XXXVI
Убирались мы примерно час. Без нас, честно говоря, Сириус бы закончил уборку только к концу седьмого курса. Или вообще бы не закончил. Так что работа в команде – это великое волшебство. Когда всё было наконец чисто, мы с облегчением спустились на первый этаж, при этом осознав, что… мы ужасно голодны.
— Эльфики! – позвал Сириус. — Нам бы чего-нибудь перекусить… побольше и повкуснее!
Домовые эльфы появились почти мгновенно и быстро начали накрывать стол.
— Кстати, Дженни, – вдруг сказал Сириус, уже тянущейся к булочке рукой, — ты написала Ремусу насчёт названия?
— Какого названия? – с любопытством спросил Регулус.
— Ну, у нас теперь есть компашка. Мародёры. Я, Джеймс, Питер, Ремус и Дженни.
Внутри у меня всё сжалось. Я сразу почувствовала, как Регулус напрягся. Он сидел напротив, и его вилка замерла в воздухе.
— А… а я?.. – тихо, почти шепотом спросил он. В его голосе не было ни упрёка, ни злости. Только боль. Такая сдержанная, что от неё было вдвойне тяжелее.
— Регулус, ну… ты же Слизеринец. – пробормотал Сириус, глядя на брата.
Сириус сказал это, будто обсуждал погоду. Без капли сомнения, без малейшей попытки смягчить удар. Регулус не сводил с меня взгляда, а я, под гнётом вины, опустила глаза в пол.
— Не вписываюсь, значит… – прошептал он. — Интересно.
— Ну, что-то типа того…
— А ты, Дженни? Ты так считаешь тоже?.. Ты знала об этом? – его голос стал резче. — Кто ещё считает, что я не подхожу? Джеймс? А Питер? А Ремус? А, Дженни? – он почти выкрикнул моё имя. — Я вроде не со стеной разговариваю!
Я вскочила:
— Ремус… он… он сказал, что с тобой интересно! Что с тобой и со мной можно говорить о книгах, что ты… что ты правда интересный! Честно!
— А правда ли это?! Или ты просто боишься, что я обижусь? Врёшь мне, да?
— Регулус, я никогда не стала бы врать тебе… – я почувствовала, как по щекам текут слёзы. — Никогда…
— Уверена?.. – он скривился, отступая от стола.
Я не выдержала и расплакалась. Сириус, кажется, был в шоке. Он встал и, будто инстинктивно, обнял меня – но я оттолкнула его и пересела в самый дальний угол. Мне не хотелось чувствовать его поддержку. Он был одним из виновников.
— Дженни… прости меня… я не знаю, что на меня нашло… мне просто стало очень обидно… – Регулус подошёл ближе, — Ремус правда так сказал?
Я молча кивнула и поднялась. Всё внутри сжималось. Я не хотела уходить, но оставаться было невозможно. Я чувствовала, что вот-вот задохнусь от эмоций.
Я просто пошла домой.
Шаг за шагом.
Без звуков.
Без мыслей.
Когда я вошла, мама удивилась:
— Дженни? Ты так рано вернулась. Думала, будешь у них до вечера.
— Просто… устала. Сильно устала после прогулки…
— Всё хорошо?
— Да! Всё нормально! – я резко, почти истерично отреагировала. — Абсолютно!
Я едва не сломала ступеньку, поднимаясь наверх. Захлопнула дверь в комнату и упала лицом в подушку. Мне было так больно… так стыдно, так тяжело. Почему я стала такая чувствительная? Что со мной?
Я переоделась в пижаму и легла. Через пару минут я уже спала. Сон унёс меня в пустоту.
***
Разбудил меня стук в дверь.
— Дженн? Спишь? – это была мама. — Там Сириус и Регулус пришли…
— Скажи им, что я не хочу их видеть! Ни одного, ни второго!
Я даже не сомневалась, что они услышали. Я сказала достаточно громко.
Мама немного помолчала, а потом мягко спросила:
— Кушать будешь?
— Буду… – тихо ответила я, уже чувствуя, как у меня сводит желудок.
Она ушла. Через десять минут я собралась, умылась, причесалась и уже выглядела вполне сносно. Спускаясь по лестнице, я услышала голоса на кухне. Наверное, мама с кем-то разговаривает…
Но когда я вошла, то замерла.
Регулус сидел на стуле, сжав голову в руках. Он выглядел сломленным. Рядом – Сириус. Он выглядел потерянным, не знал, куда деть руки. Мама сидела перед Регулусом и что-то тихо ему объясняла. Видно было – разговор серьёзный.
Регулус тянул волосы, словно пытался выдернуть из себя обиду.
Я не выдержала.
— Ты что творишь, придурок?! – вырвалось у меня.
Он резко поднял голову:
— Дженни! – в его глазах видно облегчение. Тёплое, отчаянное. Он вскочил. — Прости меня. Пожалуйста. Мне очень жаль. Я не хотел тебя ранить. Твоя мама… она мне всё объяснила. Ты не виновата. Я…
Слеза скатилась по его щеке.
Я бросилась к нему и обняла. Сильно. Крепко. Я уткнулась в его плечо, а он обвил меня руками.
— Прости… прости меня, пожалуйста… Я был ужасен…
— Ты не виноват. Надо было сразу тебе всё сказать. Я тоже виновата…
— Главное, что ты рядом. Ты — единственная, кто меня по-настоящему понимает.
— Я всегда буду рядом.
Нас прервало лёгкое покашливание.
— Голубки, ужинать будете? – с улыбкой спросила мама.
Сириус приподнял бровь, а мама только пожала плечами, будто говоря: «Ну а что?»
— Будем, – мягко улыбнулся Регулус.
— Про меня не забудьте! Я тоже хочу есть! Это я, Сириус! Я тут!
— Всё-всё, поняла, – усмехнулась мама. — Давайте, поешьте и по домам. Завтра рано вставать!
— Ну неееет… – простонал Сириус, уставившись в потолок.
Мы только рассмеялись и начали ужин. Мне всё ещё было тревожно, но уже легче. Главное – попрощаться завтра с папой, иначе сердце будет тревожиться весь семестр. Он постоянно на работе… даже не знаю, удастся ли нам увидеться на новогодних.
После ужина я проводила ребят до двери. Мы обнялись, тепло, с новой искренностью.
А им топать двадцать минут домой. Вот она, карма.
Поднявшись в комнату, я поставила будильник на 7:00 утра. Потом подошла к столу и…
Замерла.
На нём лежали два письма.
Первое:
**«Дженни, мне ужасно жаль, что всё так вышло. Прости. Я не нахожу себе места. Пожалуйста, ответь, как только получишь это письмо.»**
Второе:
**«Прошёл час… ты не отвечаешь. Я начинаю переживать. Мы с Сириусом скоро придём к тебе. Надеюсь, ты не против. Прости ещё раз.
Регулус.»**
Он правда переживал… и правда пытался. Я погладила бумагу, сложила письма аккуратно и положила в ящик.
Время 8 вечера. Можно немного почитать. Я взяла книгу, закуталась в плед и устроилась в кровати.
Новый учебный год, новые шалости, новые тайны.
Но пока – просто… покой.