15
.Чимин проснулся от громкого плача, сморщился недовольно и встал машинально, еле
открывая сонные глаза. Чонгук спит рядом, лишь сильнее кутаясь в одеяле и прикрывая
уши. Пак мимолетно взглянул на альфу и выдохнул устало, поднялся с кровати и подошел
медленно к Мино. Ребенок продолжал плакать, пока папа не взял его на руки и не начал
укачивать. Пак качал его на руках и шептал колыбельную. Малыш чуть-чуть успокоился,
пока Мини потянул одежду, оголяя грудь, и дал ребенку.
— Кушай, кушай, маленький, — шептал Чимин монотонно и смотрел с прищуром на
ребенка, пока тот кушал и смотрел на омегу удивленно.
Потом Чимин ходил с ребенком по комнате, качая его на ручках, но Мино словно
специально не хотел спать, глядел на папу и открывал ротик. Совсем недавно малыш
открыл глазки и как же Мини был счастлив, когда заметил, что альфа все больше и
больше напоминает брата. Чимин всегда считал, что Чонгук красивее его, а глаза —
отдельное искусство. И сейчас Мино, не отрываясь, смотрит на него.
Чимин посмотрел на часы. Три часа ночи.
— Мино, неужели ты выспался? — спросил Чимин ребенка, который все равно его не
понимал. — Давай ты днем будешь смотреть на папу, малыш. Папочка очень хочет спать.
Ребенок тут же сморщился, а Чимин аж охнул, заподозрив, что Мино опять начнет
плакать. Поэтому колыбельную пришлось петь усиленно и соску дать мальчику. Благо
через минут пятнадцать малыш все же уснул. Пак уложил его в кроватку, затем слабо
покачивая ее, держался, дабы не отключиться. Омега долго не продержался. Поэтому
через минут десять закончил и лег в постель, засыпая мгновенно и не замечая, как его
обняли.
Уже несколько дней Мини не высыпался. Мино мало спит и больше бодрствует, а когда
это происходит, он требует к себе внимание, плачет и просит кушать часто. Чимин терпит
и не зовет папу, хотя тот был прав, очень тяжело следить за ребенком. Чонгук помогает,
но так как альфа учится да и работает, омега предпочитает не нагружать его, сам берет
заботу на себя. И Чон злиться на Пака из-за этого, потому что оба родителя должны
участвовать в жизни малыша.
Сегодня у Чонгука загруженный день, он занят сильно, сидя за конспектами, пока Чимин
готовит кушать на кухне. Вдруг Пак почувствовал, что малыш больше не спит, но от плиты
все равно не отходил. Пока Мино не заплакал, вновь требуя к себе внимание. Омега
тяжело вздохнул и пошел к ребенку. Маленький альфа уже тянул к нему ручки и
открывал свой беззубый рот, заливаясь плачем.
— Тише, милый, — говорит спокойно Мини и качает на руках малыша. — Давай-ка с
тобой поиграем. Хочешь играть?
Мино засмеялся тут же, разглядывая папу внимательно, пока тот корчил ему смешные
рожицы. Чонгук усмехнулся, разворачиваясь и глядя на идиллию. Но, когда он смотрел
на омегу, в душе просыпалась грусть. Малыш, конечно, еще не понимал, как родитель
уставал, как под глазами Мини залегли темные тени, а кожа становилась все бледнее и
бледнее.
— Пойдем посмотрим, что делает твой отец. У него завтра зачет, — говорил с
наигранной улыбкой Пак и, держа крепко малыша, подошел к альфе. — Ого, какой он
молодец.
— Ну кто бы сомневался. — Чон отложил бумаги в сторону и встал, чтобы забрать
ребенка. -
Иди отдохни. Дай Мино провести время с отцом.
— Но у тебя завтра трудный день, — выдал устало Чимин, но в душе даже обрадовался,
что хоть немного он может отдохнуть.
— Я уже все. — Чон подбросил счастливого малыша и поймал, играясь с ним. — Я
серьезно, хен. Ты выглядишь неважно.
— Да что уж там, мне еще готовить.
— Оставь, я приготовлю.
— Ребенка сначала уложи.
Чимин отмахнулся и направился на кухню, чтобы продолжить готовить. Уже прошло
полмесяца, как их выписали, но за все время Мини уже морально устал. Устал, что по
ночам приходилось часто вставать и успокаивать ребенка; устал, что днем ему никто не
мог помочь; устал, что такое будет тянуться еще очень долго. Иногда ему хочется все
бросить и просто уйти куда-нибудь, отдохнуть. Нет, это нормально, родителям сначала
очень тяжело, зато чувство, что под боком есть малыш, твоя кровиночка родная,
неповторимы. Омега знал, что надо лишь потерпеть, что они обязательно справятся.
Омега почувствовал, как ему положили руки на талию и поцеловали в шею. Чимин
улыбнулся и оголил шею для еще больших поцелуев. Чонгук слегка прикусил кожу, отчего
Мини ойкнул.
— Осторожно, — выдал Пак и улыбнулся.
— Ты так вкусно пахнешь, я б тебя съел, — промурлыкал и укусил вновь.
— Каннибализм не приветствуется в нашей стране. — Усмехнулся и подался бедрами
назад, упираясь в полувставшую плоть альфы.
— Тогда я бы тебя вылизал всего. А потом… — прорычал Чон и толкнулся вперед,
заставляя омегу застонать. — Долго бы растягивал своим языком.
Чимин легонько толкнул локтем в живот парня, а тот засмеялся и положил голову на
плечо Мини. Пак бормотал несвязанное себе под нос, но Чон успел понять, что омегу
такое поведение слишком смущает.
— Не смущайся так, мы все равно одни.
— Там Мино, а если он проснется. — Мини почувствовал, как Чонгук просунул руку ему в
штаны, обхватывая ягодицу.
— Он спит крепким сном.
Чон прикоснулся к дырочке и протолкнул один палец. Чимин ахнул и закусил губу. Альфа
же целовал его плечи и стягивал мешающие шорты. Они давно не занимались сексом, все
времени не было, поэтому Пак готов был отдаться брату хоть здесь в такой позе,
выпячивая задницу и стоная от наслаждения. Слишком давно он не чувствовал Чонгука,
что отражалось на его поведении. То же самое и про альфу.
Чон уже вынул член и пристроился, как услышал плач Мино. Чимин цокнул и выдохнул
напряженно, отстраняясь. Возбуждение тут же пропало у обоих. Чонгук натянул на себя
штаны и чмокнул Пака в щечку.
— Я скоро вернусь, хен.
Чимин кивнул мысленно и натянул на себя штаны. Сексом они так и не занялись. Чонгуку
позвонил Намджун и попросил прийти срочно. Альфа наскоро одевался, пока Чимин
стоял в коридоре и смотрел на него со сложенными на груди руками.
— Мы тебя ждем, — выдал омега и улыбнулся.
— Куда я денусь. Если честно, вообще никуда неохота. — Покачал головой Чонгук.
— Я бы тоже так поступил, так что иди, долг зовет.
Чонгук замешкался на секунду, а потом притянул парня к себе и поцеловал. Чимин
ответил, не мешкая, притянул брата к себе сильнее, а когда отстранил, то прошептал в
губы:
— Ты мне, Чон Чонгук, обещал кое-что.
— Скоро выходные, милый. Мино отнесем родителям, пусть водятся. Зато мы с тобой
будем совершать грешки.
— Хм, заманчивое предложение. — Закусил губу парень. — Но разве это не будет
казаться странным?
— Есть такое, но… — Чонгук задумался, даже глаза поднял вверх, а потом резко: —
плевать. Я хочу провести с тобой время наедине, и в этот раз никто не помешает
трахнуть тебя.
Чимин засмеялся и ударил брата по плечу, отстраняясь и прикрывая рот.
— Иди уже, секс-машина.
Чонгук послал воздушный поцелуй парню, вызывая еще большую улыбку, и вышел. Пак
покачал головой, думая про себя, что Чонгук еще сам ребенок, а уже малыша завел.
Посмеялась же судьба, когда свела этих двух идиотов.
***
— Кто у нас такой миленький? У-тю-тю, — говорил детским голосом Хосок и держал
альфу на руках, пока тот удивленно глядел на бету. — Что он на меня смотрит, как на
чмо?
— Не выражайся при ребенке, — выдал Чимин с кухни.
— Да я же не сильно.
Хосок прижал малыша к себе и пошел на кухню, на ходу укачивая Мино. Чимин курил,
сидя на подоконнике и как только увидел друга с малышом, замахал руками.
— Уведи его, — выдал Чимин, но Хосок с места не сдвинулся. — Вредина.
Чимин быстро выкинул остатки и подошел к раковине, чтобы прополоскать рот. Чон
поцокал языком и показал пальчиком на Пака, говоря, что папа поступает плохо, за что
малыш удивленно уставился на омегу и нахмурился.
— Будем учить тебя бросать курить. Эй, ты же не курил, — сказал Чон нахмурено.
— Это на нервной почве.
— Твой папа предлагал помощь. — Пожал плечами бета.
— Ага, он хотел жить со мной, а ничего, что я живу с Чонгуком и у нас не совсем…
братские отношения.
Хосок усмехнулся.
— Не совсем? Это еще мягко сказано.
— Я сильно устаю, что с ног валюсь. Я не спал несколько суток нормально. — Чимин
закрыл форточку, а Мино, зашевелившись в руках беты усиленно, заплакал. Омега
тяжело вздохнул и взял малыша на руки. — Ну что ты, малыш, снова кушать захотел? В
общем, на выходных Мино посетит дедушек.
— Правильно, отдохни нормально. Хотя… Чонгук же тоже отдыхает? — Чон прищурился
хитро и улыбнулся коварно.
— Да. Не подумай ничего… лишнего.
— Я молчу. Просто вам надо наконец-то… вдвоем…
— Заткнись.
Пока Чимин кормил ребенка, Чон сидел рядом и рассказывал о своей жизни. Чимин
внимательно слушал, держа крепко ребенка и совсем не заметил, как тот уснул в его
руках. Перед тем, как уложить Мино спать, омега переодел его в чистую одежду.
Ребенок мило ворочался во сне, причмокивая соской во рту. Чон засмотрелся на малыша
и заулыбался.
— Он похож на Чонгука, — сказал бета и нежно провел по лицу мальчика.
— Да, вылитый братец. — Чимин поправил одежду альфы и прикоснулся к редким
черненьким волосам. — Значит с Намджуном все серьезно?
— Относительно. Я же говорю, что не знаю. Он хороший, но… мне кажется, я его
недостоин. — Грустно выдохнул Чон.
— Ты отличный. Нет. Ты лучший. Да за тебя еще побороться надо. — Чимин толкнул его
слегка.
— Думаешь? Я же бета.
— Ты лучше любой омеги. — Подмигнул ему Мини. — Ты сочетаешь в себе все. Ты — моя
надежда. И Намджун это знает и любит тебя.
— Эх ты, твои слова радуют. — Вздохнул Хосок и положил голову на плечо друга,
обнимая его крепко. Мини погладил его руку успокаивающе. Вдруг неподалеку
послышался свист. Чон вздрогнул, а Пак, увидев его реакцию, засмеял и потянул Хоби за
собой.
— Пошли пить чай.
***
Чонгук не сдержался и Чимин мог это понять. У них не было секса больше месяца, и сам
Пак готов был при любой возможности, чтобы его взяли. Что Чон и сделал. Как только
они зашли в квартиру, перед этим побывав у родителей и оставив до воскресения там
Мино, нормально не раздевшись, они тут же проследовали на диван. Чимин быстренько
стянул с себя ненужную одежду и развернулся к альфе спиной, прогибаясь. Чонгук
положил ладони на ягодицы и прошептал на ушко возбужденным голосом:
— Какой нетерпеливый.
— Я себя растягивал. — Пак для уверенности раздвинул ноги, отчего Чон поцеловал его
в плечо, а затем, пристроившись, вошел резко. — Да-а…
— Детка, ты меня так заводишь.
Чон не желал терпеть. Он очень хотел брата, омегу под собой. Чимин оставался таким
же желанным, как и до родов, таким нежным и вкусным, что альфа не мог не
наслаждаться своим братишкой. Чимин застонал громче, когда Чон толкнулся под другим
углом и зарычал. Пак стонал так громко, что ему стало жалко соседей, которые,
наверняка, могли это услышать.
Чимин вскрикнул, кончив. Чонгук толкнулся пару раз и, выйдя из Чимина, излился тому на
спину. Омега прилег рядом и потянулся к альфе, уткнулся ему в шею и замер. Чон
наскоро поцеловал брата. Паку нужен был отдых, небольшой перерыв, прежде чем они
бы снова начали совокупляться. Правда, Чона это не утроило. Он перевернул омегу на
спину и навалился сверху, до конца стянул одежду парня и засмотрелся на красивое
тело.
— Гукки, только не говори, что передышки не будет… — выдохнул Мини, но Чонгук лишь
усмехнулся.
— Хен, ты говоришь как старик. Мы молоды, какая передышка.
— Сжалься, — наигранно захныкал омега, но ноги все же раздвинул.
Чонгук оскалился и опустился к соскам омеги, целуя их по очереди, поглаживал тонкую
талию парня, которая не испортилась совсем от родов. Чон опустился ниже, целуя
мягкий живот и привлекательный пупок, отчего Чимин застонал и потянулся руками к
шелковистым волосам брата. Чимин чувствовал, что еще немного, и он снова и снова
будет отдаваться Чонгуку, слушаться его, ластиться и просить большего. Омега закусил
губу и шире раздвинул ноги, сгорая от нетерпения.
Неожиданно Чонгук дошел шрама под пупком и, замедлив на секунду, начал его
облизывать. Пак удивленно выдал, глядя на эту картину:
— Не стоит… Он уродливый.
— В тебе нет ничего уродливого, хен. Этот шрамик миленький. — Чонгук хихикнул и
поцеловал его. — Как и твои пальчики.
— Еще слово и мы прекратим. — Потыкал в него пальцем омега.
В этот раз Чонгук брал парня медленнее, но тот умудрился от острых ощущений
исцарапать ему спину и даже укусить в плечо. После же Чон сорвался, вновь трахая
брата с оттяжкой. Чимин плыл от удовольствия, сам насаживался и просился войти в
него глубже, сильнее и не останавливаться. Впрочем, они снова не защищались, но Чон
держал себя в руках. Хотя Пак настолько привык к узлу, что-то, что его не было,
огорчало в душе.
Целый день они провели в постели, на следующий же день они отсыпались, ходили в
кино, а вечером заглянули к родителям.
***
Чимин услышал звонок с кухни и, не посмотрев, кто его абонент радостно ответил:
— Да?
— Чимин-хен? — прошептали на той стороне. Чимин вздрогнул. Голос явно был
незнакомый, глубокий, похожий на голос Юнги, но это был не он.
— Да, это я, — выдал взволнованно парень.
— Это Тэхен… Хен, ты мне нужен…