Робкий Чимин

Юнги сонно причмокивает губами и крепче прижимает неко, что посапывает у него на груди. Котику уже было семнадцать лет, а он все так же не мог спать без папочки, потому сейчас и жался к нему, повиливая во сне хвостом.

— Чиминни...

Чимин стал ещё краше, чем два года назад. Чонгук тоже подрос и не уступал в красоте Чимина. Да и к отношениям отца и брата отнёсся вполне нормально.

Чимин лениво потягивается и дёргает ушком, оставляя сонный поцелуй на грудной клетке Юнги.

— Да, папочка?

— Малыш, тебе пора в школу, — лениво бормочет Мин: ему сегодня вставать не надо, потому что выходной.

— М-м-нет, — сонно мяукает тот, — можно я лучше с тобой побуду?

Чимин кладёт тяжелый пушистый хвостик на пах Юнги и улыбается, зная, что это его слабое место. Юнги слегка дергается и вжимается в матрас.

— Минни, прогуливать плохо.

Чимин забирается ручкой под резинку спальных штанов и оглаживает бледную кожу пальцами, придавливая хвостом пах отца.

— А что хорошо?

— Чимин!

Юнги никогда не позволял младшему подобного, всегда останавливал вовремя, но сейчас сонный организм пропускает тот момент, когда ручка котика ныряет под белье. Юнги ловит его руку своей и не позволяет притронутся к себе там.

— Что? — обижается котик, хмуря бровки. — Пап... я взрослый, я хочу тебя там потрогать...

— Котёнок... Ты ещё несовершеннолетний... Я не могу разрешить, прости, — Юн нежно целует его в лоб и вытаскивает маленькую ручку из своих трусов. — А теперь пусти папу в душ.

— Вот... я снова обижусь и превращусь в котика на восемь лет... — обиженно сипит Чимин, надувая щечки.

Ему очень обидно, но превращаться в котика на восемь лет он не хочет. Он запугивает... Шуга закатывает глаза:

— Чимин, мы же говорили об этом, Помнишь? — в утешение Юнги целует котика в губы, чего обычно не позволял.

— А я хочу сейчас... Я достиг возраста согласия! Почему нельзя? — Чимин сползает с постели и, фыркая, протискивается под кровать.

Юнги слезает следом, игнорируя спадающий стояк.

— Ладно, Чимин. Вылезай. Я дам потрогать, но ничего больше. Понял?

— Ничего мне не надо, Юнги-хён... иди в душ.

Чимин прижимает к груди свой хвостик и вздыхает, пустым взглядом разглядывая пыльный пол.

— Чимин... — Юнги делает игривый голос. — Если ты вылезешь... Я поцелую тебя по-настоящему.

Чимин не реагирует. Два года он мучается от того, что Юнги чуть ли не список составил что нельзя, а что можно. И пока Чонгук вытрахивал из Тэхёна сознание, Чимин просто целовал хёна в губки, по-детски чмокая, потому что по-настоящему нельзя. Но ведь один раз можно же было, сейчас почему нет?

— Ну и ладно. Не хочешь — не надо.

Юнги ложится обратно в кровать и как маленький прячется с головой под одеяло, что-то бубня. Чимин не вылезает из-под кровати и тихо вытирает слезы со своих щёчек.

— Чимин... — Юнги свешивает голову и смотрит на младшего. — Иди сюда. Я разрешу все, что захочешь, только не дуйся.

Чимин шмыгает носом и молча выбирается из-под кровати, отряхивая уши и хвостик. Он молча ложится в постель к папе и робко обнимает. Юнги крепко обнимает его и целует его в макушку.

— Тише, детка, не плачь.

— Почему? Почему нельзя? Я уже не маленький мальчик, пап... Я все понимаю и знаю, — всхлипывает подросток, тычась носиком в грудь Юнги. — Ты даже целоваться не разрешаешь... А... А Чонгук...

— Малыш... — Юнги крепко обнимает его и гладит по голове. — Я буду разрешать, ладно?

Чимин замолкает и всхлипывает, потирая глазки кулачками.

— Мне... мне надо в школу, пап.

— Не надо. Чонгук ушёл минут десять назад. А он всегда опаздывает... Так что отдохни сегодня. Хочешь... Фильм посмотрим или вместе примем горячую ванну?

— Ванну?? Вместе? — поражается парень, поднимая на отца глаза, полные удивления.

— Да, если хочешь, — Юнги острожно перебирает его волосы пальцами.

— Да... Очень хочу.

Сон как рукой снимает и Чимин, хватаясь за руку отца мертвой хваткой, тащит его из постели. Просто котик боится, что Юнги передумает.

— Идём, папочка, идём, идём.

Юнги смеётся, следом включая свет в ванной, по пути он закрывает входную дверь изнутри на щеколду. В ванне он затыкает отверстие пробкой и пускает тёплую воду, следом отправляя соль для ванны и бомбочку с пеной.

— Раздевайся, — спокойно выдыхает Юн, стягивая с себя футболку.

Чимин замирает, понимая, что раздеться ему... стыдно. Котик цепляет край футболки пальцами и стягивает ту через голову, оставаясь в одном нижнем белье. Подросток мнётся, но снимает с себя боксёры, тут же вжимаясь в спину стоящего Юнги всем телом и обхватывая его живот хвостиком. Ушки поджимаются.

— Я стесняюсь.

— Все хорошо, малыш. Я не буду смотреть, договорились?

Юнги поворачивается к нему лицом и смотрит точно в глаза. Руками он оглаживает тонкую талию и ласково улыбается. Сбросив с себя остальную одежду, мужчина забирается в ванну и смотрит опять на покрасневшие лицо Чимина.

— Иди ко мне, детка.

Чимин судорожно выдыхает и прикрывает пушистым хвостиком пах, забираясь к отцу в ванную. И вот же мечты сбываются на глазах, но младшему неловко. Он вообще не особо любит своё грациозное тело, считая его немножко нелепым и некрасивым, толстым.

— Не... не называй так... — смущённо лепечет рыжик, укладываясь на Юнги и утыкаясь в его ключицу носом.

А двадцать минут назад этот котик настойчиво лез в чужие трусы, забывая о наказаниях. Юнги тихо посмеивается и откидывается торсом на бортик ванны. Он берет в руки мягкую мочалку и острожно моет спину котика.

— Как именно? Малышом или деткой?

— Деткой... — сипит Чимин, выгибая спинку. — Это возбуждает...

Котик жмурится и довольно подставляет своё тело под ласку. Ему очень нравится, когда Юнги обласкивает его тело или чешет за ушком. Юнги целует его в макушку и, откидывая мочалку, просто водит руками по спине.

— Правда? — Шуга совсем тихо и по-доброму усмехается и сжимает в ладони  пышные половинки. Чимин вздрагивает и чувствует, как внизу живота разливается тепло. Отец никогда не трогал его так.

— Мр-р-рф...

Юнги довольно улыбается и ведёт руками по бокам вверх.

— Мой Чиминни...

— Папочка... я тебя очень... хочу...

Чимин тяжело дышит в ключицу отца и пытается соскользнуть с его тела вбок, чтобы не упираться вставшим членом в чужое бедро.

— Чш... — Юнги не позволяет. Он тормозит мальчишку и запускает руку между их тел. Прикрыв глаза, Юн ловит ладонью аккуратный член неко и оглаживает головку. — Папочка о тебе позаботится.

Одного касания хватает, чтобы из полуприкрытых губ раздался стон желания и отчаяния. Высокий стон сопровождается подрагиванием всего тела, включая хвостик и ушки, и Чимин жмурится, чувствуя на головке подушечки пальцев Юнги.

Юнги обхватывает ствол ладонью и нежно начинает водить, продолжая второй рукой касаться спины и иногда ягодиц. Чимин, не зная куда себя деть, выгибается и стонет. Руку котик решает опустить туда, куда бессовестно лез утром. Неуверенно накрывая крупный член Юнги ладонью, котик распахивает глаза и поджимает ушки, сквозь стон произнося:

— Он... такой большой...

— Блять...

Юнги старается утихомирить сбившиеся дыхание и чуть ускоряет руку.

— Па-папочка...

Чимин снова жмурит глазки и дрожит всем телом, ныряя с головой в неизведанные им чувства. Пульсация от полового органа разносится по всему телу и котик понимает, что сейчас кончит. Кончит впервые за семнадцать лет. Юнги нежно целует его за ушком, ускоряясь до максимума и чувствуя скорую разрядку младшего.

Чимин извивается и стонет отчаянно громко, сжимая в ладошке член Юнги, который не вмещается в его пухленькую ладонь. Через пару мгновений он кончает, содрогаясь в кратковременных конвульсиях удовольствия. Белое семя остаётся у Юнги в ладони и в воде, а Чимин прикусывает ключицу отца, вздрагивая.

Юнги прижимает к себе обмякшее тело котика и нежно покрывает его затылок поцелуями. Чимин приподнимается и клыком прикусывает нижнюю губу. Хитро сверкая глазками, котик молча заставляет отца вылезти из ванной и встать напротив неё. Пухленькая ручка сразу же хватается за основание большого члена Юнги, а подросток поднимает шаловливый взгляд.

— Ч-что ты?.. — Юнги раскрывает рот, стараясь думать здраво, а не идти на поводу стояка.

Чимин даже договорить отцу не даёт и сразу вбирает в рот крупную головку члена Юнги. Он прикрывает глазки и облизывает ее шершавым языком, пусть и неумело. Юнги уже почти на приделе, потому откидывает голову и томно стонет. Чимин, довольный тем, что у него получается сделать папе приятно, смелеет и вылизывает его горячую плоть от головки до основания.

— Минни... Я...

Мужчина жмурится и прикусывает губу. Чимин мурчит от удовольствия и старается вобрать в ротик хотя бы половину крупного члена. Когда у него выходит, котик старательно начинает двигать головой поступательными движениями, насаживаясь на розоватую головку полового органа Юнги. А Юнги не выдерживает и изливается в ротик младшего, пытаясь выйти из него.

— Ох, черт... П-прости...

Чимин зажимает губками головку и не даёт выйти из своего рта. Наполняя полость белым густым семенем, котик пробует то на вкус и дёргает ушками, потому как сперма оказалось сладкой чуть ли не как киви.

— Вкусно... — делится впечатлениями Чимин, облизывая все ещё пульсирующую головку члена отца.

Шуга тяжело дышит и заползает обратно в ванну, он опять укладывает Чимина на себя и пускает воду сливаться, включив кран.

— Теперь мне все можно? — облизываясь, спрашивает парень.

Юнги не знает, что имеет в виду младший, но кивает, притягивая его ближе.

— Я тебя очень люблю.

— И я тебя люблю, Юнги-хён.

Юнги зарывается носом в его макушку. Сейчас в нем смешивается чувство вины и приятной истомы. Все же он трогал и позволил трогать себя, ребёнку. Но Чимину этого мало. Он, тяжело выдыхая, тычется носиком в шею старшего и смущённо лепечет:

— Пап... а когда мы?..

Мин резко раскрывает глаза и смотрит на котика.

— Ты хочешь?..

Чимин поднимает глазки и смущённо кивает. Он очень хочет, чтобы его пустоту заполнил папочка. И хоть и стыдно признавать это, но котик об этом думает уже полтора с лишним года.

—Хорошо. Тогда мы начнём тебя потихоньку каждый день растягивать и когда ты будешь готов... сделаем это, —Мин целует мальчишку в уголок губ и прикрывает глаза.

— Нет... я хочу, чтобы это было... когда мы захотим очень-очень... — отчаянно краснея, лепечет котик.

— Х-хорошо.

Юнги кивает и опять принимается мыть младшего. После душа они возвращаются в кровать по инициативе Шуги.

— Давай закажем пиццу и суши на дом?