Исключение

Джей Джей обезбашенный. Готовый на всё, даже на риски. Он верный друг. На него можно всегда положиться. Он следом пойдёт, увязнет в болоте, из рук смерти отберёт, лишь бы спасти своих друзей — иногда я ненавидела его за это. За то, что было плевать на себя. За то, что просто был часто таким невыносимым. И часто он нарушал законы. Ради нас. Ради друзей. И я не понимала его, но...

Задумывалась, когда мы все вместе сидели около костра. В такие моменты я задумчиво смотрела на него: весёлый, озорной — вот каким был Джей Джей в моих глазах. И как на него можно было долго обижаться? Несмотря на безумные поступки. Несмотря ни на что! Джей Джей умел вселять уверенность, стирать плохое настроение. И... я осознавала, что золотом для него были мы. Да, мы: Джон Би, Сара, Поуп, Клео, Киара... я. Он смотрел на нас, как на свой бесценный клад и как на семью. Замечал ли это кто-то? Я точно замечала, замечала, как он, переставая смеяться, окидывал всех тёплым взглядом, будто пытался запомнить нас именно такими: счастливыми.

А счастливыми мы были редко, утопая в горе, грусти и личных проблемах. Мы были отчаянными. Золото — стало единственным смыслом нашей жалкой жизни, но мы забывали, что драгоценным золотом были мы.

Мы — всё что было у друг друга.

И часто нас встречала неудача, часто мы спорили друг с другом, бросая весь труд, что начинали с нуля, но всегда возвращались, всегда были вместе. Джей Джей, что уж таить, реагировал остро на неудачи, часто психовал, но затем приходил с дикой идеей, вселяя в нас уверенность.

Иногда его идеи были смешны, но часто ненормальны, и несмотря на наш запрет — Джей Джей творил хаос. Ссорился с нами, говорил, что теперь мы будем искать золото без него — уходил в закат, но судьба всегда возвращала его. Да, нашкодивший пёс виновато опускал взгляд на свои пыльные ботинки, будто извиняясь, но всё равно был при своём мнении. Джей Джей — тот ещё хулиган. Несносный, непослушный, но... я любила его за то, каким он был. В нём была доброта, что шалила в крови. В глазах — борьба за справедливость. И было очень обидно, за нас обидно. Но если другие молча печалились, то Джей Джей нет — он швырял свою кепку, нервно пытаясь что-то придумать. Его претило от проигрыша, претило быть неудачником, но, если с нами что-то происходило, то Джей Джей решался быть лузером вместо нас.

Сердце билось, как неугомонное существо, когда он защищал Поупа, сказав, что он испортил дорогую яхту. Коп уводил его, нацепив наручники, а Джей Джей улыбался, словно не его увозили в полицейский участок. Помню тогда благодарный взгляд Поупа и удивлённый взгляд Сары. Мы все были в стрессе. Поступок Джей Джея был глупым, но... как-же он ценил дружбу! Ценил своего друга Поупа!

Я помню свой страх, когда Джей Джей свалился с моста. Та ночь, как кошмар — мы убегали от копов. Мне казалось, что я умру следом, когда среди обломков мотоцикла его не оказалось. Этот идиот решил над нами поиздеваться. Невинно улыбаясь, вышел из тени, глядя на наши мрачные лица. Сара первая пришла в себя. Ринулась, обняла, а я стояла в стороне, не в силах шевельнуться, только скрыла слёзы, строго наблюдая за его беззаботным лицом. Мы думали, что потеряли его...

Джей Джей очень дорожил дружбой. Реально был готов умереть за нас, сесть в тюрьму, совершить преступление. Разве он не сильный человек? Сильный. Чересчур.

И хоть он недолюбливал меня, акулу, но защищал. Защищал даже тогда, когда я могла постоять за себя.

Наверняка, мы не заслуживали такого друга, как Джей Джей. Он был нашим кладом, нашим главным золотом, несмотря на побитую жизнь. Он был центром.

Обезбашенный мужчина, хороший товарищ, верный друг и... любовник?

Он симпатизировал мне. Светлые волосы, похожие на песок. Голубые глаза — не спокойное море. И если Джей Джей был бы природой, то только диким лесом. Он умел наводить шума, умел вызывать во мне грустные мысли. Я прекрасно понимала его, но скрывала всё под маской, только слабо улыбалась, когда его взгляд замирал на мне, но Джей Джей спокойно отводил взгляд, словно обжёгся — и я прекрасно знала почему.

Он — живец. Я — акула.

Разные.

Джей Джей рос в плохих условиях, получал от своего бухого отца, поэтому постоянно скитался по улицам, ища приключения. Он не хотел домой. Знал, что если вернётся — изобьют до смерти. И когда такое случалось на наших глазах, я сдерживала слёзы. Он — как провинивший щенок следовал за своим отцом. Он знал... знал, что когда сядет в машину, захлопнет дверь — получит удар в лицо, знал. И, скорее, он больше ненавидел не отца, а себя: жалкого, а жалким он не любил быть. Особенно при нас.

Особенно при мне.

Пачкая стекло кровью, Джей Джей скрывал лицо, желая забыть такие моменты.

Желал забыть мой взгляд.

И мне бы хотелось его защитить, как делает он, хотелось бы сказать, что мы все рядом, но сделав шаг вперёд — Поуп хватал меня, не позволяя сделать неразумный шаг. Наверно, я заразилась, ведь мыслила, как Джей Джей. Прекрасно понимала его огорчение, злость. Его выводила из себя несправедливость, его это жутко раздражало, он будто был готов бросить всё, но его стремление... Это же был Джей Джей, иначе и быть не может. Он верил, что мы добьёмся всего. Верил, что получим золото, но проблемы постоянно преследовали нас.

И главная проблема была в том, что он отрицал близость между нами.

«Акула» — как вечная метка на мне. Джей Джей произносил это так ненавистно, что моё сердце сжималось. Его можно было понять: постоянные сцепки с акулами, их придирки — Джей Джей ненавидел акул, а значит, ненавидел и меня.

— «А Джон Би и Сара? Они ведь тоже...» — эти отчаянные слова, что вырвались от меня однажды, развеялись на ветру.

— «Мы не подходим друг к другу. Я не Джон Би. Посмотри на меня и на себя, Лана» — резко, грубо, без сожаления. Джей Джей тогда только поджал губы, поправляя свою грёбанную кепку, взглянул на меня цепким непонятным взглядом, и ушёл, оставляя меня с собственными мыслями.

Его поступки отличались от слов. Будто не он выступал вперёд, отодвигая меня назад, за свою спину, будто не он делился своей последней пищей, когда я осталась без денег. И когда мы гонялись за золотом, Джей Джей всегда был против того, чтобы я сделала отчаянный шаг.

Эгоистом было сложно назвать его, но он был эгоистом рядом со мной. Отрицал что-то «странное» между нами, пытался игнорировать меня, не смотреть — прекрасный план. Я делала тоже самое в ответ, но... я же понимала Джей Джея. Знала, что он боится любви, как огня. Он видел во мне акулу, понимал, что не справится с моими завышенными потребностями, но он ошибался. Глубоко ошибался во мне.

Я не ощущала себя акулой, не купалась в золоте, родители ненавидели меня настолько, что готовы были бросить на произвол судьбы. Я знала, что такое боль, знала, что такое обида на родителей, что комом застывало в горле, но Джей Джей считал иначе или... просто хотел думать так.

Он— известный всем, как человек, что не боится смерти, боялся любви.

Казалось, что наши жизни всегда на дне, ведь почему у других получалось ладить? Сара, которая была акулой — без сожаления связала свою жизнь с живцом.

И хоть Джон Би мог сказать что-то сгоряча. И хоть Сара стыдилась таких отношений вначале — они вместе. Казалось, у них было всё легко. Такие-же разные, но вместе.

Брызги полетели в мою сторону. Я вздрогнула, резко подняв голову. Джон Би широко улыбнулся, вылезая из пенистой воды.

Река внешних отмелей сегодня буянила, но небо не намекало на плохую погоду. Я сидела на песке, не желая перемещаться в воду.

Говорят, что внешние отмели — рай на земле. Так ли это? Даже тут люди разделены на разные уровни: живцы и акулы.

Живцы — пустое место для всех, они делают всё, что хотят, и когда хотят. И хоть я родилась акулой, но всегда ощущала себя живцом. И единственное чего я сильно желала, это иметь искреннюю дружбу, веселится, как они, но даже не заметила, как обрела нечто большее.

Живцы были для меня второй семьёй.

Джон Би — кудрявая голова, добрый, самый забавный, любящий отдыхать, веселится, но в его жизни было не всё легко: потеря отца, конфликты с акулами. Он был добр ко мне, скорее, даже доверчивым. И я любила в нём эту черту. Он первый впустил меня на свою территорию, подарил крышу над головой и познакомил с остальными...

Поуп — самый разумный и умный в нашей компании. Он многое потерял из-за нас, из-за золота, ему приходилось не просто. Часто ссорился с родителями, но... они же семья. И я завидовала, наверно, в нашей компании все по-доброму завидовали таким взаимоотношениям. Маленький ребёнок в нашей душе выл от боли, когда он грубо обходился с ними! И Поуп понимал, что творил глупость, как Джей Джей, но всё-же родители Поупа обиды долго не держали. И мы все были искренне рады, что у какого-то из нас есть понимающая семья. Поуп казался мне вначале не очень уверенным мужчиной, наверно, боялся выйти из своей скорлупы. И я честно не понимала, как они подружились с Джей Джеем. Они ведь противоположности!

— Не будешь купаться? Вода тёплая, — Джон Би тряхнул шевелюрой, вызывая возмущение. — Извини, специально.

Я цокнула на его слова, но не злилась. Взяла в руки мокрый песок, замахнулась:

— Извини, специально.

Джон Би хохотнул, оценив ответ.

— Квиты.

Он умел отвлекать. И я была благодарна ему. Подошедшая Сара кинула ему в руки банку пива, игриво улыбаясь и приземлилась рядом со мной. Её светлые волосы красиво развивались на ветру, будто она была не из этого мира. И живцом назвать её язык не поворачивался. Она казалось мне избалованной. Я совсем не понимала, как Джон Би смог полюбить её, а потом... потом поняла. Сара была другой. Умеющая творить добро, переживать за других. Они были идеальной парой.

— Где Джей Джей? — придурок Джон, словно издевался надо мной.

— Не знаю. Я не отчитываюсь, где твой друг торчит, — бесстрастно ответила я.

— А тебе он не друг? — зря это он сказал...

— Иди погуляй, Джон, я скоро присоединюсь, — Сара решила сменить тему, желая поговорить со мной наедине.

— Между нами есть секреты, дорогая жена? — блондинка взяла в ладонь песок, с угрозой взглянув на Джона Би. — Хорошо, ухожу, — сдался.

Я слабо улыбнулась их взаимодействию. Джон Би, отхлебнув из банки пива, зашёл в воду по колено, удовлетворённо крикнув от райского места. Поуп и Клео, что сидели на яхте, медленно раздевались, желая составить Джону свою компанию.

Чаек на небе, что странно, не было. Ветер разносил морскую пыль, а солнце, то пряталось за облаком, то показывало свои лучи.

— Не таи, — Сара легонько толкнула меня в плечо. — Я же вижу, что между вами что-то творится, Лана.

Грустно выпятив губы, я обняла свои колени. Песок прилип к ногам, создавая ощущение холода.

— Джей Джей идиот, — кратко, но ясно.

Сара помотала головой, издав смешок. Молчание продлилось недолго. Ребята тихо смеясь в реке, пытались друг друга утопить — выглядело это смешно со стороны.

— Мы все заметили, — произнесла Сара, не отрывая взгляда от друзей. — Джей Джей часто психует. Не сложно догадаться. Смотрите друг на друга так, будто сейчас поубиваете.

Я мрачно хмыкнула, убирая влажные молочно-шоколадные волосы за спину. Белый топ на мне промок. Джинсовые шорты тоже. Могу заболеть, но меня мало волнует моё здоровье сейчас. Так и хочется сидеть на влажном песке и смотреть, как тьма накроет внешние отмели.

— Зная характер Джей Джея... он будет мучить самого себя, — выдала Сара. — Ему сейчас не легко больше всех.

Поуп, который решил выйти из воды, накинул на свои плечи полотенце, задумчиво глядя на песок под ногами. Было видно, что что-то не даёт ему покоя.

— Поуп, ты куда? — Сара удивлённо обернулась к шагающему мужчине.

— За Джей Джеем. Этот идиот не отвечает на звонки, — его слова заставили меня взволнованно взглянуть в его глаза.

И Поуп посмотрел на меня. Мы понимали друг друга. И если другие не понимали Джей Джея, то Поуп понимал, хоть и не выносил его поведение.

— Я с тобой, — вырвалось у меня.

Сара кивнула нам вслед, продолжая сидеть на песке и взволнованно смотреть на наши спины.

Мы шли молча. Дом Джей Джея был не далеко.

— Он нравится тебе, — неожиданно произнёс мой друг. — Нравится, так ведь?

Я опустила голову, спрятав своё лицо волосами, что упали вперёд. Говорить ложь было поздно. Всё и так ясно.

— Джей Джей... — Поуп запнулся, обдумывая свои слова, но я с интересом взглянула на него. — Джей Джей сложный человек, с не простой судьбой. Ты и сама это знаешь. И он думает, что не заслужил быть счастливым. Какой-же он сложный человек, да? И дружить с ним поначалу было сложно. Он редко говорит о себе. И когда нуждается в помощи, решает справится сам, без нас.

Я слабо кивнула. Я обожала эту откровенность от Поупа. Он любил анализировать нас, выявлять наши сильные стороны, давать совет. И хоть Джей Джей был не идеальным, Поуп любил своего друга.

— Его поведение отличается от слов.

— Есть такое, — хмыкнул Поуп. — Но... я видел, как он смотрит на тебя. Так на друга не смотрят, Лана. Его проницательные голубые глаза, словно приобретают лучи солнца, я серьёзно! — я тихо усмехнулась, на что Поуп широко улыбнулся, пытаясь меня убедить. — И вообще, он иногда открывает свою душу мне, редко, но хоть что-то.

— Ну, — я задрала голову. — Что-же он тебе говорит?

— Ну-у-у, например, — Поуп загадочно взглянул на небо. — Когда ты напилась, он сказал, что тебе вообще не идёт пить, но назвал тебя забавной.

— Серьёзно? Не идёт пить? — будь Джей Джей тут, я бы его задушила. — Вот гад!

—Я не знаю... помнишь ли ты, но тот день был просто нечто! Ты тогда так напилась, что впервые станцевала на яхте! Все были удивлены, ведь ты обычно всегда такая грустная, но в тот день ты громко смеялась, тобой любовались все... и особенно Джей Джей. Жаль, ты не увидела его взгляда в тот момент...

Я помню. Я помню, как открылась перед ними. Тот день был действительно таким ярким. Мы прощались с солнцем, наблюдая, как небо окрашивается в розово-оранжевый цвет. А ещё я помню, как Джей Джей решил поддержать меня, кивая головой под летние песни. И горячий ветер тогда трепал наши волосы, пропитанные морской солью. Мы верили, что лето не покинет нас. Вечно молодые, не сломленные, чутка пьяные  — мы были счастливыми, как никогда. Звуки волн дарили успокоение. Все отдались мелодии. Джон Би делал кувырок, окунаясь в воду. Сара радостно кричала небу, а я качала плечами под такт музыки, выпячивая грудную клетку вперёд, на что Джей Джей шутливо наклонялся, будто сейчас прижмётся ко мне, но я отталкивала его, смеясь над его действиями.

И в тот момент мы реально были счастливыми, хоть и пьяны.

— Помню, но... какого чёрта? Мне не идёт пить? Он это серьёзно?!

Я бы продолжила возмущаться, если бы мой взгляд не замер на территории дома Джей Джея. Его любимый мотоцикл валялся на трассе с проколотыми шинами. Несколько поломанных деревянных досок лежали на траве. Разбитые окна сияли под лучами угасающего солнца.

Поуп тяжело вздохнул, а я грустно посмотрела на дом.

Мы оба знали, что тут произошло.

Конфликты изматывали, особенно конфликты с родителями. И сколько бы ты ни плакал, сколько бы ни пытался оправдаться — это не поможет. Я ощущала эту горечь во рту.

И мне было больно сейчас.

— Иди, — неожиданно произнёс Поуп, легонько толкая меня вперёд, к дому. — Он нуждается в тебе.

— Шутишь?

Поуп покачал головой. Он был на полном серьёзе.

— Он только и ждёт, когда от него отвернутся. Ты ведь это знаешь... Докажи ему, что он не один, у него есть мы, Лана.

Да, я знала, но предпочитала делать то, что желает Джей Джей. Так ведь легче — врать себе.

Я знаю, что в глубине души, он ждёт, когда кто-то пойдёт против его слов, сделает шаг вперёд и обнимет, но я закрывала на это глаза, ведь его слова наносили мне порезы.

Было легче держать обиду, чем обнять.

Я горько улыбнулась Поупу.

— Он только разозлится...

Мой друг молчал, долго смотрел в мои глаза, а мне было не по себе, я боялась войти в дом, наверно, Поуп понимал меня, мой страх, мои сомнения.

Я боялась увидеть разбитого Джей Джея — страх номер один.

— Раз он показывает свои эмоции — это значит, что ты ему не безразлична. Что ж поделать... наш Джей Джей такой, — взмахнул шатен руками. — И ты это знаешь. Лучше знаешь его чувства, Лана. Иди.

И я пошла. Пошла, окунаясь в мрак. Свет не горел. Было ощущение, будто я вошла в ад. На полу валялись просроченные консервы, разбитая посуда. Здесь было пыльно и не убрано, словно я забрела в заброшенный дом. Я скривила лицо от запаха. Мне было плохо от осознания, что тут жил маленький ребёнок, который надеялся на прекрасную жизнь, но Джей Джей вырос, а жить так и продолжил тут.

Звук воды шёл из ванной комнаты. Дверь была приоткрыта. Тусклые лучи солнца выглядывали, освещая мрачную комнату. Я аккуратно приблизилась, замечая Джей Джея около раковины. Он нагнулся, хлестая своё кровавое лицо холодной водой — на это было больно смотреть.

Мне всегда было больно смотреть на его побитую мордашку. Джей Джей умел делать вид, что с ним ничего не происходило, но царапины и синяки давали понять, что всё с ним херово. Он никогда не позволял кому-то дотронуться до себя. Джей Джею было плевать на свой внешний вид. Это не удивительно, когда все мысли гробят твою жизнь, совсем не до внешности. Он не заботился о себе, о своём здоровье.

Лечился он, в общем, хреново.

— Джей Джей... — мой голос вышел жалобным.

Блондин резко ударил по рычагу. Вода перестала течь. Наступила тишина. Джей Джей поднял голову, взглянув на меня в упор. Его проницательный взгляд испепелял меня, но делать шаг назад было поздно.

— Зачем ты пришла? — игнорируя своё состояние, Джей Джей поставил ладони на край раковины, взглянув на своё отражение.

Я заметила, как его губы скривились.

Он точно был не рад видеть меня. Не рад был видеть себя таким жалким в моих глазах.

Я зашла в комнату и сократила дистанцию, на что Джей Джей напрягся.

— Ты ещё спрашиваешь, Джей Джей? Это снова отец тебя...

— Только давай без соплей, хорошо? Всё в порядке, — его грубый тон я не переносила. — В порядке я!

— Я пришла сюда не для того, чтобы ты грубил мне и оправдывался. Я устала слышать это твоё «я в порядке», прекрати!

Джей Джей перевёл на меня свой раздражённый взгляд. Я знала, что вывожу его из себя, но иначе просто не могла, я устала от наших ссор и дистанции. Устала видеть, как он пытается справиться со своими проблемами один. Царапины на его лице сияли краснотой. Под глазом уже образовывался синяк.

— Устала? Тогда иди нахрен из моего дома, — процедил, продолжая стоять на месте.

И если честно, я бы ушла, но во мне было много желчи, много несказанных слов.

Уходить я уже не собиралась.

— Прекращай, — я покачала головой, собираясь с мыслями.

— А то что? — он неожиданно сделал рывок в мою сторону, но сохранил жалкую дистанцию между нами. — А то что, Лана? Что ты сделаешь? Разве мы уже не поговорили? Посмотри на меня! Видишь в каком я состоянии? Ты — акула, Лана! Хочешь услышать правду? — он с вызовом окинул меня. — Твои родители возненавидят тебя ещё сильнее, когда узнают, что ты связала свою жизнь с жалким живцом, у которого нихрена нет! Тебя это удовлетворит?

И снова.

Снова Джей Джей продолжает возносить между нами высокие горы.

— Мне плевать, Джей Джей... — слёзы злости выходят наружу. — Я никогда не считала себя акулой! Почему ты ищешь повод, чтобы не любить меня?

Джей Джей отчаянно помотал головой, не желая слушать меня. Только отвернулся, ища полотенце.

— Кто сказал, что ты мне нравишься? — его слова были неприятны. — Так уверенна в себе?

Сейчас он снова назовёт меня акулой. Снова скажет, что у меня повадки, как у них.

— Поуп. Поуп сказал.

Джей Джей замер, повёл головой, тихо усмехнувшись.

— Я не хочу слушать эту хрень, Лана.

Я еле сдерживала приступ отчаяния. Этот идиот настолько был уверен, что не заслуживает меня, что готов был ранить, зная, что я возненавижу его ещё сильнее.

— Ты... — я тихо выдохнула. — Джей Джей, ты всегда был рядом со мной. Защищал, думал о моей безопасности. Когда меня обидел Топпер, ты не стоял в стороне! Помню, как ты купил мне еду за свои последние деньги. Почему? Разве это не говорит о том, что ты прекрасен? Тебе нравится больше мучать меня или мучится самому? Я волнуюсь за тебя. Мне больно видеть, когда твой отец бьёт тебя, Джей Джей. Я знаю эту комкообразующее чувство. Ты не виноват в этом. Точно не виноват! — я задыхалась, сделав паузу, но продолжила.— Ты знаешь, что родители меня ненавидят, знаешь, что обо мне никто не заботится, как это делаешь ты, Джей Джей! Ты один такой... кто думает обо мне.

Он обернулся профилем своего лица. Я видела, как заиграли его желваки. Джей Джей был жутко напряжён, я шумно выдохнула в надежде, что до него дойдёт, как он дорог мне.

Казалось, он сейчас окончательно оттолкнёт меня. Я видела, как внутри него шла борьба.

Имеют ли мои слова эффект? Значат ли мои слова для него что-то? Хотелось думать, что да, имеют.

— Не понимаю, как ты можешь... любить такого, как я? — искренне проговорил, устало выдохнув. — Иди сюда, — произнёс совсем тихо, но ласково.

Я сдерживаю чувства к нему, покрываюсь мурашками. Послышалось ли мне? Плевать, я оказываюсь рядом. Его голубые глаза сталкиваются с моими.

Сдался?

Сдался.

Губы дрожат. Его кадык дёргается. Кажется, он хочет сказать что-то важное, я вижу это по глазам, но он проглатывает ком, будто не знает, с чего начать.

— Станем... исключением? — его глубокие глаза приобретают ранимость.

Джей Джей склоняется ко мне, снова заглядывает в глаза. Его ладонь зарывается в мои волосы, он мягко прижимает к себе. Долгое молчание. Сердце ускоряется, берёт на себя дополнительную нагрузку, из-за крови, хлещущей в венах. Я слабо киваю, приоткрывая губы, прошу его поцеловать меня. Он расплываются в мягкой улыбке. Джей Джей поддаётся вперёд.

Момент — и наши губы оказываются близко друг к другу. Джей Джей не торопится сократить эти несколько жалких миллиметров между ними, лишь порывается, но тут же с улыбкой отстраняется.

— И сейчас мучаешь меня? — шепчу, опустив взгляд на его губы.

— Себя, — поправляет он.

Его губы нежно накрывают мои. В какой-то момент кажется, что я задохнусь, но Джей Джей крепко держит меня, не давая отстраниться. Его губы двигаются плавно, медленно. Голова кружится, когда ощущаю, как его ладони жадно скользят по моему телу. И между нами есть что-то важнее слов. Его губы, его ладони, его тело — вот что имеет важность прямо сейчас.

И кто-бы что ни говорил, я чувствую себя самой счастливой во внешних отмелях, ведь у меня есть Джей Джей. Неугомонный, но это же Джей Джей...

И я прижимаюсь к нему ещё сильнее, ещё крепче. Обнимаю, как хочу. Даю понять, что он нужен мне, как глоток летнего воздуха.

— Ты не виноват, — успокаивающе шепчу ему. — Не вини себя, что родился таким. В моих глазах ты самый особенный, Джей Джей.

Никто не виноват, что некоторым людям приходиться жить бедно, подстраиваться под других. И Джей Джей точно не виноват, что у него такой отец.