Подчинить

Возможно ли было описать все те чувства, которые испытывал Аластор? А о каких чувствах может идти речь? Он ощущал лишь лёгкость разума и тяжесть собственного тела что не хотело отлипать от мягкой постели, он не соображал вообще, а иногда чувствовал что задыхался. Единственное что он мог делать это лежать и ждать.
Чего именно он ждал было не особо понятно, он ждал либо Вокса, либо смерти, второе казалось ему лучшим вариантом, потому что знать о том что у кого-то есть над тобой контроль, угнетала ещё больше чем скука.

Если Вокса рядом не было он просто погружался в мысли и старался сохранить остатки сознания, которого уже практически не ощущалось, лишь прокрученные в мыслях приятные воспоминания противились полному забвению от розового пара, застрявшего уже в каждой поре и щёлочке.

После каждого посещения Вокса, следовали слёзы, он понимал что если их увидят его изобьют, поэтому выливал их после того как тот уйдёт. Сжимаясь калачиком в одеялах он понимал что сделал выбор в пользу Вокса, когда начал притворятся. Лучше ведь не ощущать нечего, чем чувствовать боль? Но от чего то ему было все так же больно, в этот раз от бессилия.

Слёзы и всхлипы расстворялись в воздухе вместе с сознанием, а учащённое дыхание было единственным звуком в комнате, глаза нежно прикрывала влажная чёлка волос.

Ком в горле не проходил всё это время и давился остатками мыслей и алкоголем, который любезно был принесён Воксом. Вкусы и запахи перемешались в тошнотворную кашу, которую нельзя было почувствовать притупившимся обонянием, что впрочем радовало.
Иногда Аластор шептал что то не разборчивое и видел странные, но знакомые силуэты, он пытался с ними поговорить, но они быстро исчезали в дыму, словно издевались над его одиночеством.
Приходилось разговаривать со стенкой и рассматривать каждую царапинку на стене, мысленно считая их и постепенно засыпая, либо теряя сознание.

Всё таки его сломали морально, он не чувствовал больше ненависти или каких либо других чувств кроме апатии и скуки что так и повисли в атмосфере, хотелось хоть чего-то нового, в комнате даже обычной рутины не было, её не хватало особенно, что уж говорить об общении хоть с кем то, кто не Вокс. Раньше его рутина состояла ежедневного чтения и наблюдения за забавными душами, а сейчас из прокручивания этих воспоминаний и ожидания.

Иногда к нему приходила Вельвет, и с ней можно было рассчитывать на общение, но к сожалению не очень долгого или дружеского, скорее сочувственного.
Да и то она приходила лишь спросить на счёт того как у него с Воксом идут дела и что делаеть когда он приходит. По началу она пыталась скрыть причину визита, но видимо поняв что получается плохо, просто забила.

Вообщем её интересовал только бизнес и настроение Вокса, в ней изредка просыпалось сочувствие и она выделяла дополнительное время на обычные разговоры.
Вельвет можно сказать была консультантом в отношениях и очень плохим психологом, потому что если Аластор и говорил о своём состоянии, она виновато с сочувствием отводила взгляд и говорила потерпеть, мол "когда нибудь привыкнешь".
Потом вспоминала про работу и уходила оставляя его наедине со сказаными словами.

Лёжа и уже не думая ни о чём, он убрал чёлку с глаз, после перевёл взгляд на дрожащую руку, не понимая от чего она дрожит он взял её другой рукой чтобы успакоется.

Такое с его руками происходило не редко перед тем как должен был придти Вокс. Это не был страх, Аластор прекрасно знал что делать чтобы его не избили, это был скорее рефлекс потому что ему просто было неприятно рядом находится.
Но подавляя всё это он улыбнулся, насколько это было возможно, через дрожь, вновь накатывающие слёзы и через предвкушение от будущей встречи, немного выпрямившись, в моменте послышались шаги, отперание двери, щелчок и на пороге вновь Вокс.

Статная фигура в чёрной рубашке и белых джинсах на низкой посадке, медленно проплыла к кровати держа в руках ещё более большой букет роз чем все предыдущии, а ведь они уже заполняли пол комнаты валяясь кровавой горой за кроватью и тумбой. Но Вокса это вообще не смущало, он игнорировал гору и с улыбкой протягивал гигантский букет, который еле как поместился в руках Аластора, за ним с трудом удавалось увидеть хоть что-то и его пришлось отложить на колени, с трудом придерживая, но всё таки удалось.

Вокс с игривой любовью мечтательно любовался Аластором, что смущённо улыбался от подарка и растерянно держал букет на коленях. Всё таки ему очень шли эти цветы, они с ним во многом схожи.
Безумно красивые, алые как глаза любимого, мягкие как шелковистые волосы, романтичные, как утончённое тело.
Но сразу падать в эту красоту не стоит, они опколят мелкими шипами и ещё долго будут болеть крававые ранки. Перед тем как взять их, нужно обрубить шипы.

Вокс сам в этом убедился, у самого такой цветочек имеется. Нужно было лишь содрать последние мелкие иголочки и наслаждаться абсолютно прекрасным творением в своих руках.

Он хотел проверить насколько податливой стала его розочка за эти месяцы.
Вокс сдерживал себя от того чтобы не накинуться на Аластора уже как два месяца, пугать он его не хотел, но считал что этого времени достаточно для того чтобы позволить добровольно чуток больше чем просто касания и поцелуи, поэтому рассчитывал на обаюдное согласие с его стороны.

Аластор продолжал слабо улыбаться, он сам от себя не ожидал что ему нравятся розы, видимо к ним он привык. Воксу он тоже был в каком то смысле благодарен за то что тот старался быть мягким, со своим то вспыльчевым характером и отсутствием терпения.
Аластору всё так же было неприятно находится с ним, но он был единственным с кем приходилось общаться и кто любил его так сильно, что даже в атмосфере можно было почувствовать исходящую от него симпатию. Он был так же единственным кто мог разукрасить его будни и общаться с ним не из жалости, как Вельвет, а для Аластора это многое значило.

Вокс сел рядом с ним стараясь не нависать сверху и обратил на себя внимание едва дотронувшись чужой руки.
-Хех, сколько раз я говорил что безумно люблю тебя?- усмехнулся Вокс, не ожидая ответа.
-Обычно я считаю всё что повторяется в мою сторону, но твои признания считать было бесполезно, слишком уж много их.
-Да ну? Ничего если я продолжу?- Вокс бы всё равно продолжил это повторять, поэтому ответ был не так важен.
-Ты всё равно продолжишь говорить.- Аластор слишком хорошо его знал.
-Трудно не признаватся в этом каждый раз, как я тебя вижу.- Вокс приблизился к чужому лицу и накрыл своей рукой руку Аластора некрепко сжав и поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони.

Аластор чувствовал неловкость и ему хотелось отойти, но он лишь продолжал корчить улыбку и надеятся что со стороны она выглядит правдоподобно. От чужого дыхания по телу пробежали мурашки.
Вокс продолжал смотреть в глаза и спросил.
-Можем заняться сегодня чем-то более интимным?
Аластор застыл и на какое-то время перестал дышать. Секс это последнее чем бы он хотел заниматся, это казалось ему отвратительным, только от этого слова начинало подташнивать. Если он ему откажет, его изобьют, но с другой стороны пусть лучше изобьёт.
Аластор отвернулся от ожидающего ответа Вокса и думал как ответить максимально мягко.
-Вокс - он вновь повернулся к нему нервно смотря, тот явно уловил это.
-Ты как никто другой знаешь насколько мне неприятно даже думать об этом.- руки предательски задрожали и их пришлось сжать в замок, Вокс печально отвёл взгляд. Через секунду он снова ухмыльнулся, он поднял руку и нежно провёл ей по щеке Аластора. Это немного расслабило его, бить его ещё не собирались.
-Я знаю, но ты ведь не против сделать для меня исключение? В этот раз я буду аккуратней.- Вокс говорил вальяжно, с  нежностью и улыбкой. Чёртов дьявол, хотя врал он точно лучше чем дьявол.
Аластор нервно мялся и думал что ответить, а Вокс продолжал.
-Будет не больно, обещаю.- звучало это как уговаривания родителя ребёнку пойти к стоматологу.
-Я не знаю...- тихий шопот Аластора дошёл до Вокса.
-Всё будет в порядке, ты мне не веришь?
-Я не...
-Терять тебе нечего, и занятся тоже не чем, попробуешь что-то новое.- это кольнуло.
Аластор нахмурился, он и правда задумался над этим, что ему от этого терять, если себя он потерял пару месяцев назад? Сбежать нельзя, да и честно делать ничего не хотелось, единственным кто о нём заботился был Вокс. Он терпеливо, каждый день приходил к нему чтобы поговорить даже без предложений на секс, просто чтобы находится рядом. От одного раза ведь ничего не случится? Вокс мог бы взять его силой сразу, но он хотел взаимности. Потерпеть один раз и всё.

-Ладно?- неуверенное, но всё же согласие, приободрило Вокса. Аластор вновь видел в его глазах радость и незатухающую страсть.
Уже через секунду его затянули в длительный французский поцелуй, глубокий и страстный. Глаза сами зажмурились, а запястья были пригвозденны над головой к подушке чужими руками.
От Вокса сверху веяло жаром, его рука уже свободно трогала тело под задраной к горлу футболкой, что открывала вид на грудь с мягким пушком и выперающие ребра. Аластору было крайне некомфортно быть настолько перед кем то обнажённым и смущённым.

Вокс похотливо смотрел на смущённого Аластора, он пытался смотреть куда-то в потолок, но град поцелуев и лёгких покусываний от шеи до рёбер быстро обращали на себя внимание.
Взмокшие от пота волосы Аластора липли к лицу, а подрагивающие ушки выдавали волнение.
Вокс расстегнул чёрную рубашку и ловким движением руки она уже была где-то в тени, белые джинсы уже не могли скрывать под собой возбуждённый бугорок. Аластор чувствовал как он упирается в закинутую, на плечо Вокса, ногу.

Неприятная дрожь посеяла страх, дыхание стало сбитым, а зрачки бегали от угла к углу.

Между ног красавался обнажённый Вокс, который нежно поглаживал чужие ляшки, проходясь по всей их длине он перешёл на бедра, не сильно сжимая их мягкую часть.
После уже ввёл в него сразу два пальца от чего Аластор вздрогнул и болезненно промычал, Вокс водил пальцами и давал к ним привыкнуть, найдя нужную точку тело под ним выгнулось и задрожало.
Вокс обещал сделать всё безболезненно и у него не так уж и плохо это пока что получалось.

Аластор чувствовал как из него наконец-то вынули длинные пальцы, и он с облегчением выдохнул, но продлилось это не долго, на замену пальцам в него уже упирался каменный член.
Горячая головка начала медленно входить внутрь, периодически останавливаясь чтобы привыкнуть. Такими темпами Вокс вошёл полностью придерживая  Аластора за бёдра, тот в свою очередь сложил руки на крепкие плечи сверху нервно прижимая к себе.
Вокс начал медленно двигаться давая привыкнуть к темпу, после начал входить быстрее томно дыша и насаживая чужие бёдра на член.
Аластор прикрывал рот рукой стараясь не издавать лишних звуков, а второй крепко сжимал простынь. Было немного больно, но достаточно терпимо. Внутри было очень горячо и градус в комнате точно стал выше.
Темп уже перешёл на быстрый. Ноги дрожали, спина сама начала выгибатся, а рука уже не сдерживала стоны, что так сильно любил Вокс, сам он тоже вздыхал каждый раз когда входил глубже.

Всё двигалось к кульминации, перед последними глубокими толчками, Вокс наклонился к разгарячённому Аластору затягивая в нежный поцелуй и изливаясь внутрь, его любимый сладко простанал в губы, последний раз выгибаясь и принимая всё.

Два томно дышащих тела крепко прижимались друг к другу под шёлковыми одеялами.

Вокс обнимал Аластора так словно боялся потерять его навсегда. Он тихо проговаривал то, как любит его и, как рад что он взаимно согласился на акт саития. Сжимая чужие плечи и руки, полностью накрыв собой своего любимого не давая пошевелиться он тихо начинал отключатся убедившись что Аластор не сможет выйти из хватки.

Аластор даже не пытался пошевелиться, ему вновь хотелось заплакать, ком в горле не давал расслабится, тело ныло, особенно в спине. Это не было так ужасно как в первый раз, но морально убивало даже сильнее.

------------------------
Впервые так подробно описываю еблю. Мне самой уже Аластора жалко, но идеи у меня ещё не закончились. Так сказать привет депрессия, насилие, стокгольмский синдром и моя поехавшая крыша и выше этот фф. Не зря у меня пять по литературе.