Дополнительная Глава
Спустя 2 года. Лос-Анджелес, Калифорния.
Мой будильник звенит так громко, что я зарываюсь головой под подушку.
— Выруби эту хрень, — произношу я с раздражением. — Сэм? Ты меня слышишь, выруби, пожалуйста, эту хрень!
— Доброе утро, Лекс, — он швыряет будильник в стенку, тот с грохотом падает, и так каждое утро. Нет, я люблю своего бойфренда, но иногда он бывает занозой в заднице — особенно по утрам, когда хочет что-то швырнуть.
— О, Боже, мой, — я резко поднимаюсь. — Дерьмо, скоро приедут твои родители!
— Это все лишь мои родители. Успокойся, — он нежно берет меня за руку, а потом тянет к себе. Я закатываю глаза.
— Сэм, я серьёзно. Давай вставай, нам нужно сходить купить что-нибудь..
— Замолчи, — он закрывает мой рот ладонью, и начинает покрывать мою шею поцелуями. Я склоняю голову набок, чтобы дать ему больше простора. Присев, Сэм стягивает с меня пижамные шортики.
— Уилкинсон..— вздыхаю я. — Я расскажу твоей маме, что ты себя плохо ведёшь.
— И что же ты ей скажешь? — он хихикает и стягивает с меня трусики и носочки.
— Какой нормальный человек стал бы спать в носках?
— Эй, ночью холодно! — он заливается хохотом. Сэм просовывает руку между моих ног, его пальцы медленно входят в меня. Это было неожиданно, поэтому я вскрикивая хватаясь за простынь. Я закусываю губу наслаждаясь приятными ощущениями. Уилкинсон наклоняется к моему уху, и целует мочку. Я обнимаю его за шею, зарывая пальцы в его блондинестые волосы. Он покрасился после смерти Бэрри. Она разрушила его, но я его исцелила. Я люблю его всей частичкой своего тела и души, поэтому я пошла на это ради него.
— Я хочу заняться с тобой любовью, — шепчет он тихо. Мы никогда не занимались любовью. Я облизываю пересохшие губы.
— Я хочу, чтобы ты поняла насколько я люблю тебя, малышка. Ты делаешь меня самым счастливым, и я просто хочу, чтобы ты поняла, что то, что я чувствую к тебе — это не любовь. Это больше чем любовь. Я люблю тебя всю, — мои глаза становятся мокрыми от его ласковых слов. Я хватая ртом воздух и слегка сжимаю пальцы. Он ухмыляется, а из меня вырывается стон блаженства. Когда я открываю глаза, Сэм смотрит на меня с мальчишеской ухмылкой. Он снимает свои боксёры, и располагается между моими ногами.
— Я люблю каждый миллиметр твоего тела, — я издаю стон, когда он целует внутреннюю часть моего бедра. — Я люблю каждый звук, каждый стон исходящий от тебя. — говорит он, облизывая и посасывая мой пупок, двигаясь к грудям. Сэм уткнулся в ложбинку между грудями, и стал исследовать её губами и кончиком языка. Его тёплое дыхание заставляло меня дрожать от возбуждения. Он притянул меня ближе он накрыл мои губы. Подарив мне восхитительный поцелуй, он вошёл в меня так, что я вскрикнула его имя.
Уперевшись руками он поднял свой корпус, и медленно начал входить и выходить из меня. Я вскрикнула от наслаждения.
— Господи, — слетает с моих губ. Вдох. Выдох.
— Я люблю все, что связанно с тобой, Алексис Блэк, — он двигается быстрее, заставляя меня молить. — Ты выйдешь за меня замуж? — я распахиваю глаза, и они закатываются от наслаждения. Я не верю своим ушам. Он занимается со мной любовью, и делает мне предложение. Что может быть лучше?
— Да, — произношу я слишком громко. — Да, Сэм!
***
Спустя 6 лет
Я чувствую себя бегемотом, когда спускаюсь по лестнице. У вас когда-нибудь было ощущение, что вас что-то перевешивает? Думаю, нет. Моё живот словно огромный шар, который заставляет меня пыхтеть из-за каждого шага. Я еле спускаюсь вниз. В Испании как всегда очень жарко, поэтому я в свободном платье для беременных и в кепке. Марта проходит мимо лестницы, и останавливается возле меня. Сзади неё два кучерявых мальчика. Микки и Майк — близнецы Малоли и Оливии. Помню тот день, когда Лив позвонила мне, заорав что она родит близняшек.
— Смотрите, тетя Алекс похожа на арбуз, правда, ребята?
— Очень смешно, Марта.
— А можно нам взять доску, тетя Марта? — Майк поднимает свои щенячьи глаза.
— Я же вам сказала, когда все придут с пробежки, тогда и пойдём все на пляж. — они вздыхают.
— Поиграйте с Тедди, — сказала я, погладив Микки по голове.
— Он не умеет играть! Ему всего лишь два, — отвечай Майк. Я закатываю глаза. Малыш Тед — сын Эспиносы и Алланы.
— Хорошо, пойдёмте тогда на улицу. — когда мы выходим на свежий воздух, я вижу Пайпер (4-ёх летнюю дочку Далласа и Сары). Она в красном купальнике бегает вокруг своей мамы.
— А папа сейчас так бегает, да?
— Прекрати, Пайпер! Достаточно.
— Оставь её в покое, — хихикаю я подходя к них ближе. Оливия снимает очки, и продолжает читать свой журнал. Аллана пытается накормить своего сына. Эллис лишь вздыхает, когда смотрит на меня.
— Я тебя умоляю, Блэк. Вот только не садись рядом со мной, я не хочу сново ходить туда сюда, — я заливаюсь смехом.
— Можешь, пожалуйста, принести тортик..хотя стой, я понятия не имею что я хочу. Думаю, соленные огурцы? Черт, я не знаю.
— Вы — беременные, такие ненормальные, — она кивает в мою сторону, а потом в сторону Сары. Я замечаю компанию потных парней, которые двигаются в нашу сторону. Дом мистера Фуэньеса слишком близок к пляжу, поэтому можно увидеть всё. Наши парни только что вернулись с пробежки; у каждого из них стекает пот по груди, скрываясь под шортами. Их тела блестят, и каждый на этом пляже глазеет на них. Даллас подходит первым, и Пайпер мчится ему на встречу.
— ПААА! — Пайпер бежит со всех ног к Далласу. Сара закатывает глаза.
— Она его так любит.
— Папа, мы хотим посерфить, можно нам с дядей Мэттом? — близнецы выходят из дома, и бегут к Малоли. Он останавливается и смотрит на них с любовью.
— Нет, засранцы. Дядя Мэтт устал, — он целует каждого к макушку. Мой взгляд перемещается на моего мужчину, и я не могу не улыбаться. Он подмигивает мне, а потом выливает свою воду на Мендеса. Они начинают смеяться, и мы присоединяемся к ним. Сэм находит меня в этой кучке и притягивает ближе к своему телу.
— Привет, бегемот, — он целует меня в нос. Приятный запах Сэма окутывает меня, и я вдыхаю как можно глубже. Мой мужчина. Мой и только мой. Навсегда.