Глава 33.
Вроде бы мне не страшно и не холодно, но тело отчего-то предательски дрожит. Мурашки волнами бегут по моей спине, а сердце колотится так быстро, что мне кажется будто оно вот-вот выскочит из груди. Я еле перебираю ногами по бетонному полу парижского аэропорта, и честно признаться идти я никуда не хочу. Не хочу никого видеть, не хочу ни с кем разговаривать.
- Готова к встрече с отцом, Кейт? - весело спрашивает Маркус.
- Как? Уже сегодня? Сейчас? - сыпала я вопросами.
- Да, а чего тянуть? Мистер Холмс тебя ждал. И он сейчас здесь.
- Как здесь? Но я совсем не готова. Что я ему сейчас скажу? Как я его узнаю?
- Эй, он всего лишь твой отец, так что боятся тебе абсолютно ничего не стоит. Да, вы не виделись 20 лет, но поверь, он любит тебя сильнее всех. А кстати, вот и он...
Маркус качнул головой в правую сторону, где стоял высокий мужчина довольно-таки крепкого телосложения, на его висках серебрилась легкая седина, а сами волосы были темно-каштанового цвета. Он тревожно оглядывался по сторонам своими добрыми ярко-голубыми глазами, видимо искал нас. Так же рядом с ним я заметила еще одного мужчину, чем-то похоже на Маркуса. Скорее всего это его охранник.
- Ну так что, чего мы стоим? - задорно спросил Маркус.
- Уверен, что стоит? Я ведь не пожалею о встрече с ним?
- Ты пожалеешь, если наоборот не встретишься с ним. Поэтому не стой столбом Китти, а давай уже встречай отца.
- Китти? - спросила я, удивленная прозвищем, которое мне дал здоровяк.
- Да, Китти. Я давно тебя так называл, еще с пеленок. Ты просто не помнишь об этом, вот и все.
Я удивленно уставилась на Маркуса, но ничего не сказала.
Здоровяк взял меня за руку и крепко сжал ее. Странно, но это меня немного успокоило. В памяти пролетели странные обрывки из детства, и я вспомнила, как точно так же совсем малышкой гуляла тогда еще по большим и широким для меня улицам вместе с моей мамой и старшей сестрой - Эллисон. Так же странно то, что я помню Эллисон только лет с пяти. До этого ее будто и не было рядом.
Мы с Маркусом рука об руку направились в сторону моего отца. Кажется, что я не дышу, и что я - не я. Просто невозможно жить двадцать лет и совсем ничего не знать о человеке, а теперь просто идти к нему навстречу, предвкушая что-то необычное, что-то не известное.
- Кейт? - как-то слишком тихо спросил мужчина.
- Папа? - еще тише прошептала я.
Дальше никаких слов не последовало. Мы лишь побежали друг к другу и мужчина крепко сжал меня в своих теплых объятиях. Я никогда не представляла себе этот момент. Момент, когда я встречусь с отцом. В нос ударил запах мужского одеколона, но он мне понравился. Казалось, что все так и должно быть. Мы стояли и просто обнимались, будто мы знаем друг друга, будто я взрослая дочка,которая просто приехала на каникулы к своему папе.
По моей щеке не произвольно скатилась теплая соленая слезинка. Для меня это уже не удивительно, ведь плачу я последнее время часто. Но обычно мои слезы от горя и обиды, а не от счастья.
- Моя Китти... - прошептал мужчина.
- Почему Китти? - отстранившись от него с улыбкой на лице спросила я.
- Помнишь Хеллоу Китти? Так вот, когда тебе был еще годик, я подарил тебе эту огромную кошку. Честно говоря, она мне никогда не нравилась, но ты просто обожала ее. Да и к тому же Кейт созвучно с Китти. Поэтому я начал тебя так называть. Твоей маме не нравилось это, она говорила, что к ребенку надо обращаться уважительно, ведь он индивид, который станет личностью. Хотя я знаю, что в тайне она называла тебя так же. Когда Мелисса укладывала тебя спать, она пела колыбельные и читала книжки. Я всегда стоял за дверью и тихо улыбался. Мне особенно нравилось, когда она пела. Потом ты засыпала, и Мелисса нежно и аккуратно целовала тебя, желая спокойной ночи со словами: "Сладких снов малышка Китти...". Или не она называла тебя: бусинка, конфетка, котенок. Вообще она тебя очень любила.
- Да, я знаю, я тоже я очень любила, и до сих пор люблю. А знаешь, она ведь меня до самых последних своих дней называла бусинка, - усмехнувшись, я продолжила. - Жаль что она сейчас не с нами... Кстати, а почему позвал только меня? Как же Эллисон?
- Я все тебе расскажу, только давай не здесь. А то видишь вон того задрипыша? - отец качнул головой в сторону низенького мужчинки с забавной лысиной на голове и большим фотоаппаратом в руках.
- И что с этим человеком не так?
- Журналист он, и кстати очень противный. Лезет в мою жизнь, как в свою собственную. Вообще эти журналюги очень не приятные личности, но этот просто крокодил.
Слова отца заставили меня усмехнуться.
- Ох, кстати забыл познакомить тебя с Августом. Август - это Кейт, моя дочь. Кейт - это Август, мой охранник и друг.
- Приятно познакомиться, Август.
- Мне тоже, мисс.
Отец взял меня за руку, будто маленькую и мы направились к выходу. За нами шли Маркус и Август, что-то весело обсуждая.
Все вместе мы дошли до большой черной машины.
- Куда мы поедем? - с легкой улыбкой на лице спросила я.
- Я думаю домой. Вы с Маркусом наверняка устали после перелета. Все немного отдохнем, а вечером отпразднуем твой приезд в ресторане.
Папа улыбался, и я никак не могла подумать, что у такого веселого жизнерадостного человека могут быть какие-то проблемы со здоровьем. Да и выглядел он очень крепким и сильным, одним словом, самым-самым, как и полагалось всякому папе.
Мы сели в машину, Август решил ею управлять.
На протяжении всего нашего пути я с широко раскрытыми глазами смотрела в окно. Радости во мне было не меньше, чем в любом ребенке. Город восхищал меня. Хоть Лондон и красив, но Париж - особый. Мы проехали не так много, но все, что я увидела уже привело меня в восторг. Эти маленькие улочки, замысловатые кустики различных растений, другие люди, солнце ярче и небо светлее. Все другое и все новое, может быть и жизнь моя будет другая, новая.
Время пролетело так быстро, что я даже и не заметила, как мы уже оказались у огромного и красивого дома.
- Кейт, мы приехали, - сказал отец.
- Это твой дом? - спросила я.
- Это наш дом.
На лице Николаса играла добрая улыбка, и в этот момент я подумала, что все эти годы мне не хватало именно его. Мне нужен был отец.
Мы вышли из машин и направились в дом.
Как я и ожидала, внутри он был не менее прекрасен, чем снаружи. Светлые стены, белоснежный потолок, и огромные панорамные окна. Обстановка чем-то напоминала дом Луи, но этот дом был больше.
- Нравится? - спросил папа.
Я ничего не ответила, лишь быстро кивнула с довольной улыбкой на все лицо.
- Хочешь я покажу тебе твою комнату?
- У меня есть в этом доме своя комната? - не скрывая удивление спросила я.
- Конечно есть, только она для тебя маленькой.
- В каком это смысле?
- Давай я лучше покажу.
Николас начал подниматься на второй этаж по лестнице, а я словно хвостик последовала за ним.
Мы завернули налево и остановились у кремовой деревянной двери.
- Эх, давно я сюда не заходил... - прошептал отец.
С легкой тревогой и страхом папа все же коснулся дверной ручки и отворил дверь.
Передо мной была милая комнатка маленькой принцессы. Нежно-розовые стены, множество мягких игрушек, в углу стоит мягкое белое кресло, а в центре комнаты маленькая детская кроватка с легким белоснежным балдахином.
- Ты здесь очень давно не была, бусинка, - прошептал папа.
Эта "бусинка" буквально добила меня. Чувства и эмоции, бушующие во мне, вспыхнули ярким пламенем после того, как папа назвал меня так. Никто меня так не называл кроме мамы.
По моей щеке скатилась хрупкая слезинка. Я поняла, что не хватало мне только полноценное семьи. Мы все должны были быть вместе. А получилось так, что двадцать лет я жила, зная только маму и сестру. Но теперь мамы нет, теперь есть папа. И мне страшно подумать, что я могу легко потерять отца, так же, как потеряла маму.
- Не плачь, все хорошо.
Отец обнял меня, так, как обнимала только мама. Мне казалось, что все это просто сон. Ничего нет. Вот я проснусь, и все будет как обычно, я буду рядом с мамой, встречу Луи, у нас все будет хорошо, Эллисон будет с Томом, а потом и папа вернется.
Но тяжело было осознавать, что все что происходит - правда. У нас нет полной семьи, и мне кажется, ее никогда и на было.
В комнате было тихо и пахло лавандой. Я сильнее прижалась к папе, ведь он единственный, кто сейчас есть у меня. Не знаю, сколько мы так стояли. Да и это не важно, важно то, что нам было сейчас хорошо и спокойно, как никогда.
- Николас, 16:30. Вам пора выпить таблетки.
В дверях стоял Август. В его руках были какие-то таблетки и стакан воды.
- Я знаю, но давай не сейчас. Я немного занят, - папа раздраженно взглянул на Августа. Казалось он готов сжечь его одним взглядом.
- Какие еще таблетки, папа? - встревоженно спросила я.
- Да так, ерунда, - отмахнулся отец.
- Не ври. Я так слишком много времени ничего не знала. Скажи правду. Что с тобой?
Я выжидающе уставилась на отца и ни на секунда не свела с него взгляда.
- Ты у меня уже совсем большая. А как ты похожа на маму... такие же блестящие карие глаза, яркая улыбка, и голос у вас похож. Взрослая стала, бусинка. Я думаю, что ты должна знать. Скрывать просто нет смысла.
Николас сделал вдох и выдох, пытаясь собрать все свои мысли в кучу.
- Кейт...