Драбблы [Хирофин/Хесса]

_________________________________

Двое мужчин расположились в гостиной на втором этаже. Мистер Роджерс угостил господина сигарой, усевшись с ним за небольшой стол.

— Ты хотел поделиться новостью, – выпускает небольшой клуб дыма мистер Халфер. – В городе открылся новый игорный дом с твоим именем?

— Нет, Генрих, с бизнесом покончено, – спокойным голосом ответил мужчина, почесав рукой копну поседевших волос.

— Насколько мне известно, ты каждый уголок поселения держишь под своим контролем. У тебя везде есть дело. Что заставило великого Роджерса уйти в отставку?

— Я умираю, Генрих. Манчес мне вчера намекнул о неизбежном, – он посмотрел многозначительно, со спокойного тона едва перешел на шепот. – Месяц, может два...

У его давнего друга застыло на лице сильное удивление. Халфер сохранял тактичность и пытался подобрать вопрос.

— Ты уже знаешь причину? – это было очевидным, но захочет ли он ею делиться, у каждого есть личное, вот и Уильям решил уйти от ответа новой, но не менее интересной темой для разговора.

— Прежде я хочу сделать так, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась. Я обеспечу Мари и Рубена состоянием на три жизни вперед, что даже внукам моего сына не придется чувствовать тяжелый вкус труда, которым даются деньги.

Неужели причина их уединения от игры в этот вечер – желание Уильяма похвастаться уровнем своего несметного богатства даже в самую трудную минуту? Генрих нахмурился.

— Для чего ты поведал мне свою трагичную историю?

— Я могу рассчитывать на твою помощь?..

Их разговор прервал ворвавшийся в комнату полупрозрачный тюль, его разбудил вечерний ветер, окна распахнулись сильнее. Это привлекло внимание мужчин, заставляя обоих замолчать.

Господин Халфер приподнялся со своего места, чтобы избавиться от сквозняка, но в первую очередь, не выпускать разговор за пределы двух человек. Мужчине показалось, что за ними кто-то наблюдает.

* * *

Этим же вечером Тень вернулась в отель Восточного побережья при баре мистера Шаври. Ей было необходимо донести свежую новость о том, что в ближайшем будущем могло поджидать одного из самых влиятельных джентельменов поселения Комврати.

За столом пьянствовали весьма не бедствующие мужчины, людей до ее ухода было меньше. Несколько человек играли в карты, собравшаяся вокруг них толпа с криками поддержки, смеха и прочих разговоров мешала пройти ей в комнату на втором этаже.

— Расступитесь, грязные элинийцы! – зашипела девушка, один из местных обратил на нее заинтересованное внимание, привлекая к диалогу своих товарищей.

— Посмотрите, Тень ночного кошмара города снова ходит без своего хозяина, – ее имени не знал никто, мужчина хотел отпустить черный капюшон, но девчонка отступила.

— Ты хочешь, чтобы я лишила тебя этой руки?

Ее боялись. Местные могли позволить лишь вольность в подобных высказываниях в ее адрес, и то не все. И только отчаянные сподобились на такой рисковый шаг, как прикосновение. Каждый в Комврати знал, кому принадлежит эта девушка и на что она сама также способна.

Рохас оглянулся на играющих и вспомнил за чем пришел. Новоиспеченный интерес растворился в азарте, царившем у карточного стола.

— Лучше уходи, не порть нам вечер, Ведьма, – хотел проводить ее своими словами, но девушка давно испарилась в толпе ликующих бесследно.

Она прошла в свою комнату, оставаясь незамеченной. На кровати , стоящей в углу комнаты, как всегда развалился маленький Габи. Они между собой называли так мальчишку за то, что ростом природа его значительно обделила.

Тень не удивлялась его внезапному проникновению. Габи отличался своим умением виртуозно владеть любым замком. Как бы сильно он не держал нужное место, русоволосый намбиец всегда найдет его слабость и вскроет, используя свои тонкие длинные пальцы.

— Ты сегодня рано, – улыбнулся мальчишка. – Хозяин еще не появлялся.

— Не называй его так.

— Вы помогли мне сбежать. Теперь мы оба работаем на него.

— Мы всего лишь команда. Он не вправе распоряжаться нашими жизнями, – девушка сняла плащ, ее светлые локоны рассыпались по плечам, обрамляя лицо.

— Почему те внизу называют тебя Ведьмой?

— Кучка жалких трусов. Не обращай внимания.

Они сами однажды выдумали легенду о том, что она обладает особым даром, присущим временам, когда за подобные махинации девушек сжигали на кострах. Тень наемника подходила по всем параметрам. У нее уникальная внешность, постоянно привлекающая излишнее внимание мужского пола, и прекрасные способности красть чужие секреты. Она искусно завладевала тайнами людей.

Они боялись ее, верили, что она могла нагнать на них проклятие даже во сне.

Девушка расположилась на кровати рядом со своим другом, затем задержала недолгий взгляд на окне. Большом, просторном, оно выходило на ночной Комврати, приветствуя воцарившую в темном небе Луну.

— Ты говорил с торговцем сегодня? – единственный близкий друг наемника, он знал о нем едва ли не все.

— Господин ушел на встречу. Его хотел видеть человек из Шангрен.

Она сжала плащ в руках, решив проследить за этим диалогом. Ей необходимо было думать наперед, потому что новое дело не станет ждать. Тень заранее выведывает любые тонкости из жизни заказчиков и их целей.

— Где они встретятся?

— Этого я не знаю, но ушел он давно.

В следующую секунду она ловко накинула на себя главный атрибут образа, что свободно волочится по земле, и шагнула в окно, растворившись во тьме ночного города. Луну закрыли собой густые облака.

* * *

В игорном доме местного всем известного господина народу сегодня было не так много, вокруг слишком темно, теплый свет дарили свечи, по одной расположенные на каждом столе. Мужчины оживленно разговаривали между собой, пили и продолжали играть.

Но его появление заметили все, это принесло с собой тишину, холод успел пробежаться по каждому гостю. Они знали, что могло знаменовать собой присутствие Наемника, а кто не знал, мог лишь предположить.

Проходит медленно, из под черной шляпы косвенно приветствует ледяным взглядом присутствующих. Его ненавидели, но и боялись. Скрип половиц преследует до самого дальнего столика приватной зоны. Мужчина сидел один.

— Господин Скотт, добрый вечер, – кивнул ему в знак приветствия, парень откинул полы длинного холщового пальто и занял свободное место напротив. – Меня зовут Генрих Халфер.

— Полагаю, вы в курсе, кто я такой, раз уж назначили встречу. Чем обязан нашему знакомству?

— Мне нужна ваша помощь. Уильям Роджерс, мой давний знакомый, держит имение в Фурбане, владеет домами карточных игр, пабов и борделей по всему городу...

— Вы могли сократить свой рассказ до «самый известный человек в Шангрен». Его не знают, разве что, крысы на Западном побережье Комврати.

— Мне нужна его смерть.

— С этим и без меня прекрасно справится его опухоль.

— Откуда вам известно? – плечи господина дернулись вверх с его широким станом, он удивился.

— Не имеет значения. Вы точно знали к кому обратиться, не так ли, сэр? – на лице наемника едва заметно поползли вверх коварные уголки губ.

— Он должен умереть в ближайшие дни. Я дам вам миллион шéле. Авансом.

— Три. За остальными двумя приду позже.

— Вам взбрело в голову грабить меня, мистер Скотт?

— Бросьте, Халфер. Уже через месяц вы вернете себе эту сумму. С небольшим процентом.

— Два миллиона. Я не смогу предложить вам больше.

— Хорошо. Уильям Роджерс – известный человек. Все равно уже в ближайшие дни найдется тот, кто сможет, — он поправил пальто, поспешив подняться с места. – Удачи в борьбе за наследство с его женой, мистер Халфер...

— Ладно! Постойте, – почти кричал удаляющемуся наемнику в спину Генрих, тот медленно развернулся, продолжая стоять на месте. — Два миллиона. И два после. Пожалуйста, мистер Скотт, взамен одного я продам вам долю в клубе Шангрен.

Новые условия вполне устраивали его, ведь таким образом можно было иметь постоянный источник доходов в одном из самых прибыльных мест города. Здесь даже долго думать не пришлось.

— Я приду завтра, – последние слова, которые проронил наемник, прежде чем двери комнаты успели скрыть его за собой.

— Мелкий ублюдок из Комврати!.. – едва слышно выругался Халфер.

Его бы не задели эти слова. Парня называли и похуже, так что это уже был своего рода комплимент.

* * *

Сидя за своим рабочим столом, он то и дело прокручивал в голове каждый раз новые варианты плана действий по предстоящей работе, но разговоры сидящих на полу и все время смеющихся Габи и Дороти постоянно отвлекали его.

— Может вы найдете себе другое место для развлечений?

— Ты мог бы присоединиться вместо того, чтобы каждый день думать о своих смертельно грязных делах! – всплеснула руками Дороти, поднимаясь с места.

— Эти смертельно грязные дела обогатят нас на несколько лет вперед.

— Ты в своем репертуаре, Наемник. Лучше оставь дьявольскую работу и проведи время с нами, – она почти склонилась над ним, длинные черные волосы едва достигали поверхности письменного стола.

Его давно наскучили маленькие заигрывания Дороти, поэтому он намеренно игнорировал любые ее намеки.

— Вместо того, чтобы продолжать испытывать мое терпение, раздобыли бы нам на сегодня ужин.

— И как мы, по-твоему, это сделаем? Мистер Шаври уже точит на нас зуб, мы задолжали арендную плату.

— Лучше направь свое драгоценное обаяние на изголодавшихся внизу мужчин. Тебе есть, чем их удивить, а им есть, что тебе предложить.

— Я сделаю вид, что не слышал этого, – сморщив нос, произнес сидящий на полу Габи.

Закатив глаза, девушка сложила руки под своей грудью.

— Тебе будет это дорогого стоить, Наемник...

— С радостью припомню это тебе в виде крупного чека, который ты получишь уже на следующей неделе.

— Идем, малыш, у нас новое задание, – смерив парня недовольным взглядом, она берет Габи за руку, выходя вместе с ним за дверь на первый этаж.

Следом за их уходом он слышит, как приоткрывается окно в комнату. Голова парня поворачивается, он видит ее. Осторожно скинув на пол свой плащ и расстегнув манжеты, девушка достает очень длинный потрепанный сверток и, приблизившись, бросает его на письменный стол.

— План поместья Уильяма Роджерса, где он проведет свои следующие три дня. Полагаю, тебе это понадобится.

Он осторожно разворачивает изношенную временем бумагу, пробегаясь внимательными глазами по точно выведенной схеме дома.

— Смотрю, времени ты зря не теряла.

— Пожалуйста, – спокойно ответила девушка, отойдя к кровати, чтобы переодеться.

Он оторвался от бумаги и оглянулся на нее, задержав взгляд чуть дольше положенного, который она вскоре поймала. Ее особенность в походке не осталась незамеченной.

— Что с ногой?

— Ерунда, неудачное приземление, – она знала, что его беспокойство могло быть вызвано лишь заботой о качестве исполнения их общей миссии, в противном случае его внимания она никогда не добьется. – Что мы получим за смерть Роджерса?

— Где-то чуть больше, чем я рассчитывал. Хватит, чтобы начать новую свободную жизнь, – намеренно подчеркнул последнее предложение. – Завтра я дам тебе выходной, можешь присмотреть удобный для себя корабль на причале Юлбо.

— Я бы не сделала этого втайне от тебя, как раз хотела поговорить. Но как ты узнал?

Это было лишь предположение, которое оправдалось. Он догадывался.

— Я тебя не осуждаю. На твоем месте я бы еще после первого дела оставил все это и уплыл как можно дальше, – он избегал смотреть на нее, успевая изучать детали схемы поместья Уильяма, пока она сидела на кровати, растирая ногу. – Но ты осталась и решения твои с тех пор не менялись. До сегодняшнего дня.

— Я просто устала мерить жадность подонков Шéллеха, – тяжело вздохнула девушка, на что он почти улыбнулся.

— Зато успела прославиться среди них.

— Они называют меня твоей Тенью.

— У твоей Тени нет обладателя.

— Они так не считают.

— Какая разница, кто как думает? Это всего лишь сборище глупых и жалких трусов. Ты должна помнить, что это они боятся тебя. От одного вида темного силуэта кровь уже стынет в их жилах. Твоя Тень слишком густая, чтобы стоять за кем-то. Она действует сама по себе, – он избегал звать ее по имени, в этом случае даже стены могли их слышать.

— Ты прекрасно знаешь, что мне нет дела до чужого мнения. Я просто не хочу, чтобы люди узнавали меня.

— Тогда ты права, тебе действительно лучше уплывать отсюда.

Она боялась следующего вопроса, но он постоянно крутится в ее голове. Нужно просто правильно его задать, чтобы он понял ее.

— А что ты собираешься делать дальше?

— То же, что и всегда. Играть с жадностью подонков Шеллеха.

— И тебе никогда не хотелось чего-то большего? – когда их глаза встретились, он впервые серьезно задумался.

— Мне всегда хотелось больше денег.

— Ты понял о чем я.

Эта тема была для них чем-то очень личным. Даже не смотря на то, что они знали друг о друге больше, чем кто бы то ни был, все равно даже при этом полностью раскрыться им никогда не удавалось. Таковы правила.

И он не позволит лишнего.

Сейчас она поняла, что останется ни с чем, поэтому разговор лучше было прекратить. Она не станет давить на него. Скоро все изменится, она уплывет далеко и сможет забыть все, что было, навсегда. Забыть его.

Как бы тяжело ни было.

Он увидел ее силуэт, настоящую тень фигуры, исходящую от лампы на подоконнике. За ширмой девушка переодевалась, чтобы приготовиться ко сну. Ее длинная рука потянулась за накидкой и он заметил открытую часть плеча, что было странно, ведь девушка всегда находилась в максимально закрытой одежде.

Он хотел прекратить это, но не мог не смотреть. В его голове просыпались образы, которые порой посещали мимолетные, едва зародившиеся мысли.

Но об этом нельзя было думать. Он не позволял. Насколько хорошо бы он не знал эту девушку, никогда не испортит ее жизнь своим затянувшимся присутствуем. Какая-то его часть чувствовала облегчение, что скоро она оставит его. Так будет гораздо проще концентрироваться на цели.

Но другая часть, которую он периодически подавлял и заглушал внутри себя, сейчас вступает в полемику с разумом, передавая в голову противоречивые мысли.

Он посмотрел на изящную линию талии, аккуратно слаженную фигуру и длинные волнистые волосы в последний раз.

Этого больше никогда не будет.

* * *

Буквально через несколько дней он уверенно следовал в дом мистера Халфера, чтобы забрать свои деньги и договор на обещанную долю в клубе мужчины. Однако в кабинете господина, помимо самого Генриха, ждал его не только хозяин. Рядом стоял охранник, некий верзила, которого он звал Седрик.

— Мистер Скотт, чем обязан вашему визиту?

— Вы мне кое-что задолжали, сэр, – невозмутимо сел за стол напротив мужчины.

— Для начала позвольте поблагодарить вас за прекрасно проделанную работу.

— Я заранее даю вам на это гарантию, запросив немалую сумму денег. Которые мне бы хотелось получить как можно скорее.

— Вы бы стали мне хорошим компаньоном, Скотт... – мужчина сцепил руки в замок на животе и взглядом подозвал своего охранника к наемнику. – Но я вас сразу предупредил, что у меня нет таких денег.

— Что ж, в таком случае процент пойдет соответсвующий. Я заберу некоторые ваши лучшие публичные дома на свое усмотрение. Отныне вы их не крышуете.

— Или, как вариант, я позволю своему помощнику просто избавиться от вас. Быстро и без последствий.

Седрик встал прямо за спиной наемника и, когда тот в удивлении за эту непростительную глупость Халфера вскинул бровь вверх, схватил парня за плечо.

В это же мгновение он стащил перьевую ручку со стола мужчины и, развернувшись, немедленно перевернул охранника, уложив его спиной на пол. Ему хватило одного удара в челюсть, а дальше в ход последовала ручка.

Находящийся в шоковом состоянии Генрих продолжал стоять и смотреть, как его прислужника убивают одним лишь предметом письма. Седрик не успел даже вскрикнуть. Его тело отовсюду сочилось кровью, лицо было омерзительно изуродовано, что от него практически ничего не осталось.

Резкие и точные замахи со смертельными ударами не прекращались. Наемника задевала и украшала багровая кровь помощника Халфера. На его коже, одежде – повсюду были маленькие красные крапинки, как следы, давно запятнавшие его чернеющую душу.

Отдышавшись, он выпрямился, оставив бездыханное тело в покое, затем бросил окровавленную ручку на стол Генриха, подойдя ближе.

— Где мои деньги, Халфер? – Мужчина не мог и слова вымолвить, просто продолжал смотреть с застывшим ужасом на лице, эта картина отныне будет преследовать его вечно. — Не заставляй меня снова марать руки, забирая и твою жалкую жизнь.

Он заметил, как у Халфера затряслись руки. Изо всех сил постаравшись хоть немного прийти в себя, Генрих еле заметно кивнул, поспешно наклоняясь к своему сейфу...

* * *

Вечером за собой море постепенно скрывало багряное солнце, рисующее последними лучами прекрасные небесные пейзажи.

Они стояли вдвоем у причала, поджидая приход ее личного корабля. Морской ветер дарил собой прохладу, девушка укуталась в собственных объятиях.

— Твоя мечта сбылась, – он смотрел на ее огромное подплывающее судно. –Уже решила, где остановишься?

— Я подумывала о Герции, – это было место, где она родилась, сейчас девушка в порыве волнительных мыслей вновь посмотрела на него. – Мы ведь еще увидимся?

— Конечно. Я заранее пришлю тебе приглашение на свои похороны.

Она фыркнула в усмешке. Улыбнувшись, он поймал ее взгляд.

— Сделаю все возможное, чтобы увидеть твое вечно угрюмое выражение лица задолго до этого...

Когда корабль остановился, девушка поняла, что время пришло. Утром она успела попрощаться с Дороти и Габи, а сейчас на момент ее отбытия проститься пришел единственный близкий человек.

— Тогда до встречи, Хардин, – оплетая его плечи, она прижалась к груди парня, почувствовав вскоре тепло его ладоней на своей спине.

— Прощай, Тесса...

Она отплывала все дальше, в последний раз запоминая картину города, к которому успела привыкнуть за последние годы жизни. Его образ с отдалением становился различим все меньше, превращаясь в черную линию на берегу. Как бы не распорядилась с ними судьба, она навсегда запомнит его в своей жизни и сохранит в памяти.

Он не отрывал своего взгляда от уплывающего судна, пытаясь каждый раз успевать насытиться видом ее присутствия, пока еще это было возможно. И когда через несколько минут корабль слился с линией горизонта, он напоследок оглянулся на потемневшую в прохладном вечере гладь лазурной воды, уже вспоминая ее глаза...

👇🏻🌟👀