11 часть
- опять они здесь... - недоволь но произнес Тсуками, он знал кто там находится.
Тсуками спокойно обошел Нила напоследок спокойно:
- иди переодевайся. Там Кевин тренируется.
Махнув головой Нил закрыл за собой дверь и направился в раздевалку. В фойе сделал растяжку, затем толкнул заднюю дверь. До его слуха донесся стук мяча, отскакивающего от стены, но отсюда он не видел, кто играет, потому что обзор по обеим сторонам закрывали высокие трибуны. Уже почти у выхода на поле Нил разглядел Кевина. Стоя в одиночестве на линии первой четверти, тот доставал мячи из ведра и методично посылал их в стену. Нил молча взирал на это странное упражнение и только после дюжины ударов сообразил, что Кевин добивается попадания в одну и ту же точку – отрабатывает меткость ударов правой рукой.
Тот не сильно удивился, вить как то раз Нил и Тсуками обсуждали Кевина. Нил злился на него, а Тсуками защищал. Говоря, что Кевин просто не умеет не жить экси, он требует, но при том и сам соответствует своим требованиям. Помимо того что он постоянно пыркает их, он также и не щадит себя. Сейчас его слова подтвердились, все что мог сделать Нил лишь улыбнуться - вновь приняв поражение. Иногда ему казалось, что его друг знает все.
Из раздумий его прервал тяжелый, сверлящий его взгляд. Оборачиваться нужды не было, Нил знал кто так на него смотрит.
– Не сыграешь с ним?
– Нет, – отозвался Миньярд откуда-то слева.
Нил подождал, но продолжения не последовало.
– Ты мог бы ему помочь, – заметил он.
– И?
Взгляд Нила скользнул на домашнюю скамейку лисов и он расширил свои глаза в легком удивлении. На скамейке тихо посапывал Тсуками. Увидев его удивленный взгляд,Эндрю видимо решил спросить:
- часто его здесь вижу, ему что, дома не сидится?
На этот Нил слегка приподнял брови. Он медленно подошел к Тсуками, намереваясь посмотреть как он, но только он протянул руку как ее схватили чуть выше запястья, сжав до небольшой боли.
Нил удивился такой реакции, но испуга не почувствовал пока Тсуками не смерил его взглядом. От такого холодного и безжизненного взгляда, так и веяло угрозой. По телу прошли мурашки, раньше этот взгляд ни когда не был обращен к нему и Нил не мог привыкнуть к такому блондину.
Светло залетные глаза днем, сейчас потемнели, легкий блеск в темных глазах веял угрозой. Темные круги под глазами, говорили о явном недосыпе парня, слегка видные скулы, нахмуренные брови и тонкая рука сжимавшая запястье другого с большой силой, на удивление даже большей чем представлял себе Нил.
Он сверлил Нила взглядом и тот принял участие в его игре, пару секунд - несколько морганий и лицо Тсуками приобретает, спокойный, сонный вид. Он аккуратно отпустил руку Нила, тихо произнеся что то на подобии извинения и слов о том что тот его напугал. Когда Тсуками лег обратно на скамейку, Нил как то облегченно выдохнул - как оказалось, он не дышал. Нил слишком сильно привык к образу светлого парня Тсуками, что успел и позабыть, что тот мало того что состоял в преступной группировке/банде, но и продолжительное время был близких отношениях с их главой.
Наконец переведя взгляд с Тсуками на Эндрю, в темноте в отражении прожекторов он увидел короткий блеск метала.
Эндрю держал его в руках, но спустя пару секунд засунул туда где и взял узкое и длинноватое лезвие - к себе под повязку.
Это такая растянутая попытка самоубийства или у тебя там реально есть ножны? – поинтересовался Нил.
– Ага, – ответил Эндрю.
– Ты не им собирался порезать Ники. Сколько их у тебя?
– На всех хватит.
– А если судья застукает тебя с оружием во время игры? Вряд ли отделаешься красной карточкой. К гадалке не ходи – тебя арестуют, а команду отстранят от соревнований, пока не убедятся, что мы нормальные. Что тогда? - произнес Нил, поглядывая на лежащего на скамейке Тсуками. Тот видимо, как либо в разговоре участвоватъ не собирался.
– Буду горевать до самой смерти, – равнодушно отозвался Эндрю.
– За что ты так ненавидишь экси?
Эндрю вздохнул, точно его утомило столь назойливое любопытство.
– Да положить мне на твое экси. Ненавижу – скажешь тоже. Просто экси – чуть менее тоскливая штука, чем жизнь, поэтому я решил какое-то время в него поиграть.
– Не понимаю.
– Твоя проблема.
– Разве играть тебе не по кайфу?
– Меня уже спрашивали об этом два года назад. Знаешь, что я ответил? Я сказал «нет». Такая бессмысленная херь не может быть по кайфу.
– Бессмысленная? Но у тебя же настоящий талант.
– Лесть скучна, и я на нее не ведусь.
– Я только констатирую факты. Ты себя недооцениваешь и мог бы многого добиться, если бы захотел.
Эндрю улыбнулся, сухо и холодно.
– Вот сам и добивайся. Кевин говорит, ты будущий чемпион. Через четыре года станешь профи, через пять будешь играть в сборной страны. Он лично пообещал тренеру. И ректорату. Уламывал их, пока они не согласились тебя взять. - видимо Эндрю решил не говорить, что ли бо про Тсуками вить тот даже не слушал их.
– Он… что? – Нил вытаращил глаза, пытаясь переварить услышанное. В висках запульсировала кровь. Эндрю врет, не мог Кевин такого сказать, потому что едва выносит присутствие Нила на поле. Но зачем тогда Эндрю сочиняет эти небылицы? Хочет его позлить?
– В общем, Кевин добился своего, и вот ты здесь, – подытожил Эндрю. – Странно только, что чувак, у которого такие способности, который так тащится от игры и имеет все шансы на успех, от всего этого отказывается. Почему, а?
Если Эндрю не обманывает, значит, это Дэй наврал товарищам, а пойти на такие ухищрения он мог только по одной причине. Выходит, он все же узнал Нила и был готов наговорить что угодно, лишь бы заполучить его в команду. В таком случае что конкретно известно Кевину? Как много он сумел понять или запомнить из событий, случившихся восемь лет назад? Знает ли он настоящее имя Нила? И догадывается ли, что это означает? Услышав шевеление на скамейки НИл обратил внимание на вставшего Тсуками, снова этот взгляд. Только в этот раз он не пугал, а скорее осуждал НИла. Будто Тсуками знал о чем тот сейчас думает.
- пойду попью. - изрек он идя к раздевалке. Казалось одна бесмысленная и несвязная с диалогом Эндрю и Нила фраза, буд то заставил двоих ненадолго замолчать и прекратить разговор.
Нил молча отвернулся. Кевин закончил тренировку и теперь собирал мячи. Когда он направился к выходу с поля, Эндрю за спиной у Нила зашевелился. Послышался шорох ткани: Миньярд встал и тихонько спустился вниз по трибуне.
- инктересно, мне как раз нужна была игрушка, а тут их две. Будет весело.
Нил хотел бы что то сказать, но вспомнив взгляд Тсуками промолчал. Кевин закрыл дверь на поле, снял шлем и, скользнув глазами по Эндрю, уперся взглядом в Нила. Нил выдержал этот взгляд, пытаясь прочесть на лице Кевина правду и найти подтверждение громким словам Эндрю. Кевин никак не мог слышать их разговор, однако Нил почему-то ждал, что он произнесет его настоящее имя.
– А ты что здесь забыл? – вместо этого спросил Кевин.
– Хотел потренироваться, – ответил Нил.
– Толку-то.
Грубо, но именно это Нил и надеялся услышать. Значит, врет Эндрю. Глядя на Кевина, Нил почувствовал, что дышать стало чуть легче. Поставив ведро с мячами под ноги, Дэй положил клюшку и шлем на трибуну, чтобы снять защиту. Стянул перчатки, ткнул их под мышку, просунул пальцы под лямки нагрудника. Когда он закончил, Эндрю забрал у него снаряжение, затем подцепил за решетку шлем.
– Эндрю? – позвал Кевин, снова беря в руки клюшку.
– Уже иду, – сказал Миньярд и двинулся в раздевалку.
Нил проводил их взглядом, на входе в раздевалку Эндрю и Кевин столкнулись, они обменялись парочками фраз, от которых Нил смогу услышать лишь некоторые обрывки. Но не придал им значения.
Тсуками подошел к Нилу и сел рядом с ним.
- о чем вы говорили?
- да так, повздорили немного с калекой. - спокойно изрек Тсуками, не понятно почему - то Нил улыбнулся. Рядом с Тсуками было спокойно. Но улыбка быстро сползла с лица и он тихо начал:
- Из Аризоны через Неваду в Калифорнию. На диком побережье Калифорнии мать оставили последние силы. Я тогда даже не понял, какую серьезную рану она получила, столкнувшись с отцом в Сиэтле. В Орегоне мать истекала кровью, однако я не подозревал, что все настолько плохо. Я не знал о внутреннем кровотечении, о пробитых печени и почке, о других тяжелых повреждениях внутренних органов. - казалось на одном дыхании произнес Нил, сидящий рядом блондин лишь тяжело вздохнул не желая мешать Нилу. Ему нужно было выговориться и он понимал, что он сейчас единственный человек которому Нил может довериться. Немного помолчав он продолжил.
- Когда мать поняла, что ей уже не выкарабкаться? Возможно, она почувствовала это еще в Портленде, но страх гнал ее дальше. А может, она не догадывалась о своем состоянии до того самого момента, когда мы пересекли границу Калифорнии и она начала терять сознание. Ей срочно нужно было в больницу, а она свернула на извилистую дорогу к заброшенному пляжу. Наш автомобиль остановился буквально в нескольких метрах от воды, и она заставила меня повторить все обещания, которые я давал раньше: не оглядываться, не останавливаться, никому не доверять. Быть кем угодно, только не собой, менять имена, внешность и места как можно чаще.
Казалось Нил закончил и Тсуками усмехнулся.
- чтож, ты уже нарушил два обещания. Ты доверился мне и остановился в Милпорте, а сечас в Пальметто. Как видишь, сейчас все не так уж и плохо. — сказал Тсуками на легке и Нил не сдержал улыбки. Тсуками был прав, он уже нарушил два обещания и был рад этому. Он не чувствовал себя одиноко, по началу он не доверял Тсуками, опасался и пытался обходить стороной при том при, только за ним следя. Но со временем, он научился успокаивать его от ночных истерик, они часто общались на отвлеченные темы и точно также общались на счет Экси, Тсуками любил Экси, не так сильно как Нил но любил. Он привык к этой блндинистой макушке и заспаелму лицу. Привык к хихикающему парню, когда тот был под воздействием наркоты. Он привык к нему и был рад его компании.
Нил бросил мяч в ведро и пошел в раздевалку, встав Тсуками пошел за ним, чему Нил удивился и на его взгляд коротко ответил.
- составлю тебе компанию.
Нил усмехнулся, так было постоянно. Даже когда Тсуками говорил, что ему лень идти на тренировку и он не хочет, узнавая что Нил на нее пойдет, он тоже там появлялся и пусть с некоторой ленью что была заметна только Нилу, он тренеровался.
Проверив не спрятались ли Эндрю и Кевин где либо, Нил натянул форму и пошел на поле сказав что подождет Тсуками уже там. Тсуками сделал растяжкц в ускореном темпе и натянув форму отправился к Нилу. Начать они решили с отбрасывания бросков, после же Нил бросал Тсуками мячи с разного расстояния, под разным углом, а Тсуками пытался поймать, у него были проблемы с ловлей мячей и Кевина это бесило. Закончили они тренировка с попыткой отобрать друг у друга мячь и забить в ворота, тренировка вышла довольно глупой, но энергичной и явно веселой.
- ух ты... Уже утро. - сказал измотанный Тсуками и такой же измотанный Нил лишь махнул головой в знак согласия. С общим согласием они решили, что по спят уже здесь. Смысла и желания идти до квартиры Ваймака не было, потому помывшись они легки спать в комнате отдыха. Нил лег на диванчик, на котором он помещался с огромным трудом, а напротив него на другой такой же диван лег Тсуками, он был выше Нила и ему явно было не удобнее.
Первым проснулся Тсуками, встав и немного похрустев спиной он размял некоторые затекшие и уже бодквшик, части тела из-за крайне неудобного диванчика. Из рта блондин вышел слегка болезненый вздох когда он вновь разминался шею. Следом проснулся и Нил, также размявшись они отправились обратно. В здание они попали с помощью ключа который Тсуками прихватил еще ночью, когда Нил подорвался с кровати и пошел к выходу, а вот дверь вновь была не заперта. Тсуками зашедший первее Нила, уже было хотел указать тренеру на его легкомысленность однако в следцбщуюю секунду и думать забыл, он закрыл рот уже было зашедшему Нилу и когда тот понял в чем дело убрал руку.
Дверь в кабинет Ваймака была приоткрыта буквально на несколько дюймов, но это не мешало отчетливо слышать возбужденные голоса: кто - то яростно ссорился. Имя достаточно хороший слух Тсуками лишь чуть чуть приблизился к двери, а Нил же приложил ухо к двери затаив дыхание одновременно с Тсуками начиная прислушиваться.
— Черт возьми, Кевин, я сказал, сядь!
– Не сяду! – Если бы Ваймак не назвал Дэя по имени, Нил ни за что не узнал бы искаженный паникой голос. Он перевел взгляд на Тсуками, так будто тот сможет ему ответить почему голос Кевина и сам он в такой панике. Но очевидно, что блондин не мог дать ответов Нилу, но о чем - то задумался когда Нил вновь сосредоточился на голосах.
– Как вы могли такое допустить?!
– От меня ничего не зависело, и ты сам это знаешь! Эй, ты что?
Послышался глухой стук, точно кто-то ударился о стену. Воспользовавшись потасовкой, Нил и Тсуками прошмыгнули внутрь и бесшумно закрыли за собой дверь, хотя могли бы и не таиться. Судя по звукам, Ваймак и Дэй крушили все подряд. Услышав звон разбитого стекла, Нил невольно поморщился. Тсуками вспомнил, Нил упоминал об этом инцеденте. Взгляд блондина похолодел, а цвет зеленых глаз неестественно для них самих потемнели.
– Смотри на меня, – рычал тренер, – смотри мне в глаза, чтоб тебя, и дыши!
– Я предупреждал Эндрю, что он за мной придет! Я говорил!
– Это совершенно неважно. Ты подписал контракт со мной.
– Он вернет универу затраты на мое обучение, и глазом моргнуть не успеете! Он может, и вам это тоже известно. Откупится и заберет меня домой, а я… я не могу туда вернуться! Не могу, не могу, не могу… Мне пора. Я должен ехать прямо сейчас, пока он сюда не явился. Может, если я вернусь сам, он меня простит, а если ему придется снова гоняться за мной, то он точно меня убьет.
– Заткнись, – отрезал Ваймак. – Никуда ты не поедешь.
– Я не могу сказать Рико «нет»!
– Значит, молчи. Держи рот на замке, а болтать будем мы с Эндрю. Да, я и Эндрю. Только не говори, что забыл про этого психа. Номер Бетси у меня на быстром наборе. Хочешь, соединю вас через нее? Расскажешь Эндрю, что собираешься дать заднюю?
Воцарилась тишина. Нил ждал не дыша и взглянув на Тсуками, казалось бы ужаснулся. Лицо блондина не выражало никаких эмоции, но вот неестевственно казалось бы побелевшие кожа давал знак, что он боишься. Нил не понимал чего и как бы он удивился, если бы узнал что и сам Тсуками, не понимал своей реакции на имя «Рико». Наконец Ваймак заговорил снова, уже тише, но из-за волнения его голос звучал скорее угрюмо, нежели ободряюще:
– Я никуда тебя не отпущу. С какой стати? По контракту ты – мой. Пускай платит сколько угодно, но контракт в силе до тех пор, пока ты его не расторгнешь, а ты этого делать не обязан, ясно? Предоставь этого еблана Рико нам с Эндрю. Твоя забота – команда и место в турнирной таблице. Ты обещал мне четвертьфинал.
– Это было раньше, – уныло отозвался Кевин. – А сейчас все изменилось.
– В КРЭ дали слово не оглашать новость до июня. Они видели, какие меры предосторожности мы предприняли в связи с твоим переводом, и теперь ждут общего сбора команды. Я рассказал тебе, потому что так было надо, но Эндрю пока что посвящать в это не стоит. Поклянись, что будешь держать себя в руках, когда сегодня с ним встретишься.
– Эндрю сам догадается, он не идиот.
– Тогда ври лучше, – отрезал Ваймак. – КРЭ только и ждет повода выгнать Эндрю, и обратно мы его уже не вернем. Что ты тогда будешь делать?
Оба надолго умолкли – Нилу даже показалось, что разговор окончен, да и он уже беспокоил его меньше всего, состояние Тсуками на тот момент было ужасающем, он то бледнел то зеленел в одну секунд, парня начало трясти но он совладал со своими эмоциями. Смотря на Тсуками, Нил мысленно задавался вопросами «почему у него такая реакция? Что случтдось?» будто прочитав мысли Нила, Тсуками тихо прошептал.
- тело само реагирует... Незнаю, что происходит... - Тсуками пытался сказать это достаточно тихо, чтобы Кевин и Ваймак не услышали, но и не слишком тихо, чтобы Нил услышал, он не смог соылвдать ч эмоциями и вышло еще тише чем планировалось, но суть Нил удлвить смог. В конце концов Кевин произнес:
– Дайте телефон.
– Если думаешь, что я позволю тебе звонить Эндрю в таком состоянии…
– Жану, – перебил Кевин, – я позвоню Жану. Я должен услышать это от него.
Недавно не дышавший Тсуками, начал судорожно глотать воздух. Откуда? Откуда он знает это имя!? Откуда он знает как выглядит Жан!? Почему в его голове открываются столь отвратительные картины!?
********
- ну же, посмотри на него ~ — послышался насмешливый и слегка веселый голос, так будто он сейчас шутил над чем-то, а отдал приказ, об износидовании Жана.
Черноволосы парень не смел поднять головы, ему было безумно страшно смотреть на своего друга, зная, что с ним сотворил этот монстр. Он не мог называть его по имени, ему было противно, противно знать во что он превратился. Но одновременно, он и не мог называть его по-другому.
- посмотри. — голос стал грубее и уже без той нотки веселья. В ушах начало звенеть, парень с номером "3" на щеке поднял свой взгляд. На полу на четвереньках стоял парень, слезы стекали по его щекам, он молил остановиться но казалось никто его не слышал, но даже если и слышали останавливаться никто не собирался. Некоторым - это доставляло, даже некое удовольствие.
Парень ужаснулся, он не может ничего сделать, пока его лучшего друга пускает по кругу, кроме как смотреть на все это и слушать его тихие мольбы. А вот, сидевший рядом с ним парень, улыбался. Эта ситуация доставляла ему удовольствие. Цифра "1" обозначала что тем парнем был Рико Морияма, но самое ужасное было тогда, когда третий номер посмотрел в зеркало.
В отражении зеркала, он увидел себя. Такемичи Ханагаки, с натуральным черным цветом волос и аккуратной стрижкой, но даже укладка не мешала волосам быть пышными, на щеке была выведена аккуратная татуировка в виде тройки. Самое ужасное, что первым кому Рико приказал изнасиловать парня, был сам Такемичи. Он входил в своего друга, без иретерса больно ли ему, у него не было выбора. Так сказал Рико, а если он сказал - они должны сделать.
Казалось, сейчас из такемичи выйдет все что он успел съесть, но когда он попытался уйти Рико поймал его за руку, заставляя любоваться сие искусством.
********
Если Такемичи из воспоминаний так и не вырвало, то Тсуками держался за свой рот с желанием блевануть куда либо. Нил же помогал блондину просто устоять на ногах, как вдруг он замер, его поразил не только тусклый голос Дэя, но и французская речь.
- – Скажи, что это неправда, – попросил он в трубку. – Что он этого не делал.
Ответа Нил разобрать не смог, но хлесткий звук захлопнувшегося телефона подсказал, что услышанное Кевину не понравилось. Заскрипела мебель – расстроенный Кевин тяжело опустился на диван.
– Жди здесь, – приказал Ваймак и несколько секунд спустя оказался в коридоре. Заметив в дальнем конце Нила и слегка потряхивающего Тсуками, он слегка вздрогнул от неожиданности, но не промолвил ни слова и сразу скрылся на кухне. Щелкнул замочек домашнего бара, звякнули стеклянные дверцы. Ваймак вернулся в кабинет с порцией водки для Кевина. – Выпей, – донесся до Нила его голос. – Я сейчас.
Когда Ваймак вышел, Тсуками все-таки не выдержал и на руке тброзовалась неприятная желтоватая жидкость. Ее было мало, за счет того что Тсуками ничего не ел, а только пил воду, ему казалось что его сейчас снова вырвет, но желудок этого не позволил - блевать, было нечем. Увидев это Ваймак зашел в ванную, взяв полотенце и протянув Тсуками, он благодарно махнув головой принял его вытирая руки и немного лицо.
Нил вопросительно ткнул пальцем сторону входной двери у себя за спиной и помог Тсуками выти, Ваймак вышел в след за ними на лестничную площадку. Как только дверь закрылась, Нил начал осматриваться по сторонам — не подслушивает ли кто? — но двери были все закрыты. А Ваймак тем временем осмотрел Тсуками, споашивая:
— как себя чувствуешь? Можешь обратиться к Эбби если нужно.
Тсуками же просто отмахнулся покачав головой из стороны в сторону, он был не в силах разговаривать.
все двери были закрыты.
– Я собирался молчать об этом до июня, – сказал Ваймак. – Много успели услышать?
– У Кевина нервный срыв, – пожал плечами Нил. – Причина нам неизвестна.
– Команда Эдгара Аллана подала в КРЭ заявку на перевод, и сегодня утром эту заявку одобрили. С первого июня «Вороны» входят в юго-восточный округ.
Смысл дошел до Нила не сразу, а когда это наконец произошло, внутри у него все перевернулось. Мало того что в Аризоне он столкнулся с Кевином, так теперь ему грозит встреча еще и с Рико. Нет, рисковать нельзя. Кевин его не вспомнил, но на Рико надеяться не стоит. Если память у него окажется получше, Нилу несдобровать. Нил почувствовал руку на своем плече - это был Тсуками его лицо, озарила легкая измученная улыбка. Она слегка успокоила Нила и он был не против что тот лениво упирается на него, но понимал - Тсуками нужен наркотик.
– Не может быть, – возразил он.
– Может. «Вороны» – единственная команда экси в Западной Виргинии, входящая в НССА, так что перевод – дело плевое. Проголосовали, подписали, готово.
– Не может быть, – уже возразил Тсуками, еще как понимая, что млжет. – Мы «Воронам» не соперники. Комитет что, рехнулся? Кто в здравом уме выставит сильнейшую команду против слабейшей?
– Тот, кто знает, что на этом можно хорошо погреть руки, – сказал Ваймак. – Переход Кевина вызвал массу негатива, но в то же время породил новую волну зрительского интереса к экси. Комитет хочет довести ситуацию до логического конца: Кевин и Рико снова выходят на поле вместе, но – впервые! – как противники. И без разницы, кто победит. Этот фокус привлечет массу внимания и денег.
– Мы не можем играть против Рико, – сказал Нил, – мы просто не готовы. — Тсуками держащий Нила за локоть, сжал ее сильнее как бы давая понять, что он рядом, он может не сможет защитить его настолько хорошо, что убережет от всех невзгод, но он рядом и будет помогать ему столько сколько Нила потребует.
– Рико не ваша проблема, предоставьте его Мэтту. Твоя задача – обойти защиту и вратаря, твоя примерно такая - же. - сказал он Нилу и Тсуками.
– А если подать протест? В этом матче победитель известен заранее. – поинтересовался блондин.
– Подать протест можно, но смысл? КРЭ своих решений не меняет, особенно если это ударит по Морияме. Вам нужно кое-что знать об этой семье, хотя рановато, конечно, для такого разговора. Я думал, сперва вы освоитесь или, по крайней мере, поближе узнаете ребят, а потом уже я все во все это посвящу, но, раз комитет торопит события, выбора у меня нет. Собственно, это секрет Полишинеля, то есть мы все, – Ваймак пальцем нарисовал в воздухе круг, очевидно, имея в виду Лисов, – это знаем, но за пределами команды языки никто не распускает. И так и должно оставаться, ясно? Иначе кто-то может пострадать, даже погибнуть.
Нил махнул рукой в сторону других дверей на лестничной площадке. А Тсуками, уже догадывался о чем таком сокровенном хотел рассказать Ваймак.
– А как насчет соседей?
– Я на этаже один, – ответил Ваймак. – Дом построили примерно в одно время с «Лисьей норой». Спонсоры рассчитывали, что «Лисы» будут регулярно побеждать и людям захочется жить поближе к стадиону, чтобы посещать игры. Ну, а мы все время лажали, и квартиры остались не раскуплены. Нижние этажи заселены полностью, средние сдаются в аренду на время футбольного сезона, а два верхних пустуют. — Тсуками было интересно, сильно ли тренер удивился бы, если узнал что примерно через эти квартиры начнут скупать а «Лисы» станут популярной командой? Удивился ди он, если бы узнал, что Нил станет командиром и даже войдет в сборную? Ох, как же ему хотелось бы посмотреть на все это своими глазами. И пока он может, он будет это делать.
– Ближе к делу, тренер. - сказал Нил, вырывая Тсуками из своих мыслей.
Ваймак скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на Нила и Тсуками.
– Вам известно, как Кевин оказался в университете Пальметто?
– Сломал руку, – ответил Нил. – Играть не мог, вот и перевелся сюда помощником тренера. Пришел вслед за Эндрю, так?
– Я его привел, – сказал Ваймак. – На зимнем банкете он ввалился ко мне в номер, и вместо руки у него было кровавое месиво. Ничего не хотел: ни «Воронов» ставить в известность, ни в больницу ехать. Эбби подлатала его как могла, а я посадил его в наш автобус и вместе с командой привез в Южную Каролину.
– Ничего не понимаю, – нахмурился Нил. – Как он попал с лыжного курорта в ваш гостиничный номер?
– ему сломали руку? – озвучил свою “догадку„ Тсуками, уже зная ответ. Нил удивленно уставился на блондина, а Ваймак же лишь немного приподнял брови, видимо решив что Тсуками просто очень сообразительный, он быстро пришел в себя продолжив.
– да. Никакого несчастного случая не было, он никуда не ездил. – теперь же Нил в замешательстве уставился на тренера.
– За несколько дней до зимнего банкета комитет провел собрание по итогам года. Разговоров только и было, что о Рико и Кевине. Членам комитета не нравилось, как проходит сезон. По их мнению, Рико оттирал Кевина, а Кевин не отыгрывал в полную силу, чтобы его не затмевать. Морияму-старшего заставили объясниться по поводу тренерской тактики. В ответ он устроил поединок между Кевином и Рико. Выиграл Рико, но лично я сомневаюсь, что победа была честной, иначе все сложилось бы по-другому. Как только Тэцудзи Морияма отпустил обоих с поля, Рико сломал Кевину руку.
Нила словно ударили под дых.
– Что?
Ваймак провел большим пальцем по тыльной стороне кисти, обозначая место травмы.
– Кевин не рассказывает, каково ему было в «Воронах», но я почти уверен, что Рико и тренер Морияма дубасили его и раньше, только теперь Кевину хватило ума собрать манатки и сбежать. Вот вам и семья, да?
– Я не верю в семьи.
– Я тоже.
Ваймак произнес это совершенно серьезно, и Нил наконец осознал, что значил тот взгляд, который тренер бросил на них в Милпорте, то абсолютное понимание в его глазах, обезоружившее Нила. Тсуками и Нил попытались прочесть в лице тренера историю, скрывавшуюся за его измученностью. Что бы ни сломило Ваймака, это произошло давно, и горечь с годами рассеялась, однако произошедшее явно наложило на него глубокий отпечаток, раз он посвящал «Лисам» столько времени.
– Почему о поступке Рико никто больше не знает? – осведомился Нил.
– Потому что фамилия Рико – Морияма, – устало ответил Ваймак. – С этого места начинается грязь. – Минуту он собирался с мыслями, затем поднял вверх указательные пальцы. – Клан Морияма делится на две семьи, главную и побочную. В главную входят старшие сыновья, в побочную – все остальные. Тренер Морияма, Тэцудзи, возглавляет побочную семью, а его старший брат Кенго рулит главной. У Кенго двое сыновей, Итиро и Рико. Итиро, рожденный первым, остался с Кенго в главной семье. Рико родился позже, поэтому вошел в побочную, а Тэцудзи сделался его официальным опекуном. Улавливаете?
– Вроде да.
– Вполне.
– Семьи существуют раздельно, – продолжал Ваймак. – Кенго и главная семья находятся в Нью-Йорке, где он управляет международной торговой компанией. В будущем его бизнес перейдет к Итиро. Тэцудзи и Рико получают процент от прибыли, но важными шишками не считаются и в делах ничего не решают. Именно поэтому Тэцудзи беспрепятственно уехал в Японию и изобрел там экси. До тех пор пока это не наносит ущерба репутации семьи, он волен заниматься чем пожелает, а чего он желает? Создать самую сильную и беспощадную команду по экси в стране – тут никакого секрета нет.
Нил посмотрел на дверь позади Ваймака, вспоминая истерику, в которой бился Дэй.
– В чем тогда секрет?
– Настоящий бизнес семьи Морияма – убийства.
Нил метнул на тренера быстрый взгляд – Ваймак с мрачным видом вскинул руку, упреждая вопросы.
– Морияма – иммигрировавшая в Америку группировка якудзы. Знаете, что такое якудза? Японская мафия. Лет двадцать назад отец Кенго перевез своих дружков в Штаты и обосновался на севере. Что конкретно они творят, ведать не ведаю. Я не в курсе, как много знает Кевин – он ведь связан с побочной семьей – Рико и Тэцудзи, – но ему точно известно, что главная семья использует матчи «Воронов» в качестве прикрытия для крупных сходок. Сеть у них обширная, а университет Эдгара Аллана – очень удобное место, куда постоянно приезжает уйма народу. Обычно они заседают в отдельных ВИП-залах на верхних этажах и там обделывают свои дела. – о, да. Тсуками знал что там происходит во время матчей. На одном из них он побывал.
********
- все будет хорошо, можешь не беспокоиться. Сейчас, Морияма значительно теряют свою власть. Им, будет выгодна эта сделка. – помимо того, что Морияма имели деда в США также они вели большие дела в Японии. Но с приходом Бонтена, их начали вытеснять. Это было трудно, для расширения группировки некоторое время, даже пришлось скрываться как от полиции так и от Морияма. Но сейчас, они находятся в самом вороньем гнезде, кудаверхущку богтена любезно пригласили, для создания контракта о сотрудничестве. Их ведут на верхней, по хорошо украшеным темным лестницам, вот они остановились им открыли дверь и Мвгджирл зашел первым, за ним зашел и Такемичи. Ему понадобилось некоторое время, что бы понять где он находиться, перед приходом сюда Санзу вновь накачал его наркотой, чтобы он не сделал чего нибудь глупого. Но, первое что он понял, так это то что Ичиро Морияма пялится на него.
На красивом мужском лице, было удивление. Из вежливости Такемичи улыбнулся ему, поздоровавшись, тот сделал то же самое. Саки потянул на один из черным, кожаных диванов и посадил его ряжом с собой, по собственнически положив руку не плечо. Некоторые верхушки спят ряжом, остальные встали за спину.
Переговоры начались и прошли неплохо, но было одно но. Ичиро то и дело, поглядывал на Такемичи и тот отвечал на его взгляды. Если бы он знал, чем закончатся эти его переглядки с мафиози, то он бы опустил голову не поднимая на него взгляда. После переговоров, когда они приехали в отель, Манджиро позвал Санзу, приказав тому, вырезать на языке Такемичи, вырезать знак Бонтена, чтобы тот не забывал кому он принадлежит.
Крик раздался по всему отелю, но казалось никто его не слышал. Наркота что еще не выветрилась из его организма, заглушала боль и не давала ему упасть без сознания. По щекам текли горячие слезы, а Санзу хихикал пытаясь доставить Такемичи побольше боли и делая надрезы как можно медленее, чтобы Майки мог насладиться этим зрелищем подольше.
- Ничего личного, малыш. Просто, ты начал забывать чей ты. - услышал Такемичи от Манджиро, когда Санзу закончил. Майки любовался проделано работой, а Такемичи все таки не выдержав, потерял сознание. Очнувшись, лишь на следующий день, он еще долго не мог питаться.
********
– Банда, – медленно произнес Нил, иногда поглядывая на Тсуками, тот ток состоял в банде, но тот не шевельнул ни одной мускулой. На языке Тсуками, почувствовался вкус железа, рот свело от боли, было ощущение будто он вернулся в тот день. В день когда ему оставили этот шрам, как напоминание что он никогда не сбежит. Что он, принадлежит бонтену и всегда будет ему принадлежать. Боль эта была не так сильна, как в тот день, но шрам тогда остался не только на его языке, но и на сердце. Это был день, когда жизнь похожая на ад, стала адом. Тсуками сжал челюсти щеку, прекратил он жто делать лишь тогда когда почувствовал как железны привкус усилился, а на языке оказалось что то теплое. Потянувшись к карману чвоих штанов он достал коробочку таблеток, с надписью "успокоительное" этим успокоительным, была наркота. Слабая, но она помогала ему, он не страдал от ломки.
Ваймак кивнул, поглядывая то на Нила, то на Тсуками ожидая от них какой либо реакции. От блондина послышался тяжелый вздох.
– чтож, раз нас это не касается то ладно. Проживем, как нибудь. – лениво протянул он, Ваймак явно удивился его спокойному голосу, хотя скорее всего, он думал что Тсуками все еще под успокоительным. Но, несмотря на это, реакция Тсуками хоть и немного, но обрадовала. Блонд н прокатил капсулу и спустя минуты 3 почувствовал, как наркотик уже расходился по его организму. К счастью, он почти никак на него не действовал, он не улыбался и мог здраво мыслить, но организм уже начал привыкать у таблеткам и просить большего, ломка иногда все-таки накатывала и ему приходилось выпивать по две, по три таблетки. Ваймак вопросов не задовал, видимо понимал что если блондинки захочет, он расскажет все сам. Да и казалось, Ваймак уже догадался, что это не простое успокоительное, он не идиот и Тсуками это знал.
Нил и не слышал что говорил Ваймак или Тсуками, сейчас он задумался. Он вспоминал когда в последний раз видел Кевина и Рико в месте. Шла тренировка все трое активно, работали с мячом, стоп... Трое? Нет... Там... Был кто - то еще... Мозг Нила судорожно пытался вспомнить, но ему это не удалось. Но он был уверен, их было не трое, четверо. Когда тренировка прервалась и их вызвали на верх, какой-то мальчик разговаривал с ним, спрашивая зачем их вызвали и прижимаясь к его руке. Кевин на этот жест, тоже прижался к тому мальчику и только Рико воздержался. Но, мальчик был так расплывчато в воспоминаниях, что тот не мог понять, кто это? Но если замуриться могла вспомниться лишь несколько деталей, большие голубые глаза и растрепаные черные волосы. Решив не заострять на этом внимание, он вспомнил как выглядело то помещение. Начиная от высоких, до потолка, окон с тонированными стеклами и заканчивая массивным столом для переговоров, занимавшим бо́льшую часть зала. На полу лежали ковры, но сверху кто-то постелил брезент – впитывать кровь.
К Нилу прижались еще сильнее, мальчик испугался, а Нил лишь слегка ободряюще улыбнулся.
До Нила только сейчас дошло, где – и по какой причине – он тогда оказался. Все это время он не понимал, каким образом тренировка сменилась сценой убийства и почему Рико, Кевин и тот мальчик тоже там присутствовали, возможно что тот мальчик тоже принадлежит клану Морияма. Если Морияма – мафиозный клан, то картинка наконец складывается. Отец Нила раздавал приказы из Балтимора, железной хваткой держа восточные порты. На западе его владения простирались как раз до границы Западной Виргинии. В этом смысле он приходился соседом Тэцудзи Морияме и по этой же причине привлек внимание Кенго. Отцы Нила и Рико были деловыми партнерами, поэтому Нилу разрешали тренироваться на стадионе Эдгара Аллана.
Ваймак принял его затянувшееся молчание за испуг.
– Нил я рассказываю вам эту историю, потому что остальные уже слышали ее от Кевина. Но насчет якудзы не волнуйся. Как я уже говорил, Кенго и Итиро сидят в Нью-Йорке, и им насрать, чем заняты Тэцудзи и Рико. Просто надо понимать, почему эти двое, Тэцудзи и Рико, ведут себя как отъявленные мерзавцы. За ними стоит клан Морияма, а это большая власть. К тому же у них непомерно раздутые представления о собственной значимости. Ну, а у нас есть кое-что, что они считают своим.
– Кевин.
– Я надеялся, что они поставили на нем крест, – вздохнул Ваймак. – Все говорили, что Кевин больше не выйдет на поле. Из-за тяжести травмы университету пришлось расторгнуть контракт, и, когда я взял Кевина помощником тренера, Тэцудзи не возражал. Мне казалось, они готовы его отпустить. Однако Тэцудзи забрал Кевина к себе не по доброте душевной; он растил будущую звезду экси, угрохал на его развитие кучу времени и денег. Для Тэцудзи Кевин – ценная инвестиция. Любые его доходы по праву принадлежат семье Морияма.
– Но Кевин практически инвалид!
– У него осталось имя.
В голове у Нила воцарился кавардак. Тсуками же пытался сопоставить факты, еще с прошлой жизни после рассказал Нила он не понимал одного, зачем им Кевин? Даже если есть имя, для них он бесполезен.
– Он хочет вернуть Кевина в состав «Воронов»? - спросил блондин.
– Если бы Тэцудзи этого хотел, он бы так и сказал.
– Но Кевин все равно бы не вернулся, – заметил Нил. – После того, что сделал Рико… – "вернулся." - мысленно возврвсил Тсуками, он прекрасно понимал, что страх Кевина перед Мориямой взял бы верх и если бы Морияма сказал придти - он бы пришел.
Ваймак посмотрел на него с жалостью.
– За все годы Тэцудзи так и не оформил опеку над Кевином. Знаешь почему? Морияма не признают чужаков. Тэцудзи дал Кевину кров и тренировал его, но при этом в буквальном смысле «подарил» его Рико. Кевин для них – не человек, а финансовый проект. Домашний питомец, чьим хозяином значится Рико. То, что ему удалось сбежать, – настоящее чудо. Если завтра Тэцудзи позвонит и прикажет Кевину вернуться домой, Кевин подчинится. Он слишком хорошо знает, что Тэцудзи сделает с ним в случае отказа. Кевин просто не посмеет сказать «нет».
Нил почувствовал подкатывающую тошноту. Хватит с него, он больше ничего не желает слышать. Ему хотелось бежать и бежать, пока в голове не прояснится или хотя бы пока не оттает кровь в жилах.
Казалось Нил собирался сказать еще что – то, но Тсуками его опередил.
– прекратите. – громко сказал он, если кто – то скажет еще, что либо его вновь вырвет. – хватит. – Тсуками тяжело дышал. – продолжим... Потом, сейчас идите к Кевину, ему нужна помощь, договорим потом. – закончил блондин, руки его слегка потряхивали и Ваймак явно решил что тот испугался, махнув головой он произнес.
– К четырем Кевина здесь не будет, – сообщил Ваймак. – В это время у Эндрю заканчивается сеанс с психологом. Ники поедет за ним в офис Бетси и по дороге подхватит Кевина.
Тсуками махнул и направился к лестнице, Нил последовал за ним пытаясь соответствовать его шагу, тот казалось куда-то спешил. Когда они спустились Нил наконец-то схватил Тсуками поворачивая его на себя, он злился на него и хотел, что-то сказать но увидев это испуганое лицо, не промолвил не слова, он пришел в себя лишь когда услышал тихие слова от него.
- Нил... Я монстр... - слезы катились по его щекам, а сам Нил не понимал в чём дело. Нет, он видел Тсуками в истерике по ночам, но в таком состоянии ни разу. Он ни разу не плакал при нём днем, оставляя все на ночь, это в первые, впервые когда он показал свою слабую сторону Нилу осознано, а не в припадке истерики.
Он не пр думал ничего лучше как обнять его, минут пять они простояли пока всхлипы не перестали достигать ушей Джостена. Только сейчас он смог немного отойти от блондина, заглянув ему в глаза.
– что случилось? – с беспокойством спросил Нил, блондин не знал что ему ответить, но и врать не хотелось.
– мне... Мне привидилось, что меня заставили износиловать кого-то... Но.. Но кажется, это было не видение, а воспоминание... Мне страшно... Постоянно, я постоянно вижу что то странное, всплывают какие-то воспоминания, вдруг я и в правду кого-то насиловал? – Нил был удивлен словам Тсуками, но он точно знал что этого не могло быть.
– успокойся, я уверен что все это просто побочное действие... Все хорошо! – пытался успокоить его Нил, когда он смог это сделать, Тсуками достал телефон позвонив "врачу" что давал ему "успокоительное". Хоть у него и не было желания посещать его из - за неприятных шуток, но только он согласился прописывать ему таблетки, иногда меняя их на что получше. Через 15 минут Нил был в больнице с Тсуками, обустроена она была неплохо, но от светлых тонов и некого запаха лекарств Нила тошнило, по лицу Тсуками было видно что чувства у него были теже.
Когда назвали фамилию Тсуками, он зашел в кабинет. Неприятные желтые тона кабинета давили и вызывали бголовгую боль. У окна стоял стол за котором сидел сам Доктор, Тсуками сел на против. Седой мужчина поднял свой уставщий взгляд и казалось, что в его глазах загорелся какой – то неприятный огонек.
- здравствуй Тсуками - сладко произнес старческий голос, поседевшая голова и полный, от сидячей работы, мужчина, он откинулся на спинку стула, неприятно улыбаясь.
– дайте таблетки. – спокойно ответил Тсуками, не обращая внимание на врача.
– ну, ну куда тебе спешить, малыш Тсу? – врач многозначительно положил свою руку, поверх его. Тсуками тут же отдернул свою руку, явно не собираясь как либо отвечать на его «подкаты» он спокойно достал и положил несколько купюр на стол, что всегда носил с собой. Врач протянул Тсуками баночку, но когда тот за ней потянулся схватил за руку притянув ближе к себе.
– А зря... – произнес он явно имея в виду что тот не отвечал на его подкаты. – я не плох в постели, если передумаешь только скажи – взяв баночку Тсуками многозначительно улыбнул, я, прежде чем вырвать свою руку.
Сунув баночку себе в карман он взял со стола, во сколько и по сколько нужно принимать «успокоительное» отправившись в кортдор, а затем и на улицу не дожидаясь Нила, так как знал тот идет следом. Он не будет задавать вопросов, а Тсуками не будет отвечать. На душе было противно, сегодня все еще прошло гладко. Не как в прошлый раз... Но, он знал на что идет. Такие люди, не могут быть нормальными. Тсуками шел туда куда глядят глаза, а Нил шел за ним, каждый думал о своем.
Еще недавно Нил боялся, что Кевин вспомнит парнишку, чей отец – жестокий убийца, но все оказалось гораздо хуже. Кевин может помнить его потому, что сам принадлежит к не менее чудовищной семье.
Воспоминаний о клане Морияма у Нила не осталось, а вот они определенно могли его запомнить, если вели дела с отцом. Балтиморского Мясника так просто не забудешь, как и его жену, которая сбежала вместе с их единственным сыном, прихватив пять миллионов долларов. Мясник поставил на уши всех своих людей, и его ищейки долгие годы гонялись за беглецами. Об этой истории слышал весь криминальный мир.
Где-то там Комитет по регламенту экси правит расписание игр, которое в недалеком будущем обещает Нилу встречу с кланом Морияма. До этого времени он должен собрать вещи и схватив Тсуками сделать ноги. Иного выбора нет. Он отыграет все матчи, а перед поединком с «Воронами» смоется. Если повезет, эта игра состоится в конце осеннего сезона, и их уход не так сильно ударит по команде.
Конечно, тянуть даже до этого времени – глупость и самоубийство. Уходить нужно сейчас, до знакомства с остальными Лисами, прежде чем Комитет огласит его фамилию и даже до того как он впервые выйдет на поле в связке с Кевином Дэем. Раньше такой риск казался ему приемлемым, поскольку люди отца спортом никогда не интересовались. Вероятность того, что кто-то из них увидит Нила по телевизору во время трансляции матча, была ничтожна, если только его не узнал и не выдал бы Кевин Дэй. Теперь, когда Нил знает, что Морияма – мафиози и что они непременно его увидят, задерживаться в команде – чистое безумие.
Раньше Нил часто задавался вопросом, почему Кевин и Рико оказались вместе с ним в той комнате восемь лет назад и как сумели пережить тот кошмар. Почему их судьбы сложились так по-разному и Рико с Кевином стали чуть ли не мировыми звездами, а жизнь Нила стремительно неслась под откос? Все эти годы он одновременно ненавидел и боготворил обоих, завидовал их успехам и отчаянно мечтал превзойти. Выходит, Нил жестоко ошибался: Кевину тоже не удалось избавиться от прошлого. Неважно, чего они добились и кем стали, это им не поможет. Но сейчас, он также задовплся вопросом: что сейчас с тем парнем? Он тоже сбежал? Но слухов о нем он не слышал.
Тсуками резко остановился, повернувшись к Нилу.
– давай сбежим? Прямо сейчас. Соберем свои вещи и сбежим. – Тсуками, смотря своими зелеными глазами прямо в душу. Он и не знал, что ответить. Он не хотел уходить... Не мог... Не тогда когда обрел поле, но если этого хочет Тсуками, то...
Тсуками прервал его размышления.
– я шучу. Нам не надо сбегать, давай оставим этот вопрос ненадолго? - на его лице появилась легкая улыбка. – хочу узнать, какие они — эти лисы. Главное помни, я рядом. Я не могу решить твои проблемы и не слишуом силен физически, но я готов защищать тебя, настолько сильно, насколько это возможно. – закончил блондин, Нил знал – он не врет. Он хочет верить, что Тсуками не врет.
По расписанию летние тренировки «Лисов» начинались с понедельника, десятого июня, однако все возвращались на день раньше, чтобы спокойно разместиться в общежитии. Время прибытия членов команды Нил узнал из листка на холодильнике Ваймака, а потом сообщил считающему ворон Тсуками. Они в серьез задумались, что им делать с ночными инцидентами? Лисы приезжали в промежутке между двумя и пятью часами вечера. Нилу не терпелось собраться наконец полным составом – Кевин тогда будет орать на других и оставит их.
Кевину пока что удавалось скрывать свои страхи от Эндрю. Видимо, за счет привычки ослепительно улыбаться журналистам, выработанной за годы жизни среди отмороженных родственничков-бандитов. Нервное напряжение, однако, требовало выхода, и самой подходящей мишенью Кевин счел Нила и Тсуками. Две недели со дня истерики Дэя до старта летней практики дались Нилу так тяжело, что он почти возненавидел не только его, но и экси, а Тсуками.... По началу он начал пропускать тренировки, но после двух – трех раз, несколько часовой истерики Тсуками мучался на ровне с Нилом, хотя ему явно не терпелось послать и Кевина и экси и свалить куда подальше. Если поначалу Кевину было просто невозможно угодить, то теперь он сделался совершенно невыносим. Миньярды и Хэммик молча взирали на то, как он тиранит новеньких, и делали вид, что ничего не происходит. После этого, Тсуками материл и их, хоть и мысленно.
Нарываться на драки у Нила получалось куда лучше, чем побеждать в них, но в этом случае ему иногда помогал и Тсуками, он успокаивал как себя так и Нила. Отя Нил охотно согласился бы и проиграть, лишь бы приложить разочек кулаком Кевину по морде. Впрочем, открытый конфликт плохо вязался с тем образом Нила Джостена, который он создал. Как ни противно выглядеть в глазах окружающих тряпкой, выбора у него нет. Нельзя, чтобы Кевин или Эндрю увидели его настоящего. Понимая это, Нил покрепче стискивал зубы и терпел, а Тсуками нет, хоть он и не ввязывался в открытую драку, зато словесно очень часто болтал с Кевином, выводы того из себя и как бы это было некрасиво, но Нил был рад видеть Кевина таким, хоть потом он и делал Тсуками хуже.
Осталось продержаться всего несколько часов. Нил, Тсуками и их спортивные сумки приехали на стадион в машине Ваймака, где тренер забрал связку ключей от «лисьих» комнат в общежитии. Вместе с ключами Нил и Тсуками получили бумагу, в которой перечислялись правила поведения в кампусе. Пробежав глазами по строчкам, они расписались в нужных местах. Ваймак забрал у них документы и всучил университетский каталог со списком учебных дисциплин. На раннюю регистрацию расписания они не успели потому что приехали слишком поздно, а потому должны были записываться на занятия в августе вместе с основным потоком первокурсников. Правда, спешить им было некуда: профильные предметы Нил до сих пор не выбрал, а Тсуками даже не задумывался о них. Из прострации Нила вывел голос Тсуками:
– тренер... У нас разные комнаты? – произнес удивленный Тсуками.
– а ты хочешь разбудить всех соседей по комнате своей ночно истерикой? – вопросом на вопрос ответил Ваймак. На что получил молчание, ответ был очевиден. Тсуками и не думал, что Ваймак позаботиться о таком, от неловкости его щеки слегка порозовело, а Нил лишь усмехнулся.
Оба расположились в комнате отдыха «Лисьей норы» Нил принялся листать каталог. Как вдруг услышал.
– я точно собираюсь взять химию и биологию, а ты? - спросил Тсуками у Нила. Учитывая, что он не задержится здесь даже до конца семестра, дисциплины можно выбирать наобум, просто ткнув пальцем, и все же любопытно, что предлагает своим студентам университет Пальметто. Шутки ради Нил подумал было заняться изучением какого-нибудь совсем уж экзотического предмета, но практичность возобладала, и он отбросил эту мысль.
– Если попытаться извлечь из обучения хотя бы минимальную пользу, то выбор очевиден: иностранные языки – ключ к свободе, то есть к выживанию. – сказал Нил. Он бегло говорил на немецком и неплохо – на французском благодаря восьми месяцам, проведенным во Франции, и десяти месяцам в Монреале. В отсутствие практики знания выветривались, и, дабы не утратить навыки, Нил читал и смотрел новости на зарубежных каналах, Тсуками делал это с ним. Для поддержки уровня немецкого он мог бы обратиться за помощью к Миньярдам и Хэммику, но тогда вскроется, что он понимает их тайные разговоры, да и лучше с этим обратиться к Тсуками. Насколько хорошо Кевин владеет французским, Нил не знал, однако в любом случае не собирался проводить с ним ни одной минуты сверх необходимости.
Изучив раздел языковых дисциплин, Нил заколебался. В качестве профильного предмета на выбор предлагались пять языков, и еще три шли как дополнительные. Испанский – вот самое верное решение. Те крохи знаний, которые когда-то имелись у Нила, давно стерлись под влиянием немецкого и французского, пригодившихся на практике. Если он как следует подтянет испанский, перед ним откроется мир южного полушария.
Нил провёл пол часа, просматривая списки предметов и пытаясь составить идивльное расписание. Полчаса ушло на на Нила, так как ему помогал Тсуками и под часа уже Нил помогал Тсуками. Оба столкнулись с одной проблемой - временем. Только они выбирали идивльное расписание, как не совпадало либо предмет, либо тренировка. Все же, главной проблемой были тренировки. С началом учебного года «Лисы» будут тренироваться по два часа утром и по пять часов вечером. Сюда же требовалось втиснуть еженедельные пять часов университетских тренировок, обязательных для всех спортсменов Пальметто. Более-менее удачное расписание получилось у их только с шестой - седьмой попытки. Также они пытались сделать так, чтобы их расписание хоть и немного но совпадало, не хотелось проводить слишком много времени раздельно. Но все-таки, оно слишком сильно разнилось, но и перевыбирать предметы ни Нил не Тсуками не собирались, да и все-таки некоторые предметы по времени у них все-таки совпадали. Это было уже достижение. Когда они смогли решить проблемы с рассрисвнием, то с улыбкой дали друг другу пять.
Нил бросил взгляд на часы: осталось убить еще пол часа. Он бы пошел бегать, только не хотелось оставлять Тсуками, да и тому пора принимать лекарство. Достав баночку Нил протянул ее Тсуками, тот всегда забывал ее брать, поэтому по негласному согласию, таблетки ему протягивал Нил, хоть ему и не нравилось что Тсуками принимает, выбора не было. Блондин взял таблетки и собирал, я открыть баночку, как вдруг в комнату вошла Эбби, Тсуками по привычки спрятал баночку в глубине карманов своих джинс.
За прошедшее время Нил виделся с ней несколько раз, в основном когда Ваймаку было лень готовить или когда Тсуками как либо ранился. Сам он не искал общества Эбигейл, поскольку это автоматически означало встречу с Эндрю и его братцами. Как она вообще терпела эту компанию под своей крышей, у него в голове не укладывалось.
– Привет, Нил, Тсуками, – поздоровалась Эбби. – вы что-то рановато.
– Тренер не пускает нас в «Лисью башню» до приезда Мэтта.
Эбби сверилась с часами.
– Он вот-вот будет здесь. Ну, раз вы все равно свободны, может, проведем медосмотр?
– Медосмотр?
– Как обычно: рост, вес и все такое. Лучше управиться сегодня, потому что еще я должна взять у тебя кровь, а пока результаты анализов не будут готовы, на поле я тебя выпустить не смогу. Когда ты в последний раз был у врача?
– Давно.
– Не любишь докторов?
– Скорее, они меня. Это обязательно? - произнес Нил, Тсуками тяжело вздохнул, именно из – за медосмотра он перестал колоться перейдя на таблетки. Теперь же, он будет колоться лишь по выходным - когда тренировок не будет.
– Учитывая, что допуск на поле выписываю я, – да. – Эбби отперла медкабинет и распахнула дверь. Вошла и щелкнула выключателем, не обращая внимания на то, что Нил не сдвинулся с места. Несколько минут спустя она выглянула из кабинета снова. – В общем, желательно сделать это до вечера, а то вас у меня много.
– пойдем вместе или раздельно? - спросил Тсуками у Нила, честно говоря ему вообще не хотелось идти намедосмотр, особенно с тем что ему пришлось некотрое время сдерживаться от таблеток так как в них был наркотик, чтобы его было меньше. Хоть у него была выписка от "психиатра" но все же на всякий случай нужно было воздержаться от таблеток. У каждого из Лисов была своя история и это радовало, это как минимум не препятствовало его приему лекарств.
– раздельно, так будет спокойней – Тсуками махнул головой и мысленно даже обрадовался. Он сполз с дивана на котором они сидели, оставив сумку на попечение Тсуками, в прошлом он всегда носил свои вещи с собой, но где-то в середине или даже к концу учебного года он смог спокойно оставлять ее с Тсуками. По началу он специально наблюдал из далека, что – бы тот не лазил в его сумку, удостоверившись что сумка Тсуками не интересует, Нил начал спокойно оставлять ее рядом с блондином. Нил зашел в кабинет и сел на кушетку.
Первая половина медосмотра, как и говорила Эбби, прошла легко: она измерила вес Нила и давление, проверила рефлексы. Кровь, взятую из левой руки, поместила в две пробирки, которые пометила ярлыками и заперла в шкафчике, а потом сказала:
– Снимай толстовку.
– Зачем? – испугался Нил.
– Через ткань не видно, есть ли у тебя следы от уколов.
– Я не употребляю наркотики.
– Вот и молодец. Так держать. Давай, снимай уже.
Нил посмотрел на закрытую дверь за спиной у Эбби и не ответил. Она взглянула на него и тоже ничего не сказала. Пять минут они провели в молчании. Эбби сдалась первой:
– Я стараюсь, чтобы процедура прошла для тебя максимально безболезненно, но не смогу тебе помочь, если ты откажешься помогать мне. Почему ты не хочешь раздеться?
Как бы это помягче выразиться? Нил не придумал ничего лучше, как выдавить:
– Со мной не все в порядке.
Эбби взяла его за подбородок и повернула лицом к себе.
– Нил, я работаю с командой Лисов. Вы все не в порядке. Что бы ты там от меня ни прятал, вероятнее всего, я видела кое-что и похуже.
– Надеюсь, нет, – безрадостно улыбнулся Нил.
– Доверься мне, – мягко произнесла Эбби. – Я не собираюсь тебя осуждать. Я здесь, чтобы помочь. Я теперь твой врач, помнишь? Дверь закрыта на ключ. Все, что здесь происходит, здесь и останется.
– Вы не расскажете тренеру?
– Его это не касается. Это останется между нами. – Свободной рукой Эбби указала сначала на себя, потом на Нила. – Я говорю с ним только в тех случаях, когда считаю, что состояние игрока может повлиять на игру, или если член команды нарушает закон и я должна вмешаться.
Нил смотрел на Эбби, размышляя, стоит ли ей верить, но понимал, что другого выхода нет. По телу побежали мурашки – он уже представлял, как она отреагирует на увиденное.
– Только не задавайте вопросов, ни мне, ни Тсуками, – наконец сказал он. – На эту тему мы разговаривать не будем. Договорились?
– Хорошо, – легко согласилась Эбби. – Но имей в виду: если все-таки захочешь поговорить, я всегда рядом, и Бетси тоже.
Нил кивнул, хотя с психологом не собирался общаться и вовсе. Эбби опустила руку. Собравшись с духом, он через голову стащил толстовку.
Эбби полагала, что готова ко всему. Но Нил знал, что это не так, и оказался прав. Ее губы разошлись в беззвучном вздохе, лицо исказила непроизвольная гримаса ужаса. Она быстро совладала с собой, однако Нил успел заметить, как напряглись ее плечи. Она смотрела на него, а он следил, как ее взгляд изучает уродливые отметины кошмарного детства на его теле.
Первый шрам начинался у основания шеи, петлей огибая ключицу; возле него краснел морщинистый рубец с рваными краями – след пули, ударившей в самый край бронежилета. Бесформенная заплатка тонкой бледной кожи от левого плеча до пупка обозначала то место, которым Нил ударился об асфальт, выпрыгнув из машины на полном ходу и ободрав весь бок. Мелкие застарелые шрамы там и сям – свидетельства жизни в бегах, нелепых случайностей, отчаянных побегов и стычек с уличным отребьем. Через весь живот тянулись более заметные, наползающие друг на друга следы столкновений с людьми отца, гонявшихся за ним по всему свету. Прозвище Мясник просто так не дают: отец предпочитал топор для разделки туш. Его подчиненные владели холодным оружием не менее умело и не раз пытались заколоть Нила, как свинью.
На правом плече – четкий отпечаток раскаленного утюга. Он уже не помнил, чем так сильно разозлил отца. Скорее всего, дело было после очередного визита полицейских. Ни у полиции, ни у федералов не имелось на отца ничего конкретного, но при этом те и другие постоянно заявлялись к нему в дом в надежде что-нибудь нарыть. Во время таких посещений от Нила требовалось сидеть тихо и не издавать ни звука. Видимо, в тот раз он слишком много ерзал на месте, потому что сразу после ухода визитеров отец выхватил у матери горячий утюг и ударил им сына. Нил до сих пор помнил, как с него сползали клочья обгорелой кожи.
Вывернув руки, он продемонстрировал Эбби внутреннюю сторону локтей.
– Ну как, есть следы уколов?
– Нил, – мягко произнесла она.
– Так есть или нет?
Эбигейл поджала губы; она с явным усилием заставила себя сосредоточиться на осмотре. Как только она кивком дала понять, что процедура окончена, Нил быстро натянул толстовку. Документы Эбби заполняла молча.
– Это все, – сказала она, отложив ручку. – Нил…
– Нет. – Он поспешно вышел из кабинета.
Он был готов что Эбби броситься за ним, но этого ни случилось, в комнате отдыха его также ждал Тсуками он нервничал. Нил сел на диван и головой махнул тому заходить, что он и сделал.
– Здравствуйте... - еще раз неловко поздоровался Тсуками закрывая за собой дверь, Эбби натяжного улыбнулась, начиная проводить медосмотра осмотр. Когда дело дошло до вещей она спокойно сказала:
– сними футболку – Тсуками замешкался на пару секунд и уже по излюбленной привычке закусил себе щеку до крови. Он делал так постоянно, когда испытывал сильные эмоции по типу страха или гнева. Почувствовав во рту металический привкус он медленно произнес:
– Нил все сказал... Я тоже не буду говорить об этом, это неприятная для меня тема и не думаю что у меня хуже чем у Нила – Эбби лишь махнула головой, судя по ее реакции она была готова к чему то подобному, да и у Нила и в правду было намного хуже. Молча показав руки он достал выписку от врача, Эбби посмотрела на выписку потом на Тсуками, предвидя вопрос он произнес:
– это... Выписка, я хожу в психиатру и там мне выписывают таблетки, сказали дать вам – она взяла прочитав, после чего посмотрела на одевающегося Тсуками. Самый в дный шрам был, на его руке явно от ножа. На тазу также было ножевое ранение, от ключицы и через пдче тянулся шрам, она не смогла его разглядеть полностью за счет того что он тянулся к спине, дальше она не смогла рассмотреть Тсуками закрыл шрамы одеждой.
- если ты захочешь поговорить со мной или Бэтси, мы всегда в твоем распоряжении. - Тсуками только махнул головой, выходя из кабинета. Когда блондин вышел то увидел Нила ерзающкго на диване и пытался сосредоточиться на диване. Тсуками не сдержал улыбки, он достал баночку с "успокоительным" проглатывая одну из таблеток, что достал оттуда.
– пойдем покурим. – Тсуками протянул баночку Нилу и тот приняв ее взял портфель положив туда каталог, Тсуками взяв свою сумку вышел первее. Они уже дошли до фойе, когда за их спинами открылась дверь Заколебавшись у выхода, Тсуками обернулся: кто-то вошел в комнату отдыха с другого конца коридора.
По сравнению с уже знакомыми парням Лисами новоприбывший оказался неожиданно высоким. Если Ники был под сто восемьдесят пять сантиметров ростом, а Кевин сантиметров на пять его выше, то незнакомец выглядел на все два метра. Эффекту отчасти способствовала прическа: черные волосы, уложенные гелем, торчали вверх короткими колючими шипами. Нил быть не узнал парня если бы, Тсуками не сказал:
– Мэт Бойд... – это было сказано настолько тихо, что Нил еле как смог разобрать. За размышлениями Нила он не заметил как незнакомец преодолел разделявшее их расстояние и протянул ладонь для приветствия. Тсуками взялся за нее, не сводя взгляда с лица Мэтью Бойда. Это было нелегко: короткие рукава футболки не скрывали бледные, но безошибочно узнаваемые следы от уколов на обеих руках. Понятно, почему Эбби была так непреклонна насчет проверки.
– Мэтт Бойд, – энергично стиснув пальцы Тсуками, представился парень, – третьекурсник и центральный защитник «Лисов». А ты, должно быть, Нил.
– нет... Я Тсуками... Меня, не планировали наверное брать ну и все такое... – неловко произнес Тсуками, по лицу Мэта было понятно, что ему было неловко.