1
После окончания лета Ноен со своей семьёй переехал в Лос-Анджелес из Атланты. С детства терпеть не мог свой город. Он был уверен, что его жизнь неудачника не поменяется. Юбэнкс был прав лишь отчасти. Отчасти.
Машина подъезжала к их новому дому. В глазах Ноена читалась детская и наивная радость. С девяти лет он мечтал о переезде в этот большой и красивый город. В журналах часто красовалось огромными буквами «Лос-Анджелес». Это заставляло Ноена представлять себя книжным героем переехавшим сюда.
Выходя из машины, Ноен рванул к дверям гигантского дома.
— Какой же огромный! — не смотря на слёзы, поступавшие из-за слишком яркого солнца, ему всё же удалось разглядеть заветное место.
— Я была уверена, что твоя реакция будет такой, — улыбка мамы Ноена была видна за километр.
Отец Юбенкса поехал на новую работу после того как отвёз мальчишку и жену.
Распахнув двери дома, маленький по сравнению с домом Юбенкс мысленно визжал как пятиклассница. Он поверить не мог своим глазам. ЭТО его дом.
— Помоги с сумками! — кричала из соседней комнаты мать мальчишке, но тот не слышал.
Он был занят делами поважнее. Ноен рассматривал свою будущую комнату. Белые стены, рабочий стол, огромная и явно мягкая кровать, пока не обвешанный одеждой стул и большущий шкаф. Прямо как в сериалах про идеальных подростков! Кровать слишком сильно соблазняла, мальчик плюхнулся на неё словно труп.
Открыл глаза Юбэнкс только спустя пару часов.
—Бля... — осознавая, что жутко просрался, с каплей надежды решает глянуть на часы.
Почти 18:00. Пиздец, помянем.
—СУКА! — не ожидая от себя же крикнул мальчик, быстро спускаясь по лестнице.
Мамы и папы дома не было, на кухне Ноена встречала записка.
Будем не скоро, вероятно задержат на работа, еда в холодильнике, разбери сумки и подготовься к школе, с любовью Мама и Папа
Плевать, хорошо, что не наорали, этого достаточно. Родители Юбэнкса постоянно задерживались на работе, хоть на два, хоть на шесть часов. Ему было нормально, он с детства привык сидеть дома один, играть в игрушки ожидая родителей. Одиночество для него было комфортом.
Смог бы кто переубедить его
Прочитав записку Ноену аж тошно стало, одни и те же слова, они не могут хотя бы как-то разнообразить эту череду записок на протяжении всех его семнадцати лет?
Выбросив записку мальчишка с большущей надеждой открыл холодильник. Опа, целых нихуя. Одно дерьмо, как всегда. Он взял яблоко пообещав, что завтра поест нормально.
На часах 23:35. Юбэнксу спать не хотелось, но он сделал всё, что требовалось от него. Разобрал сумки, собрался в новую школу и «поел». Если это можно так назвать.
Час ночи. Время пролетело как нехуй делать. Потому что Ноену реально нехуй делать.
—Уверена, он опять не поел, — недовольный голос Беллы был слышен аж до второго этажа.
—От него одни кости остались, — поддакивал муж.
Ноену было пиздец как неприятно слушать такую чертовщину от своих родителей в свой адрес. Причём он слышал это постоянно. «Ноен, поешь», «Ноен ты скелет», «Не будь упрямым, съешь хоть что-то!». Почему вас интересует мой вес?
Юбэнкс был уверен, что сейчас к нему в комнату по классике жанра постучаться родители проверить, спит ли он, но на удивление они просто направились в свою комнату. Заебись.
Три часа ночи, глаза мальчишки слипаются, телефон на зарядке, он мигом уснул не представляя, что ждёт его в новой школе.
—Я тебя ненавижу, ты меня заебал, ты сидишь на моей шее уже семнадцать лет! — кричал Каспер, видя как больно его сыну.
—Ты думаешь я того хочу?! —Ноен уже не мог сдерживать слёз и просто разрыдался — Ты думаешь мне в кайф вообще видить тебя в доме, каждый день, я надеюсь каждый раз, чтоб тебя задержали на работе ещё на шесть грёбанных часов, и знаешь что? Чаще всего ты приходишь даже позже, чему я чертовски рад!
Будильник орал как мог, зато с работой справился, Юбэнкс обосрался, но это был всего лишь сон. Хоть отношения с семьёй не то, что бы дерьмовые, какие-то сухие. Далеко не идеальные.
Ноен проснулся в холодном поту, странно, но он верил всему, что было во сне, он и не подозревал, что это просто сон, обычный кошмар. Ведь его отношения с отцом были отвратными настолько, что их обычный разговор о школе мог перейти в самый настоящий скандал.
Он встал и глянул на часы. Мальчик опаздывает. Очень. Плевать на внешний вид, главное успеть. Натянув на себя первую попавшуюся футболку, он решил, что сегодня день Софт-Ноена. Он достал из рюкзака косметичку, где хоть и находились только красные тени и румяна, Юбэнкс постоянно тащил её с собой. Он нанёс румяна и побежал на первый этаж.
Вау, как удивительно. Родителей нет. Ноен даже из далека видел эту сраную записку. Читать её у него конечно же даже в планах не было. Нахуй надо, опять напишут, что еда в холодильнике. Блять, конечно она там, где ещё? За кого они принимали Ноена — не понятно...
Вот сегодня он точно поест, но только не сейчас.
Мальчик вышел из дома с отвратительным настроением. Без причины настроение быть хуевым не могло, но вот у Ноена это было постоянно. Ноену портило настроение не только ничего, но и самые мелкие вещи. Его могла раздражать упавшая ресничка на щеке собеседника. Причём настолько, что Юбэнкс начал бы пускать недовольные комментарии обо всём, что видит во время разговора, после чего он поссорится с этим человеком. Удивительно, почему у него нет друзей?
Такой же недовольный он дошёл до школы. Какие же все мерзкие. Все по группам собрались, некоторые очень популярные, некоторые тихони, а некоторые просто Ноен, который жутко не любит учиться. От слова жутко.
Ноен шёл к нужному кабинету и видел много людей, но все были незнакомыми. Это заставляло чувствовать себя некомфортно. Дойдя до кабинета он увидел сборище подростков.
— Чтоб больше я тебя с ней рядом не видел, ублюдок, — словно прошипел какой-то агрессивный высокий мальчик — аж тошно смотреть на тебя!
— Ты думаешь она тебя любит? — мальчишке было трудно разговаривать, ведь руки как по всей видимости хулигана обвивали его шею сильно надавливая, но дышать он мог, хоть и сильно затрудняясь.
Ненавидит. Просто терпеть не может эти понты Ноен. Он как всегда хотел пройти мимо, но вдруг он услышал крик в его сторону.
— Эй, чел, — голос был в сторону Юбэнкса, но он продолжал надеяться, что это всего-то его шиза, до тех пор, пока не почувствовал горячую массивную ладонь у себя на плече.