Глава 8.
Юля о чём-то увлечённо болтает. О том, что они с Громом решили не брать ничью фамилию, а оставить все как есть. Всё-таки они не последние люди в Петербурге.
И Кристина полностью солидарна с подругой.
У Серёжи — соцсеть и огромное бремя своих ошибок за плечами.
У Кристины — завал в редакции и проблемы с тиражами, обучение Леши, оплата его репетиторов.
У Кристины — проблемы. Она бесплодна. Узнала об этом буквально позавчера. Плановый осмотр у гинеколога. Перед глазами плыло и таяло.
Кристина, как минимум, ближайшие пять лет не планировала заводить детей. Но когда-то же она хотела. Она любит детей.
И тут Юля выпаливает то, от чего мир переворачивается.
— Будешь крестной?
У Измайловой ком в горле и нервный кашель.
— Что?!
Глаза расширяются, кажется, раз в пять.
— Я беременна.
И Кристина рада. Правда. Не будет своих, будет крестник. Или крестница. Или и тот, и тот.
У Кристины — слёзы на глазах, ведь она знает, что у Юли тоже были проблемы по этой части. Они с Громом хотели детей уже три года. И они с Игорем справились. Они молодцы.
— Господи, Юля, с такими новостями надо быть осторожнее. Меня так инфаркт хватит. Какая неделя?
— Четырнадцатая.
И Кристина корит себя за это невнимание. Ведь у подруги и правда уже начал расти живот. Она была слишком невнимательна. Погрязла в работе, в помощи Алтану.
Даже на совместных вылазках по поводу организации свадьбы она не замечала изменений.
— Юль, я ведь даже не замечала, — девушка сворачивает на парковку какого-то супер модного ресторана и обессилено роняет голову на руль.
— Кристин, что происходит? Ты в последние три дня очень странная.
И Кристина понимает, что опять все портит. Потому что сегодня они должны были обговаривать меню, а она опять все портит своими проблемами. Даже за подругу не может нормально порадоваться.
— Юль, я бесплодна, — русая вымученно улыбается и почти истерично смеётся. — Вот так.
Юля теряет дар речи. Смотрит ошарашено.
— Блять. Не может быть. Ты же шутишь? Скажи, что шутишь.
— Ты не представляешь, как я бы хотела, чтобы это было шуткой.
А у Юли весь мир переворачивается. Потому что не должно так быть. Потому что Кристина заслужила всего самого наилучшего, но никак не этого.
А у Кристины тогда весь мир перевернулся. Обнаружь это двумя месяцами ранее, можно было бы исправить терапией. А теперь уже поздно. Слишком поздно.
— Я без понятия, как рассказать Серёже.
— Ты чего? Может, он наоборот поможет. Крис, он любит тебя.
— Любит? Меня? Посмотри на меня, Юль!
Кристина сама в последнее время не узнаёт себя.
— У меня синяки под глазами, глаза красные от работы. Я толстая, у меня ужасное зрение, у меня ебучий витилиго по всему телу! Я уродлива!
— Не говори так! Слышишь? Серёжа тебя любит. Я вижу, как он на тебя смотрит. На меня так же смотрит Игорь. Этот взгляд понятен среди тысяч других. И вообще, какая ты толстая? Вот, скажи мне, сколько ты весишь?
— 52.
— А рост?
— 167.
— Ты права, у тебя нездоровый вес. Точнее, здоровый, но меньше нормы, дурень!
Переливистый смех прерывает звонок телефона.
— Олег?
—...
— Да, конечно.
—...
— Нет, в тумбочке.
—...
— Возьми их и ашку. Я скоро подъеду, осталось только меню уточнить.
—...
— Да я их там всех зарою, блять! Суки, я им за что плачу?! Ладно, езжайте и ждите. Если директриса выйдет, просто игнорируйте.
— Что случилось? — лицо красноволосой оказывается чуть ли не перед лицом девушки.
— Деректриса в школе уебанская. Так, сначала меню, потом проблемы. Вперёд!
***
— Леш, говори сразу, что случилось?
— Учитель географии на уроке начала говорить, что я бездомный, из свинарника приехал, правильно, что мою сестру... сбили, — Лёша пробегался глазами по всему, чему можно и нельзя.
— Сукина дочь. Олег, все взял?
— Да, вот, — брюнет протягивает папку и вместе с ней электронку.
— Спасибо, — девушка уже двинулась ко входу в здание. — Как там Серёжа?
— Волнуется, но пытается отвлечься. Что-то в ноуте постоянно делает.
— Он разрабатывает план посадки. Хоть людей и будет мало, все равно же нужно.
— Ничего не хочешь рассказать? Выглядишь не очень.
— Леш, — девушка останавливает подростка, давая ему в руки папку. — Иди вперёд, ладно? Я поговорю с Олегом.
— Да, хорошо.
— Ну так что? — брюнет засовывает руки в карманы брюк, тревожно глядя на подругу.
— Я бесплодна. Я узнала позавчера. Олег, что мне делать? Я устала, не выдерживаю.
— Тихо, Кристин, взгляни на меня, — Волков берет лицо подруги в руки. — Посмотри. Посмотри, что ты сделала. Ты, можно сказать, в одиночку отстроила огромную империю, тебя боится добрая часть России. Ты, Кристина, сильная. Ты — Кристина Измайлова. Ты синоним слова сила. Не поверю, что ты сдашься. А мы все будем рядом, чтобы помочь. Ты когда-то спасла всех нас, теперь наша очередь.
— Спасибо, Олег. Правда, спасибо. Без понятия, чтобы я без тебя делала.
— Справилась бы. С большим трудом, конечно, но справилась бы. А теперь вперёд, страшно Лешу оставлять с этой мымрой наедине.
У Кристины отлегло. Олег всегда умел забирать боль. Он чудесный. Всегда рядом, всегда поможет, поддержит. Только до сих пор не может найти себе пару. Хотя, у всего есть время. Мало ли.
— Ой, здравствуйте, Кристина Александровна, — директриса кружилась возле девушки, слащаво улыбаясь и поглядывая на Олега с подозрением. Ещё бы, телохранитель, как никак.
— Здравствуйте, Раиса Николаевна. Можно сразу позвать учителя географии?
— Ну зачем? Мы же можем спокойно поговорить, все выяснить. А учителю я выговор сделала.
— Я хочу лично поговорить с учителем. Надеюсь, это не составит труда?
— Нет, конечно, — директор напряжённо вздохнула походя к телефону. — Может, чай, кофе?
— Мне эспрессо, Олегу Давидовичу зелёный чай с молоком, без сахара, а Лёше, будьте добры, латте на кокосовом молоке. Это же можно устроить? Как никак, частная школа.
— Да, конечно, — женщина натянуто улыбнулась. — Без проблем.
Как же Кристину все бесит. Больше всего она хочет увидеть Серёжу, которого не видела уже полторы недели. Она просто хочет жить счастливо.
— Здравствуйте, — женщина лет шестидесяти показалась в дверях. Противный голос, низкий рост, нескладное тело — все по канону. — Чем-то могу помочь?
— Здравствуйте, Татьяна Дмитриевна, — девушка встаёт поправляя на себе костюм. — Меня зовут Кристина Александровна, я приемная мать Алексея.
— Кристина, послушай меня...
— Извините, что вы сказали? Неужели мы переходили на «ты»? Да и я, вроде как, представилась именем и отчеством. Попрошу проявить уважение и не перебивать меня.
— Да как ты со мной разговариваешь, шаболда?!
— Так, не вижу смысла в продолжении разговора, — девушка забрала из рук подростка папку. — Здесь лежат документы о вашей, — она обвела загляделись двух представителей образования, — возможной отставке. Вам лучше самим уволиться, иначе вы вообще не сможете работать в данной сфере. Поверьте, я добьюсь этого.
— Да? Ну и как же? — со всем пафосом вступила в разговор директриса. — Кто тебе поверит?
— «Кто тебе поверит?», — донеслось с динамика телефона. — Ещё вопросы?
— Да это статья!
— Женщины, успокойтесь. Я журналистка, — в руке появляется полномочие на съемку и запись аудио, а также фото. — Я не глупа, два образования не проходят даром. И раз вы уж не хотите все решать мирно, то будет по-другому. Я пыталась. Считайте, вашей репутации уже нет. До свидания.