.

Вы продолжительное время уделяли друг другу внимание, которого так давно не уделяли. Вскоре, вы лежали в обнимку. И ты была счастлива, когда услышала первое сопение своего парня.

***

В день твоего рождения Джисон выглядел куда лучше, потому что начал хорошо спать. Он весь день куда-то уходил, кому-то звонил, но поздравлений не было. Тебя это начинало тревожить, потому что он не мог забыть о нем, так как сам два дня назад спрашивал как будем праздновать его.

— Всё, спасибо большое, — отклонил звонок Джисон и побежал к тебе в комнату. — Милая, в 19 часов вечера будь готова, мы кое-куда поедем.

Ты застыла, словно громом пораженная. С одной стороны, облегчение — чертов гений наконец-то вспомнил о твоем существовании на этой планете. С другой — этот спектакль таинственности с самого утра начинал нехило так раздражать.

— И куда ж это мы, интересно, намылились? — процедила ты, стараясь вложить в голос минимум раздражения и максимум сарказма.

— Сюрприз, котенок, — ухмыльнулся Хан, и в этой ухмылке было что-то такое, что заставило твоё сердце бешено заколотиться. — Просто оденься так, чтобы у всех мужиков слюнки потекли, понял?

Этот тон... Этот похотливый огонь в глазах... Ах, черт, ты знала, что этот сумасшедший готовит что-то интересное. Весь день прошел, как в тумане. Ты мерила одно платье за другим, проклиная свой перфекционизм и одновременно наслаждаясь предвкушением. В голове крутились самые разные варианты — от банального ужина при свечах до какой-нибудь дикой вечеринки с его чокнутыми друзьями.

Наконец, за полчаса до назначенного времени, ты сдалась и натянула свое любимое черное платье. Кружево облегало фигуру, как вторая кожа, а разрез до бедра дразнил воображение. Ты нанесла немного макияжа, подчеркнув глаза и губы, и посмотрела в зеркало.

— Готова, черт возьми, — прошептала ты своему отражению.

Когда Хан вошел в комнату, он замер, как вкопанный. Его глаза похотливо оглядели тебя с головы до ног, и в горле послышался хриплый стон.

— Ёбаный в рот, Т/И, ты хочешь, чтобы я кончил прямо здесь? — прошептал он, подходя ближе. — Ты просто охуенная. Я так рад, что ты моя.

Он притянул тебя к себе и впился в губы страстным поцелуем. Ты ответила ему, обвивая руками его шею и чувствуя, как его руки скользят по твоей спине. Поцелуй становился все более требовательным и жарким, и ты уже начинала думать, что сегодняшний вечер закончится прямо здесь, в спальне.

— Потерпи, детка, — прошептал Хан, отрываясь от твоих губ. — Самое интересное еще впереди.

Всю дорогу до места назначения он держал тебя за руку и что-то тихонько напевал себе под нос. Ты пыталась выудить хоть какую-то информацию, но Хан лишь загадочно улыбался в ответ. Наконец, машина остановилась перед небольшим, ничем не примечательным зданием.

— Ну, и что это за дыра? — спросила ты, слегка разочарованная.

— Доверься мне, — ответил Хан, подмигивая.

Он вышел из машины и открыл тебе дверь. Ты вышла и замерла, увидев небольшую толпу людей, собравшихся у входа. Это были ваши друзья, его коллеги, ваши родители и даже твоя старая школьная подруга, с которой ты не виделась уже несколько лет. Все они держали в руках воздушные шары и плакаты с поздравлениями.

— С Днем Рождения, Т/И! — заорали они хором.

В горле застрял ком. Ты не могла поверить, что Хан смог организовать такой сюрприз. Слезы невольно навернулись на глаза.

Он взял тебя за руку и повел внутрь. Ты вошла и увидела, что все стены увешаны твоими фотографиями. На каждой фотографии был запечатлен какой-то момент из вашей жизни — первая встреча, первое свидание, совместные путешествия, смешные случаи из жизни. Под каждой фотографией Хан оставил небольшую подпись с теплыми словами.

В центре зала стоял небольшой подиум, освещенный софитами. Хан подвел тебя к нему, и ты увидела, что на подиуме стоит микрофон и гитара.

— Я знаю, что в последнее время я был полным мудаком, — начал Хан, слегка запинаясь. — Я слишком увлекся работой и совсем забыл о тебе. Но ты — самое дорогое, что у меня есть, Т/И. Ты — моя муза, мой лучший друг, моя любовь. И я написал эту песню специально для тебя.

Он взял гитару и начал играть нежную мелодию. Ты узнала её с первых аккордов — это была твоя любимая мелодия, которую ты часто напевала, когда была в хорошем настроении. Хан запел, и его голос заполнил зал. В песне он рассказывал о твоей красоте, о твоем уме, о твоей доброте, о том, как ты изменила его жизнь. Каждое слово проникало в самое сердце.

Когда он закончил петь, в зале воцарилась тишина. Затем раздались бурные аплодисменты. Ты стояла, не в силах произнести ни слова. Слезы катились по твоим щекам. Ты подбежала к Хану и крепко обняла его.

— Я люблю тебя, Хан Джисон, — прошептала ты ему на ухо.

— И я тебя, Т/И, — ответил он, целуя тебя в лоб. — Прости меня за все. Я обещаю, что больше такого не повторится.

Ты отстранилась и посмотрела ему в глаза. В них ты увидела искреннее раскаяние и любовь. Ты знала, что он говорит правду. Вы преодолеете все трудности вместе. Ведь у вас есть самое главное — любовь.

После этого последовала вечеринка с друзьями и близкими. Ты получила кучу поздравлений и подарков, но самым главным подарком для тебя была песня Хана. Она навсегда останется в твоем сердце. Вечером, когда все гости разошлись, ты и Хан остались одни.

— Ну что, госпожа Ким? — прошептал Хан, приближаясь к тебе. — Теперь ты моя, целиком и полностью.

Он взял тебя на руки и понес в спальню. Эта ночь была полна страсти, нежности и любви. Ты знала, что Хан больше никогда не оставит тебя одну. Ведь он понял, что ты — его все.