Серьёзно?!

Пара слов от автора

Хорошие мои, мне жутко стыдно, что продолжения к этой работе не было та-а-а-ак долго. Надеюсь, вы все ещё помните про неё и я вас не особо разочарую.

Люблю ❤

POV Дейзи

Утро было сумасшедшим.

Во-первых, мы проспали. И будила нас моя мама, заставшая нас... кхм... мягко говоря, в чем мать родила. Я впервые была рада тому, что ночью было холодно: иначе мы бы не укрылись одеялом.

Я до сих пор не знаю, как обьяснить ей то, что она видела.

В момент, когда она нас разбудила, я несвязно пыталась хоть что-то объяснить, пока Калум застенчиво хихикал, приобнимая меня за талию, скрывая руки под одеялом.

Как не странно, к слову, мама отреагировала более-менее спокойно. По крайней мере, не было никаких скандалов. И, если это была не галлюцинация, она даже мягко улыбнулась, когда уходила из спальни, напоминая, что завтрак уже ждёт нас на столе в столовой.

Во-вторых... Мали-Коа и её бесконечные намеки на то, что она в курсе произошедшего ночью. Девушка не упускала возможности что-нибудь сказать насчёт нашей, цитирую, "бурной ночки", или даже показать мимикой, пока не видели остальные. Особенное удовольствие ей приносило издевательство над братом. Она очень часто хихикала, шепчась с ним, когда же он заливался румянцем, что в принципе ему было несвойственно.

Блондинка не упускала возможности и пошептаться со мной, тонко намекая, что она безумно рада тому, что мы с её "дурным братцем" наконец-то пришли к "компромиссу".

В-третьих, не прекращались сообщения, приходящие от Ирвина, и его бесконечные звонки, которые я умело игнорировала.

Сообщения так и пестрили разными формулировками просьбы о встрече.

Майкл и Люк ехали с нами. Хеммингс радовался словно девчонка, когда я дала ему ключи от своей машины, сев сзади вместе с Калумом. Дин остался с Мали-Коа дома. Мама смогла договориться с учительницей, сославшись на семейные обстоятельства.

- Дейзи, тут такое дело... - начал Майкл, прочистив горло.

- Черт побери, даже не смей, Майк! - крикнул Люк.

- Мне звонил Эштон, - все же договорил Майкл.

Повисла тишина. Люк начал что-то бубнить в адрес Клиффорда, сыпля оскорблениями, сам же Майк приступил к оправданиям, пока Кэл осторожно сжимал мою руку в своей, шепча, что все хорошо. Я бы вспыхнула, испугавшись и начав нервничать, если бы перед выходом не выпила те спасительные таблетки, о которых Калум любезно мне напомнил.

- Он и мне звонил, но я не ответила, - наконец-то очнулась я, заговорив. - Он и сообщения присылал. Просит о встрече.

- Только не говори, что ты согласилась, Дейзи, - пробормотал Люк, качнув головой.

- Черт, Люк, я не идиотка, ладно?! - шикнула я, пнув сидение парня. - Мы с ним никто друг другу, так что я не вижу смысла в этой гребаной встрече. Хорошо?!

Весь оставшийся путь до университета мы ехали в полнейшей тишине.

***

Я чудом сдала все на "отлично", принеся все проекты и работы, что только у меня были. Особенной отметки удостоились мои наброски Калума. Мистер Джералдтон сказал, что ещё никогда мои рисунки не были настолько живыми. Они, по его словам, были пронизаны какими-то особенными чувствами.

Ещё бы...

Вот только разобраться бы в этих чувствах...

- Ты молодчинка, Дейзи! - протараторил Майкл, чмокнув меня в макушку.

- Да, спасибо, - пролепетала я, хихикая. - Особенно ему приглянулись...

Я замолчала, тут же остановившись, когда увидела, как чёртов Дэйв Монро и его дружки окружили моего Калума.

Я начала медленно двигаться, ничего и никого не слыша и не видя, когда этот ублюдок выбил из рук Худа костыли и тот упал, болезненно прошипев. Когда Монро пнул Калума, я испуганно вскрикнула, чуть не рухнув от переполняющего страха. Меня начало трясти, и уже, кажется, никакие таблетки мне не помогут.

Я побежала к ним, бросив на пол все свои вещи.

- Гребаный ублюдок! - крикнула я, ударив Монро кулаком по лицу. - Слушай, с каких это пор ты возомнил себя бессмертным, Монро?! - бросила я, толкнув его в грудь. Майкл уже успел меня нагнать и в толпе, собравшейся вокруг нас, я, кажется, видела блондинистую челку Люка.

- Ты, сука, ударила меня? - шикнул он, сплюнув на пол кровь. Ладно, может, я переборщила. Хотя... Нет. Ни капли.

- Пошёл к черту, - буркнула я, опустившись на колени возле Калума. - Эй, Кэл, пожалуйста, скажи, что ты в порядке, - прошептала я, помогая ему приподняться.

Он поджал губы, кивнув.

- Давай-ка, я помогу, - пропыхтел Люк, помогая мне поднять Кэла.

- Ты ещё ответишь за это, Спрингс, - бросил Дэйв, беспрестанно водя рукой по лицу в районе челюсти.

Ладно, возможно, следовало дать ему пощёчину, а не демонстрировать хук правой.

Да плевать.

Кэл опирался на меня, идя в сторону туалета.

- Ты куда? - шикнул он, когда я поплелась за ним в туалет.

- Прости, - пробормотала я, кивнув.

Люк подхватил Калума, идя с ним в уборную. Я уверена, что Монро его бил. Уверена. Но ведь этот говнюк не скажет.

- Что ты будешь делать? - осторожно спросил Майкл.

- Не знаю, - выдохнула я, покачав головой. - Нужно отвезти его к врачу. Мне не нравится, как он прихрамывал. Вчера он опирался одинаково на обе ноги, а после "встречи" с Монро - прихрамывает на левую больше и постоянно шипит. Я боюсь за него, Майк.

Клиффорд молча закивал, понимая.

Люк вышел без Калума, качая головой.

- К черту, - буркнула я, забежав в туалет.

Кэл сидел на полу, тяжело дыша.

- Пожалуйста, Кэл-Пэл, - пролетала я, не имея сил унять дрожь в голосе.

- Все нормально, Дейзи, мне... Мне просто нужно отдохнуть... - отключаясь.

- Кэл? Кэл! - крикнула я, тряся парня, который уже провалился в небытие, потеряв сознание.

Вытащив из кармана телефон, я начала судорожно искать номер врача Калума.

***

Я сидела в своей комнате, подпирая спиной дверь. Никакие таблетки, черт побери, мне не нужны. Они не помогают! НЕ-ПО-МО-ГА-ЮТ!

Разговоры и бесконечная суета возле спальни Калума заставляли меня буквально сходить с ума. Меня всю трясло, а временами - выворачивало, и все, что только было мной съедено, оказывалось в канализации, а когда и того не осталось, выходила просто горькая желчь, от которой становилось лишь хуже.

Я слышала обрывки разговора врача и моей мамы. Кэл оклемается. Ему просто нужно отдохнуть и провести недельки две дома.

Две недели.

Две гребаные недели я буду ездить в университет без него. Две недели я буду сидеть на парах, постоянно думая о том, как он, и желать поскорее увидеть его. Две недели я буду пересекаться с Монро и внутри сгорать от осознания своей беспомощности: я ничего не могу сделать против него, абсолютно ничего. Две недели...

За две недели я просто сойду с ума.

Я сильнее натянула рукава толстовки Калума на руки, опустив голову, одетую в капюшон, на колени, продолжая беззвучно плакать. В горле уже пересохло, а глаза дико жгло, но я не могла справится с тем, что происходило со мной.

Однажды я уже это пережила. Но тогда рядом со мной был Эш. А сейчас... Сейчас я не хочу его видеть, а человек, который нужен мне, мое лекарство, лежит в соседней комнате, напичканный обезболивающим настолько, что просто спит.

Мне нужно подышать. Пройтись по улице и подышать.

С трудом поднявшись, я вышла из комнаты. Оглядевшись по сторонам и никого не встретив на пути, я спустилась на первый этаж. Проскользнув на кухню, я вышла на задний двор, вскрикнув, когда кто-то схватил меня, зажав рот рукой. Я начала дёргаться, но успокоилась, когда ощутила знакомый терпкий запах.

Его я ни с кем не перепутаю.

- Какого черта?! - шикнула я, оттолкнув Ирвина, когда он отпустил меня. - В шпионов решил поиграть?!

- По-другому мы бы с тобой и не встретились, значит и не поговорили бы, - протараторил он, проведя рукой по волосам.

- А я и сейчас не горю желанием с тобой разговаривать! - бросила я. - Твоя женушка знает, что ты здесь?

- Мы разводимся, - спокойно проговорил он, убрав руки в карманы.

- Что? - переспросила я.

Я точно схожу с ума...

- Мы разводимся, - повторил он, пожав плечами. - Я ей надоел, - добавил он, ухмыльнувшись и уставившись на свои ноги.

- Плевать, - выдохнула я, покачав головой и хлюпнув носом.

- Дейзи? Дейзи, почему ты... Господи, - промямлил он, крепко обняв меня, когда я разрыдалась.

- Кэл... Ему только разрешили посещать университет... Монро и его... его гребаные дружки... Они... Господи, Эш, ему снова придётся соблюдать постельный режим... Я так боюсь за него... так боюсь...

- Хочешь... Хочешь, я...

- Тебе лучше уйти, - бросила я, отойдя от кудрявого. - Эш, ты сделал мне очень больно и...

- Я был вынужден, - перебил Ирвин, прикрыв глаза. - Дочь моего начальника... Она шантажировала меня. Она написала какую-то скандальную статью, если бы её опубликовали, то автор оказался бы за решеткой. Мой начальник самодур сказал, что, если я не женюсь на его дочери, черт побери, статью опубликуют под твоим авторством. Дейзи, я не мог рисковать.

Я точно брежу...

- Что за чушь ты несёшь? - прошептала я, начав пятиться назад. - Какая статья? Я гребаный художник в этом издании... Художник... Я... Я не могу... Не могу писать статьи... Это сумасшествие... Ты... Ты просто снова пытаешься меня обмануть, снова хочешь сделать мне больно... Никакой статьи... Я просто художник... Художник... Это все враньё... - бормотала я, словно умалишенная, давясь комом горечи, что застрял в горле.

- Это правда, утёнок, я...

- Не называй меня так! - прокричала я, срывая голос. - Уходи... Эштон, прошу тебя, уходи! - прохрипела я, обнимая саму себя и пятясь, пока не уперлась спиной в стену. - Уходи, уходи, Эш...

Я съехала на землю, давясь слезами и все сильнее сжимая в руках ткань толстовки. Боль в горле вызывала пульсацию в висках, от чего становилось все хуже и хуже.

Это тяжело. Все это так тяжело. Чересчур тяжело для меня.

Когда я открыла глаза, Эштона уже не было передо мной.

И я впервые была благодарна Ирвину за его отсутствие.

Когда я немного пришла в себя и направилась в дом, на пороге пришлось пересечься с врачом. Он заверил меня, что с Калумом все в полном порядке, и попросил меня не запускать своё здоровье, заботясь о Кэл-Пэле. Это было трудно обещать. Но пришлось.

Мали-Коа и Дина отправили к бабушке, хоть оба и упрямились, но родители смогли все-таки настоять.

Люк и Майкл звонили раз сто, интересуясь самочувствием Худа. И моим. Чем жутко раздражали меня. Я понимаю, что они беспокоятся за меня, но... Это сложно принять, когда ты буквально сходишь с ума, а гребаные лекарства практически не помогают. Они просто делают из тебя овоща.

Я боялась двух вещей.

Во-первых, я жутко боялась, что Калуму неожиданно станет хуже, или врач ошибся, не дай Бог.

Во-вторых, я до жути боялась идти к нему. Я понимала, что это нужно нас обоим, но не могла. Не могла прийти к нему. Меня всю трясло, когда я просто проходила мимо его комнаты, что уж говорить о том, чтобы зайти к нему.

Мама постоянно заглядывала ко мне, спрашивая о том, как я себя чувствую, и уходила, довольствуясь сухим "нормально". Но ни черта не было нормально. Я было готова выть и ползать по стенам от того, что происходило у меня внутри. Я кричала, зная, что мама все равно услышит, что это сделает ей больно, но я ничего не могла с собой поделать.

Почему небо снова должно обрушиться на меня именно в тот момент, когда все наладилось? Почему Монро пристал к Кэлу? Он ведь большее к капитан команды, да он вообще, черт побери, больше никогда не сможет профессионально играть в футбол. Зачем?.. А зачем Ирвин, гребаный Эштон Ирвин, вновь появился в моей жизни, стараясь объясниться и говоря о какой-то дурацкой статье, которая, по его словам, могла мне навредить. Неужели он, черт возьми, думает, что я поверю в эту чушь? Неужели он думает, что я снова поверю ему? Нет. Мой лимит доверия к этому человеку исчерпан. Исчерпан раз и навсегда. Я не хочу, чтобы он снова появлялся в моей жизни.

Я устала. Я устала от всего и от ничего одновременно. Я понимаю, что просто снова занимаюсь самобичеванием, но ничего не могу с собой поделать. Я не могу справиться с собой даже с помощью этих пилюлек. Не могу.

Может, мне просто нравится вечно грызть саму себя, заниматься этим дурацким самобичеванием, накручивать себя и окружающих? Может, я гребаная мазохистка?

***

Переодевшись в пижаму, я лениво добрела до кровати, рухнув на неё. Продержавшись минут двадцать в тишине, я разрыдалась, зажимая зубами одеяло, чтобы заглушить свои крики. Мне было плохо. Мне было невыносимо плохо. И в большей мере мне было плохо из-за собственной беспомощности и нерешительности. Я чертова трусиха, каких ещё свет не видывал.

Когда тело пронзила слабость, вызванная моими бесконечными рыданиями и разрешением внутри, я немного успокоилась, не имея сил плакать. Я уже не могла плакать. От этой бесконечной истерики рябило в глазах и шумело в ушах, пока в голове словно отбойные молотки работали наперебой.

Чуть ли не рухнув на пол, я сумела встать с кровати, неуверенными шагами идя к двери. Выйдя из комнаты, поплелась к спальне Худа.

Оперевшись на дверь его комнаты, я словно оказалась парализована. Рука замерла на ручке. Её нужно было лишь легонько повернуть. Слабенько так, едва-едва.

- Давай же! - шикнула я, собравшись и все-таки открыв дверь.

В комнате было темно, хоть полная луна и светила через легкие, буквально воздушные, шторы. Тихо закрыв за собой тяжёлую дверь, которая показалась мне до жути громоздкой, я осторожно поплелась к кровати Калума.

Я легла рядом с ним, сжавшись в клубочек и осторожно обняв его за талию.

- Прости, что меня не было рядом, Кэл-Пэл, - пролепетала я, прижавшись к нему ещё ближе.

- Мне достаточно того, что ты рядом сейчас, - прошептал он, приобняв меня.

- Я тебя разбудила? Прости, - пролепетала я, вновь чувствуя резь в глазах.

- Эй, эй, эй, - начал бормотать он, приустав и перетянув меня на себя. - Я уже давно не сплю. Проснулся, когда ещё врач здесь был. Кстати, я ждал тебя, а ты все...

Я жадно втянула воздух, после прижавшись к губам Калума своими, обнимая его за шею.

- Тихо, детка, тихо, - протараторил он, оставляя короткие небрежные поцелуи на моем лице. - Все хорошо, я в порядке. И ты, солнце, должна быть в порядке. Хорошо? Дейзи?

Я молча закивала, обхватив его ногами и руками, словно обезьянка. Дикая обезьянка, как он сказал вчера.

- Дейзи, пожалуйста, - прошептал он, успокаивающе гладя меня по спине и целуя в макушку. - Я боюсь за тебя больше, чем за себя самого. Больше, чем за кого-либо. И, пожалуйста, старайся избегать Монро, не нарывайся, не лезь на рожон. Хорошо?

- Да, хорошо, - пролепетала я, немного приподнявшись и уткнувшись лицом ему в изгиб шеи.

Мы пролежали в тишине не меньше получаса. Но впервые за этот день тишина не давила, не заставляла меня чувствовать дискомфорт, чего-то бояться. Он был рядом, и с ним все было в полном порядке. Относительно, конечно.

- Дейзи, ты спишь?

- Нет, - выдохнула я, поцеловав его в подбородок. - Ты хочешь спать?

- Как не странно, нет, - ответил он. - Эштон больше не звонил?

- Нет, но... Я виделась с ним, - пробубнила я, зажмурившись.

Калум промолчал, тяжело вздохнув.

- Он сказал, что разводится с женой. Нёс какую-то чушь, мол, его шантажировали, поэтому ему пришлось жениться на той фифе.

- А ты что? - едва сдерживаясь, прохрипел Кэл.

- Попросила уйти, - честно призналась я, опустив информацию о том, что я разрыдалась практически на его груди. Это лишнее, и уже ни черта не значит. Сам он для меня уже ни черта не значит.

- И он ушёл?

- Кэл, я не в том состоянии была, чтобы он пытался настоять на своём, - бросила я. - Пожалуйста, не думай о нем. Я не хочу, чтобы он вновь мелькал в моей жизни. Не хочу... Он сделал мне слишком больно.

- Я тоже делал тебе больно. Гораздо больнее, чем он. И что мы имеем?

Он издевается? Издевается, черт побери?!

- Ты не Эштон, и он не ты, - промямлила я, хлюпнув носом. - Мне не нужен он, понимаешь? Пожалуйста, давай больше не будем поднимать эту тему. Мне тяжело об этом говорить. И я очень... Очень не хочу ссорится с тобой, но ты словно нарываешься, говоря об...

Кэл притянул меня ближе, горячо поцеловав. Я промычала от неожиданности, крепко сжав его руку в своей, переплетая пальцы.

- Прости, что задеваю тебя за живое, но... - он прервался, тяжело вздохнув и покачав головой. - Мы оба прошли через столько дерьма, что я просто боюсь тебя вновь потерять. Боюсь, что ты снова отстранишься от меня, Дейзи Спрингс, - прошептал он, уперевшись своим лбом в мой.

Я закивала, закусив щеку и опустив голову на грудь брюнета. Он как всегда безумно тёплый и такой притягательный.

- Может, мне завтра остаться с тобой? - тихо спросила я, водя рукой по его груди.

- Ты учиться вообще не собираешься? - смеясь, спросил он, чмокнув меня в макушку. - Дейзи, я был бы рад, если бы ты осталась, но я знаю, насколько важна для тебя учеба. И я помню про твой грант. Так что...

- Хорошо, мистер Зануда, - буркнула я, цокнув языком.

- Это я-то зануда? - переспросил он, хохотнув. - Это ты, Дейзи Спрингс, мисс Математика, жуткая зануда. Так что...

- Ой, заикнись, Кэл-Пэл, - пробурчала я, легонько шлёпнув его по руке.

Он лишь рассмеялся, крепче обняв меня и прижавшись горячими губами моему лбу.

- Ты выпила таблетки, Дейзи?

- Да, - честно призналась я, - но ты лучше любых лекарств. Ты мое главное лекарство, - пролепетала я, прижавшись губами к его щеке.

Он снова порадовал меня своим по-мальчишески задорным смехом, неожиданно подмяв мое тело под себя.

- Я думала, что тебе нужно отдыхать, а не проказничать, Кэл, - пробормотала я, осторожно приобняв его за шею.

- Ну... Если твоя мама снова не зайдёт в самый неудобный момент, то все будет в порядке, - ответил он, водя губами по моей шее.

- Не порть момент, Худ, - шикнула я, хихикнув.

- Ох, ты так забавно оправдывалась перед ней сегодня утром, - продолжил он, хихикая.

Я видела, как тяжело ему было, как напрягалась каждая частичка его тела, подрагивая от нагрузок, которые он намеренно принимал и терпел.

- Я сейчас уйду, - буркнула я, укусив его в плечо.

- Да что ты? - протянул он, опустившись на меня и вжав в кровать.

Маленький ублюдок.

Я подтолкнула Худа, устроившись на боку и не расцепив наших объятий. Не хочу отстраняться от него и на миллиметр.

- Моему преподавателю очень понравились наброски, что я рисовала с тебя, - прошептала я, путаясь пальцами в его взъерошенных кудрях.

Он улыбнулся, опустив взгляд. Оу, кто-то снова стесняется...

- Дейзи, я...

- Я люблю тебя, - пробормотали мы, испуганно взглянув друг на друга.

У меня правда это сорвалось с языка?..

Калум судорожно вздохнул, прикрыв глаза.

- Д-дейзи, ты... Ты сейчас это серьёзно сказала? Серьёзно? - осторожно спросил он, заикаясь.

- Д-да, Кэл, - прошептала я, улыбнувшись.

Меня переполнили эмоции, а дыхание словно стало невозможной роскошью, когда по лицу Худа побежали слезы.

- Кэл, эй, ну ты чего, - прошептала я, слабо улыбнувшись и вытерев дрожащей рукой с его лица слезы.

Он неожиданно резко прижал мою голову к своей груди, что-то бормоча.

- Солнышко, все хорошо, - пролепетала я, отстранившись и поцеловав этого ранимого мальчика, каковым он был далеко не всегда.

Он немного приподнял меня, начав судорожно целовать мое лицо, шепча, что он безумно рад.

- Ты и представить себе не можешь, насколько счастливым ты меня делаешь, Дейзи, - пробормотал он, прижав меня к себе.

Сбившееся дыхание Калума говорило о том, что его переполняли эмоции, что я могла сказать и о себе.

Но я пока не могла с точностью сказать, была ли я рада тому, что ещё некоторая сторона наших отношений стала более понятной. Сами они стали более понятны, но я все равно путалась.

Я вновь начинала бояться, что за этим "белым пятном" последует жирная "чёрная полоса", которая, кажется, скоро затмит всю картину моей жизни.