Краски

Я брела по лесной тропинке, изредка пиная сухие листья и веточки. Птицы уже не пели так громко, в лесу было настолько тихо и умиротворенно, что каждый шорох раздавался эхом по всей округе. На душе от этого становилось спокойнее. Я ощущала себя маленькой песчинкой в огромном, пустом лесу. Дойдя до развилки возле обмельчавшего озера, мне пришлось сесть на сваленное дерево. Шнурки запутались и перепачкались в песке. Телефон снова начал трезвонить. Отключив его, и положив в карман джинсов, я отправилась дальше. Наслаждаясь прохладным ветерком и теплым солнышком, я шла все дальше и дальше, прислушиваясь к каждому звуку. Сзади послышались неспешные шаги, прибавив ходу я решила скрыться среди деревьев на следующей развилке. Но шаги становились все увереннее и быстрее. Я перешла на бег.

- Джулиет, да постой же ты наконец! – голос был до боли знакомый. Я остановилась и развернулась. Ну конечно, Даниель. Кто же еще может слоняться по лесу средь бела дня.

- Ты что, преследуешь меня?

- Каждый наш разговор будет начинаться с этого вопроса? – молодой человек улыбнулся.

- Каждый наш разговор будет начинаться с привет, Даниель, как только ты перестанешь ходить за мной по пятам.

- Я просто гулял. Помнишь, из сада в лес шла узенькая тропка?

- Да, но в дождь ее сильно размыло.

- Я решил проверить, куда она ведет.

- И как успехи? - я медленно направилась вперед.

- Ну, пока я нашел только тебя. Думаю, сама судьба меня сюда привела. Нам стоит поговорить. Я ужасно виноват перед тобой.

- Это что, раскаяние, и признание вины?

- Представь себе, чудеса случаются. Я не должен был лезть в ваши с Лекси отношения. Просто мне стало ее очень жаль.

- Да, я все понимаю. Она же такая милая и беззащитная. Да и ее блестящие идеи пришлись тебе по душе.

- Да. И я признаю, что ошибался. А ты с самого начала была права. Учла все риски, оценила степень готовности здания. Стыдно признаться, что в попытках впечатлить юную девушку, готов был подвергнуть опасности других.

- Что же случилось, что тебя так осенило? Небо рухнуло на землю? – я саркастично ухмыльнулась.

- Не поверишь – да. Рухнули прогнившие перекрытия в восточном крыле.

- Я с самого начала говорила, что восточное крыло нужно реставрировать в первую очередь. Там же долгое время текла крыша. Кто-нибудь пострадал?

- Да, один из рабочих. Сотрясение средней тяжести.

- А теперь представь, что все это произошло бы во время вечеринки. И пострадал бы глупый подросток, а не опытный специалист в экипировке. Ты же профессионал, как ты мог не учесть этих рисков, и повестись на девичьи капризы.

- Да, Джулиет, я виноват. Признаю, поступил как мальчишка. Но мне действительно стыдно перед тобой. Я не хочу, чтобы ты меня избегала, и говорила сквозь зубы. Мне хочется, чтобы все было как раньше. Чтобы ты меня простила.

- Я простила. Но имей ввиду, в следующий раз, выбрав Лекси, пути назад к нашей дружбе уже не будет.

-Джулиет, я обещаю впредь прислушиваться к тебе, и не делать скоропалительных выводов.

- И не вестись на слезливые уговоры Лекси.

-Клятвенно заверяю вас, милая леди, слушать вас и никого кроме вас! – Даниель встал на одно колено и накрыл мою руку своей.

-Ладно, ладно, несостоявшаяся звезда театра и кино, заканчивай ломать комедию. Пойдем уже, или тебе больше не интересно, куда же ведет эта загадочная тропа?

-Очень интересно! Хотя встреча с тобой оказалась куда неожиданнее и интереснее. Спасибо, что выслушала.

-Даниель, клянусь богом, если ты сейчас не закончишь мусолить эту ситуацию, я прокляну тебя до пятого колена, пойдем уже. – Я схватила парня за руку и потащила дальше по тропинке, ведущей в лес.

Чем дальше мы уходили по тропе, тем темнее становилось. Редкие лучи солнца с трудом пробивались сквозь плотные, с запутанными ветвями, кроны деревьев. Повеяло холодом, из-за высокой влажности землю покрывал тонкой пеленой туман. Из-за грязи под ногами было тяжело идти. Слишком скользко. Все кеды были перепачканы грязью, а ноги промокли. Но Даниеля было уже не остановить. Его энтузиазма хватало на нас обоих. Однако, я не верила, что мы можем найти что-то интересное. Дорога вела в чащу леса. Ничего занимательного, кроме деревьев, кустов, и крупных камней. Здесь давно не ступало ноги человека, путь зарос, идти было почти невозможно.

- Что-то с каждым шагом я начинаю сомневаться в адекватности этой затеи. Мне стоило больших усилий вытащить ногу из грязи.

- Тебе ни капельки не интересно, куда ведет этот непростой путь?

- Ты правда думаешь, что в конце нас ждет что-то интересное? Скорее всего это старая тропа, которую использовали раньше для того, чтобы сократить путь.

Мы шли недолго, по ощущениям минут двадцать. Грязь затрудняла путь, становилось все прохладнее. А оптимизм Даниеля окончательно выводил из себя. За пару дней я уже успела отвыкнуть от его чрезмерно оптимистичного настроя. После моей очередной попытки кубарем покатиться по грязи Даниель взял меня за руку. Через пол часа пути мы набрели на темную, заросшую поляну. Доски поваленного забора совсем прогнили, а деревья и полуразрушенные конструкции заросли плющом. Я прошла вперед. «Заброшенное кладбище» - пронеслось в моей голове.

- Мне как-то не по себе здесь – молодой человек слегка поежился.

-Да брось, это же просто старое кладбище. Наверно, оно принадлежало семье Малоуна – самая очевидная мысль, но проверить ее вряд ли представляется возможным. Надгробия сильно повредило время и погода. Каменные плиты были в трещинах, сколах, и сильно заросли.

Осмотрев старые захоронения, мы отправились к небольшой конструкции, напоминающей хижину. Не самая лучшая из моих идей, эта развалина – идеальное логово для какого-нибудь психопата убийцы. Мой компаньон, словно прочитав мои мысли, замедлил шаг.

-Мое внутреннее ощущение, а также моя задница, кричат о том, что туда идти не стоит.

-Поздно, ты сам был инициатором данного безумия.

- Я передумал, это бредовая идея.

- Отставить истерику. Тут последние лет тридцать ни одной живой души не было. Так что вряд ли мы здесь встретим хоть одну живую душу.

- А что насчет мертвых?

- Прекрати – я потащила парня дальше.

Крыльцо хижины развалилось, доски прогнили, приходилось смотреть под ноги, чтобы не провалиться. Дверь была немного приоткрыта. Все вокруг опутала паутина. Даниель то и дело оглядывался по сторонам. Внутри было темно, крошечное количество света пробивалось в грязные, местами разбитые стекла. Обстановка вокруг была весьма аскетична. Несколько покосившихся полок, разбросанная посуда, кровать, на которой лежали сухие листья и грязное покрывало. На полу лежало несколько книг с оциревшими страницами. В углу, над кроватью, висела маленькая фотография молодого человек. Стекло, защищающее фото от вмешательства внешнего мира, было разбито. Подписи не было. Видимо, это была фотография того, кто здесь обитал. Старый шкаф с зеркалом внутри был пуст. Все было пыльное, заброшенное. Обстановка вокруг навевало тоску, такое уютное место было опустевшим, брошенным на растерзание всемогущей природы. Я присела на краешек кровати, и начала листать книгу, валявшуюся на полу.

- Боже, Джулиет, встань пожалуйста, здесь же грязно – Даниель бросился ко мне.

- Ты правда думаешь, что после часа хождения по размытым тропам в лесу мне страшна пыльная кровать? – я усмехнулась.

- Тут так холодно и печально. Все такое старое, дряхлое, всеми покинутое.

- Похоже это была хижина кладбищенского сторожа. Интересно, как давно здесь никого нет.

- Пойдем, уже темнеет. Мы же где-нибудь заблудимся, потеряемся, умрем.

- Тебе совсем не интересно покопаться в чьей-то жизни?

- Джу, здесь ничего нет. Вообще ничего. Тот, кто жил здесь забрал все, что было хоть капельку занимательным. Пойдем, в темноте мы можем свернуть с тропы, и уйти в самую чащу.

- Ладно, паникер, твоя взяла.

Я осторожно повернула ключи и открыла входную дверь. На кухне горел свет, мама сидела за столом. Как только я оказалась в поле ее зрения, она тут же бросилась ко мне.

- Джу, милая, я вся извелась! Где тебя носило до ночи? – мама взяла меня за руки, и начала судорожно окидывать взглядом. Видимо, хотела убедиться в том, что по дороге домой меня никто не побил.

- Я хотела предупредить тебя, что после школы пойду в лес, чтобы порисовать на натуре, но телефон сел. Прости, не хотела тебя волновать – я обняла ее.

- Ты опять была с ним? – тон мамы стал строже.

- С кем, с воображаемым другом? – я усмехнулась.

- С сыном Джонса. Что между вами? Ты с ним встречаешься?

- Спасибо, мам, что ты такого высокого мнения о моем вкусе – я направилась к холодильнику.

- Джулиет, солнышко, я тебе не враг! Скажи мне честно, вы с ним вместе? Я просто за тебя беспокоюсь. И хочу, чтобы ты не теряла голову, и обязательно предохранялась.

- Боже, мама, я не буду говорить с тобой о сексе.

- Почему? Мы же всегда друг другу все рассказываем.

- Мы не будем с тобой говорить о сексе по одной простой причине – у меня его нет. И с Миком меня не связывает ничего кроме приятельских отношений.

- Фух, а то я уже начала готовить текст для весьма неловкого диалога.

- Можешь приберечь его до лучших времен – я достала бутылку с водой и наполнила стакан.

- Но пообещай мне, что, когда эти времена наступят, ты со мной поделишься.

- Конечно конечно, как же я могу упустить возможность поговорить на темы, ставящие в неловкое положение нас обеих.

Поговорив с мамой, и поужинав остывшей лазаньей, я отправилась к тебе. Поставив телефон на зарядку, я начала просматривать все пропущенные звонки и сообщения. Кажется, Мик переживал за мое исчезновение куда больше, чем родная мать. Мне было стыдно за то, что я заставила его переживать, еще и нагрубила утром. Раз десять я собиралась с мыслями, и писала ему сообщение, но перечитав снова – стирала. В конце концов, набравшись смелости, я ему позвонила. Но, к моему счастью, он уже спал, и звонок был переадресован на голосовую почту.

- Привет, Мик, это Джулиет. Прости, что заставила тебя волноваться, со мной все хорошо, просто сел телефон. Давай встретимся завтра перед школой у старого дуба. Доброй ночи.

Меня терзало чувство вины. И не столько от того, что я игнорировала его весь день, а скорее от того, что дала ему ложные надежды. Я даже готова поспорить, что его чувства ко мне – просто чувства благодарности за то, что я оказалась рядом в трудный момент. Но и он оказался рядом, когда мне было непросто. Созависимость, в самом чистом ее проявлении. Все эти размышления снова послужили импульсом для того, чтобы взяться за блокнот. Но рисовала я не Мика. Даниель снова стал гостем моих выдуманных миров. Элегантный и загадочный, в рваной футболке и узких джинсах, сидящий на гранитном надгробии. Черные длинные волосы развевал ветер, тонкие губы изгибались в теплой, легкой улыбке, обнажающей вампирские клыки. Тонкие пальцы отрывали лепестки от ромашки, а на заднем плане красовалась покосившаяся хижина смотрителя кладбища. Штрих за штрихом, детали приобретали объемность, красочность, жизнь. Я достала тонкие кисти, макнула в воду, и слегка коснулась рефила с темно-зеленой краской. Лес вокруг романтичного вампира был летний и красочный. Бледную кожу вампира от беспощадного солнца защищали густые кроны деревьев. Смотря на то, какая история получалась, мне захотелось добавить туда и себя. Я начала рисовать девушку, сидящую на земле, и плетущую венок из полевых цветов. Но с каждой новой линией и прорисованной деталью я поняла, что изображаю я не себя, а Лекси. «Так будет правильно» - промелькнуло в моей голове. Лекси должна быть с ним. И в жизни, и на моих картинах. Даже на жалком клочке бумаги мне было стыдно отнимать у нее Даниеля. Вдвоем они были очень трогательной, нежной парой какого-нибудь любовного романа. Ромео и Джульетта в образе вампиров. Такие красивые и любящие. Я завидовала Лекси за ее решительность. И радовалась за Даниеля, который был с ней счастлив. Хоть мне и хотелось бы быть на месте подруги.

Закончив эскиз в акварели, я решила наконец-то отправиться спать. Но несмотря на дикую усталость и боль в ногах от сегодняшних приключений, Морфей не хотел забирать меня в свои объятия. Стрелки на часах медленно приближались к значению «утро», а я все продолжала ворочаться, и терзать себя размышлениями. Телефон на прикроватной тумбе завибрировал. Сообщение от Мика. Мне не хотелось его читать, отложив все, я снова спряталась под одеяло, отчаянно пытаясь уснуть. Но любопытство все же победило желание не знать, что скажет мне Мик после целого дня игнорирования. К моему удивлению, ответ Мика был холодным и кратким.

Ок.

От этого внутри все сжалось, и стало как-то тревожно.