С чистого листа
POV Хван Юбин
Погода в последнее время меняется так резко, что уже не знаешь чего ожидать. Сегодня утром я выходила из дома в вязанном кардигане, натягивая рукава, чтобы спасти пальцы от холодного ветра, а сейчас устало выползаю из здания университета и почти умираю от жары в тонкой блузке.
Ына, шагающая рядом, в который раз достала из сумки бутылку с водой и недовольно простонала, когда поняла, что воды осталось где-то на два глотка. Она быстро расправилась с единственным спасением от обезвоживания и спрятала пустую бутылку обратно в сумку.
- Это ужас какой-то! - пожаловалась девушка, обмахивая лицо тетрадкой. - Я вчера специально смотрела прогноз погоды, и на сегодня обещали максимум +15. Я сейчас умру в этих кроссовках! Может, скинуть их и пойти домой босиком?
- Ага, а потом будешь страдать от ожогов, - скептически заметила я и кивнула вниз. - Ты только посмотри на асфальт. Да он же почти плавится!
Подруга вздохнула, признавая мою правоту.
- Да, ты права... Но тебе явно хуже, ты опять в своих джинсах.
Ына покачала головой, не понимая, как я могу постоянно ходить в штанах. Она ещё ни разу не видела меня в чём-то, что бы открывало мои ноги. И ведь не только она - ни мои другие одногруппники, ни бывшие одноклассники, ни друзья не видели моих ног. Даже дома, при родителях, я стараюсь не носить ничего короткого.
Я не всегда стыдилась своих ног. А, если точнее, ноги. Это случилось в детстве, когда мне было девять. Мне пришлось перенести перелом бедра, кучу операций и ношение стержневого аппарата. Как результат - деформированное колено и шрамы по всей ноге. Именно из-за них я никому не показываю свою ногу, а юбки ношу только с плотными колготками.
Конечно это было тяжело! Если друзья и, теперь уже бывшие, одноклассники за столько лет привыкли и уже просто не обращали внимания на мои любимые джинсы, которые я носила даже в самую сильную жару, то одногруппники пока не могли понять этой странности. А говорить о шрамах мне не хотелось.
О походах на пляж можно и не заикаться. В детстве я ещё как-то могла развлекаться, но чем старше я становилась, тем больше росла моя неуверенность в собственной внешности. Я чувствую себя очень сковано и неудобно, если кто-то видит мои шрамы. Именно поэтому я страдаю под палящим солнцем, но даже не думаю о том, чтобы надеть платье или шорты.
И вот сегодня был один из таких дней, когда я чуть не получила тепловой удар, возвращаясь домой в душном автобусе. И, попав домой, я первым делом пошла в свою комнату, чтобы переодеться, захватив по пути стакан холодной воды.
- Только не пей слишком быстро! - крикнула мне вдогонку мама. - А то заболеешь.
Когда я вернулась на кухню, уже в домашней одежде, она как-раз заканчивала с сервировкой стола.
- Как дела в университете?
- Всё хорошо.
- А на улице? Слышала, сегодня очень жарко.
- Да, в автобусе было так жарко, что я еле доехала. Несколько раз чуть не вышла раньше.
- Бедняжка, - мама посмотрела на меня своим особенным взглядом, который означал «Мне очень жаль, что ты так неуверенна в себя из-за шрамов». - Так может?...
- Нет, мам. Я не надену завтра юбку.
- Как знаешь, - кивнула мама, не став спорить.
После обеда я решила немного отдохнуть, прежде чем садиться за учёбу, поэтому легла на кровать и, нащупав телефон, разблокировала его и сразу же открыла Инстаграм. Видео с милыми и смешными котятами - это как раз то, что мне сейчас нужно.
Но у моего смартфона, видимо, были совсем другие планы, так как спустя несколько минут он начал жёстко лагать и заходить на какие-то аккаунты.
- Ну и что ты творишь, пабо? - зашипела я. - Тебе ведь от силы полгода!
Спустя секунд десять эта сенсорная скотина наконец-то остановилась, возвращая мне возможность управления.
- И куда это ты зашёл? - я посмотрела на название незнакомого аккаунта. - Bangster_tattoo?
Тату на фото выглядели очень круто, поэтому я решила посмотреть все. Всего было больше 600 фото, но я даже не заметила, как пролистала их все. И только тогда я заметила кое-что, чего раньше не увидела. Последней выложенной фотографией была надпись на белом фоне:«С чистого листа». Под этим фото владелец аккаунта сообщил о запуске благотворительного проекта. Его суть была в том, что люди, которые получили шрамы из-за какой-либо катастрофы, ошибки врачей или тому подобному, могли поучаствовать в проекте, чтобы им совершенно бесплатно перекрыли шрамы татуировкой. Нужно было всего лишь написать свою историю в личные сообщения.
Какое-то время я задумчиво смотрела на пост, не решаясь что-либо делать.
- Живём один раз. Верно?
Я зашла в личные сообщения, потратила около десяти минут, чтобы написать свою историю, но так и не отправила. Сначала мне нужно поговорить с родителями, а то будет не очень красиво с моей стороны, если я потревожу человека, а родители не разрешат мне сделать тату. Поэтому, я решила пока сделать домашнее задание, пока папа не вернётся с работы.
На завтра нужно было выучить столько всего, что я на несколько часов полностью погрузилась в учёбу, не обращая внимания ни на голод, ни на сильную усталость. Поэтому, когда в комнату вошла мама и сообщила о том, что ужин готов, я недоверчиво посмотрела на часы, чтобы с удивлением понять, что уже восемь вечера.
- Привет, пап, - как-то нервно сказала я, садясь за стол, и начала судорожно перебирать в голове варианты того, как мне начать разговор.
- Привет. Как дела в университете? Всё успеваешь сдавать?
- Пока что да. Но этот семестр очень напряжённый, поэтому учу без передышки.
Какое-то время мы молча ели. Потом родители что-то тихо обсуждали, а я всё не могла решиться спросить. Мне понадобилось ещё несколько минут, прежде чем я выпалила:
- Я хочу сделать тату.
Родители удивлённо посмотрели на меня.
- Что?
- Я хочу сделать тату, - громче повторила я, сцепив дрожащие пальцы в замок.
- Юбин... - осторожно начала мама, быстро кинув на папу испуганный взгляд.
- Не просто так. Я хочу скрыть шрамы.
Мама тут же отвела взгляд, но я успела заметить в них боль.
- Юбин, послушай, - вмешался отец. - Мы понимаем, что тебе тяжело, но готова ли ты к осуждению со стороны общества? Ты понимаешь, что ты постоянно будешь в центре внимания?
Я отлично понимаю причину папиных страхов. Тату в Корее воспринимается обществом, мягко говоря, ужасно. На людей с тату откровенно пялятся, открыто обсуждают и презирают. Для нашего общества, если у тебя есть тату, то ты либо гангстер, либо из мафии.
- Пап, я знаю на что подписываюсь. Я знаю, что будет сложно. Но я не могу принять себя с этими шрамами. Я не могу смотреть на них, не могу думать о них и, тем более, не могу демонстрировать их кому-либо. Мне всё равно что обо мне будут думать окружающие. Я хочу нравиться самой себе.
Моя эмоциональная речь явно повлияла на мнение родителей, но я видела, что они ещё колеблются.
- Мы не уверенны, что можем себе позволить тату. Оно, наверное, будет очень дорого стоить.
- О, за это не беспокойтесь! Я могу поучаствовать в благотворительном проекте. Если мне повезёт, то мне сделают тату совершенно бесплатно.
- Ну раз так...
Родители молча перекинулись взглядами.
- Если хочешь - делай, - в конце-концов сказал папа.
- Спасибо большое!
Я с широкой улыбкой обняла родителей и побежала в свою комнату, чтобы отправить сообщение. Не знаю что из этого получиться, но я буду надеяться на лучшее.
***
Ответ я получила только на следующий день. Тату-мастер написал, что с радостью поможет мне, и сообщил адрес тату-салона, куда я должна прийти на консультацию по поводу эскиза. Я тут же обрадовала родителей, и мы с мамой решили, что пойдём вместе. Поэтому, после последней пары я встретилась с ней на остановке, где мы сразу же сели в автобус.
На счастье, нужный нам тату-салон находился в знакомом маме районе, так что нам не пришлось бродить улицами.
- Волнуешься? - спросила мама когда, по её словам, нам оставалось всего две минуты ходьбы.
- Немного, - честно ответила я.
- Боишься боли?
- Нет, меня волнует сам факт того, что у меня будет тату.
Внутри всё сжималось, и, когда мы подошли к салону, я попыталась успокоиться. Хорошо, что я не успела поесть, а то меня бы точно сейчас тошнило.
- Готова?
- Да, открывай уже.
Мама толкнула дверь, и мы наконец-то попали внутрь. Мой взгляд сразу же упал на парня, который сидел за компьютером.
- Здравствуйте. Вы на сеанс?
- Нет-нет. Я на консультацию, - сообщила я и подошла ближе.
- К кому Вы записывались? Или Вы без записи?
Я судорожно начала перебирать в голове имена, пытаясь вспомнить как же представился парень. Мне было очень неудобно, но у меня действительно вылетело из головы. Но от позора меня спас парень, вышедший к нам из кабинета.
- Это ко мне, - он подошёл к нам и приветливо улыбнулся. - Здравствуйте. Юбин, верно?
- Да.
- Можешь называть меня Ёнгук. Следуй за мной.
Я повернулась к маме, которая уже удобно устроилась на диванчике.
- Я подожду тебя здесь.
Кабинет Ёнгука был небольшим, там было много всего, но захламленным он не выглядел. Мы с Баном сели за стол, где лежало несколько рисунков.
- Я видел твои шрамы только на фото, но кое-что прикинул на глаз. Тебе что-нибудь из этого нравится?
- Всё, - честно выпалила я. - Рисунки очень красивые.
- Спасибо, конечно, но нам нужно выбрать что-то конкретное, - рассмеялся парень. - Могу я увидеть твои шрамы вживую?
Из четырёх эскизов мне идеально подошёл один. Он был очень нежным и женственным - большие цветы, которые переплетались спиралями и должны были украшать мою ногу от бедра и почти к лодыжке. На нём мы и остановились.
- Будем что-то добавлять, или тебя всё устраивает?
- Мне нравится как есть.
- Почему все мои клиенты не такие, как ты? - Ёнгук мечтательно вздохнул. - На когда тебя записывать?
- А на когда можно?
- Сейчас посмотрим, - Бан открыл блокнот. - Могу выделить тебе пятницу.
Я мысленно перечислила пары, которые будут в пятницу.
- Было бы отлично. У меня всего две пары.
- Тогда, запишу тебя на двенадцать. Успеешь?
- Да.
- Отлично. Жду тебя в пятницу.
***
Два дня пролетели для меня очень быстро. Я даже не поняла, как наступил вечер четверга, поэтому я очень удивилась, когда мама заговорила о сеансе.
- Так когда ты завтра идёшь?
- Куда? - удивлённо спросила я, отрывая взгляд от конспекта.
- В тату-салон. Разве, ты не на завтра записалась?
Я судорожно схватила телефон, чтобы посмотреть какой сегодня день.
- Точно! Я пойду сразу после пар.
Ёнгук дал мне несколько наставлений, поэтому сегодня я легла спать пораньше, а на следующий день перекусила прямо перед сеансом, чтобы не свалиться в обморок.
К моему приходу рабочее место парня было уже полностью готово - всё вокруг стерилизовано и обмотано пищевой плёнкой, на столике лежала тату-машинка, а рядом с ней стояли краски и ещё какие-то бутылочки.
- А мы закончим за сегодня? - поинтересовалась я, пока подсыхал перебитый на ногу рисунок.
- Зависит от тебя, - ответил Бан, разливая краски. - Если будешь хорошо терпеть, то сделаем всё за этот сеанс, а если нет, то разобьём на несколько сеансов. Ну что, начнём?
После стольких операций и проблем с ногой боли я не боялась, но невольно задрожала, когда Ёнгук поднёс машинку к моей коже.
- Так, я не понял, - остановился парень и бросил на меня строгий взгляд. - ты что, хочешь партак?
- Прости-прости. Дай мне секунду.
- Один, - посчитал он и вернул машинку в изначальное положение. - Всё, твоя секунда прошла. Поехали.
Сначала боль была совсем незначительной, но, чем больше времени проходило, тем сильнее жгло кожу. Но я уважала рабочее время Ёнгука, поэтому молча кусала губу, изо всех сил пытаясь не дёргаться. Чтобы отвлечься я сначала разглядывала рисунки на стене. Но на долго их не хватило, поэтому я перевела взгляд на парня. Сегодня на нём была футболка с глубоким вырезом, что позволило мне увидеть его тату. Какое-то время я разглядывала их и так увлеклась, что не сразу заметила, что жужжание машинки прекратилось. Я оторвала взгляд от груди Ёнгука и встретилась с его весёлым взглядом, что очень смутило меня.
- Хочешь, сделаем перерыв?
- А можно?
- Да, конечно. Давай я заклею тебе ногу плёнкой, и мы сможем пойти попить чаю. Или ты предпочитаешь кофе?
- Нет, чай.
- Отлично, потому что кофе закончился ещё во вторник.
- Зачем тогда спрашивал?
- Для приличия. Всё, можешь вставать.
Я с нескрываемым удовольствием перевернулась на спину и свесила затёкшие ноги с кушетки, осторожно опуская их на пол. Лежать несколько часов в одном положении - это вам не хухры-мухры.
В салоне, кроме нас с Ёнгуком, было ещё несколько мастеров, но они сидели в своих кабинетах, поэтому мы спокойно сделали себе чай и развалились на диванчиках.
- Долго ты работаешь тату-мастером?
- Лет шесть, наверное. Но в этом салоне только два года.
- У тебя так много подписчиков в Инстраграме. Клиентов, наверное, тоже очень много.
- Людям нравятся мои работы, поэтому они подписываются на меня, но лишь некоторые из них готовы сделать тату. И я их отлично понимаю. Если у тебя есть тату, то ты либо должен их скрывать, либо терпеть презрение со стороны общества. А, если ты ещё и тату-мастер, то тебе вдвойне сложнее. Приходится скрываться от полиции.
- Поэтому у тебя в профиле другое имя и нет твоих личных фото, - поняла я.
- Я работаю нелегально, - кивнул Бан. - Все мои подписчики знают меня как Бангстера. Я говорю им своё имя только когда они приходят ко мне на консультацию или сеанс, и я понимаю, что могу им довериться.
Наш разговор прервал мужчина, вошедший в салон. Я удивлённо поднялась на ноги, когда поняла кто это.
- Папа? Что ты здесь делаешь?
- Здравствуйте, - он поздоровался с Ёнгуком и повернулся ко мне. - Я просто проходил мимо и решил зайти.
Я бросила на него недоверчивый взгляд. Проходил мимо? Куда же он шёл, что попал в этот закоулок?
- Как идёт работа? Я могу посмотреть?
- Нет! - я быстро отвернулась от папы, чтобы он не смог увидеть мою ногу. - Я не хочу, чтобы ты увидел его сейчас. Потом я покажу вам с мамой уже готовое тату.
- Ладно. Ещё долго? - спросил он Бана.
- Часа три, - ответил парень, посмотрев на мою ногу. - Если Юбин, конечно, захочет закончить сегодня.
Папа перевёл на меня вопросительный взгляд, а я подняла руки в защитном жесте.
- Даже не смотри на меня. Пока что я терплю, а дальше кто знает как пойдёт.
- Ладно, тогда я пойду. Не буду вас отвлекать. Пока, ребёнок. Если будешь поздно возвращаться, то позвони мне. Я за тобой заеду.
- Хорошо. Не забудь покушать, а то мама опять ругаться будет.
- Обязательно.
После того, как папа ушёл, мы с Ёнгуком посидели ещё буквально пять минут и опять вернулись к роботе. Мастер снял плёнку и запустил машинку. Я приготовилась к сильной боли, но, на удивление, уже не было так больно, как до перерыва. То ли это из-за того, что я передохнула от боли, то ли дело в месте, которое парень татуировал.
- О, а сейчас не так уж и больно.
- Не зарекайся. Поверь мне, ты пожалеешь о своих словах когда я доберусь до лодыжки.
- Будет настолько больно?
- У каждого по разному. Кто-то плачет от боли, а кто-то чуть не спит. Но там кожа тонкая, очень близко к кости, поэтому обычно очень больно.
Последующие несколько часов мы провели практически в полной тишине, только изредка перекидываясь словами. Я была бы не прочь поговорить, чтобы хоть немного отвлечься от боли, но Ёнгук был полностью сосредоточен на своей работе, и я не хотела отвлекать его.
- Ты совсем не показывала ногу? - неожиданно спросил парень.
- А? Да. Даже в самое жаркое лето парилась в штанах.
- Я мог бы сказать, что твои шрамы не выглядели так уж уродливо, но у каждого человека своё восприятие красоты и своего тела. Видимо, для тебя они выглядели просто ужасно.
- Знаешь, - серьёзным тоном начала я. - ты наверное первый, кто сказал мне это. Никто до этого не понимал меня. Родители первое время то и делали, что пытались убедить меня в том, что у меня нормальная нога. Одноклассницы тоже однажды мельком увидели её и сказали, что не понимают почему я скрываю её. И я не смогла объяснить им, что для меня это уродство. За столько лет я так и не смогла принять эти шрамы, как часть себя. Поэтому, спасибо, что сказал это. Мне стало намного легче.
- Я просто сказал что думаю, - пожал плечами мастер и выключил машинку. - И мы закончили.
- Уже?! А как же обещанная боль под конец сеанса?
- У тебя нога начала дрожать, поэтому я решил отвлечь тебя разговором. И, судя по всему, у меня это получилось.
- Не просто получилось, а очень хорошо получилось. Я бы даже сказала отлично.
- Хочешь посмотреть в зеркале?
- Конечно.
Ёнгук помог мне спуститься и указал рукой на зеркало. Мне понадобилось сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы подойти к зеркалу и посмотреть на своё отражение. И та девушка, которую я увидела, определённо была мной, но я знала, что это уже не та Я, которая стеснялась своего тела и из-за этого страдала долгие годы. Это была та Я, которая собиралась начать жизнь с чистого листа и теперь жить на полную. Эта Я была готова принять и, что самое главное, полюбить себя и своё тело.
Я поняла, что плачу, только когда услышала испуганный голос Ёнгука:
- Ты чего? Не нравится?
Я поддалась бушующим внутри эмоциям и крепко обняла парня, не зная, как ещё выразить свою благодарность.
- Спасибо. Спасибо тебе большое.
- Пожалуйста. Я очень рад, что тебе нравится.
- Как это может не нравиться? Тату просто невероятное!
Мы стояли, обнявшись, ещё некоторое время, пока Бан не отстранился.
- Нужно закончить с твоей ногой.
Первым делом парень поставил меня у стенки, передвинул ближе ко мне лампу и сфотографировал с разных ракурсов.
- Ты не против, если я выложу твои фото?
- Нет.
- Отлично. Ну, и уход. Смотри, у тебя есть два варианта, как ты можешь ухаживать за татуировкой. Я могу наклеить тебе плёнку, которую нужно носить пять дней, после чего ещё какое-то время промывать с мылом и мазать заживляющей мазью. Или же ты можешь ухаживать по-старинке - каждые 3-4 часа менять пелёнку и, так же, промывать и мазать.
Я недолго думала. Мне совсем не лень ухаживать за тату по второй схеме, но я никак не смогу сделать это в туалете университета или других, не менее грязных, местах.
- Пожалуй, я выберу первый вариант.
Ёнгук кивнул и достал плёнку.
- С ней сложно что-то запороть. Но ты смотри, если будет очень много сукровицы, сними её. Или приди сюда, и я сам сниму. Но это может случиться только сегодня - сегодня ночью. Завтра уже течь не должно.
- Хорошо.
Закончив с плёнкой, Бан потратил ещё несколько минут, чтобы подробнее рассказать мне об уходе и о том, что делать запрещено.
- Даже если не запомнила, ничего страшного. Я дам тебе буклет со всеми указаниями.
Я кивнула, натягивая джинсы и оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что я ничего не забыла.
- Я могу звонить папе, чтобы он за мной заехал?
- Да. А я тогда провожу тебя.
Я не стала спорить. На улице уже довольно-таки темно, и сама я отсюда к главной дороге не выберусь. Я была очень рада, что Ёнгук сам предложил мне это, ведь попросить его я бы скорее всего постеснялась. И, пока он прощался с оставшимися мастерами, я быстро написала папе, что уже закончила.
Нога до сих пульсировала, напоминая о тату, и я всю дорогу прислушивалась к этому приятному ощущению. Оно навеивало лёгкое волнение и какой-то трепет, поэтому я несдержанно улыбалась, в пол-уха слушая Бана. Но, видимо, я была более невнимательной, чем думала, так как совершенно пропустила момент, когда он притих.
- Ты меня слушаешь?
- Прости, - ответила я, стыдясь собственного неуважения. - Я прослушала.
- Я всё ещё помню этот неописуемый восторг от первой татуировки, так что ничего страшного. Я понимаю тебя.
Через несколько мгновений мы завернули за рог, и я увидела главную дорогу. Мы решили подождать моего отца на остановке.
- Папа приедет через несколько минут, поэтому можешь не утруждаться, сидя здесь со мной.
- Всё в порядке. Я вполне могу посидеть с тобой эти несколько минут.
Я кивнула и опять нечаянно залипла, разглядывая виднеющиеся из-под куртки тату. Отвлёк меня знакомый сигнал автомобиля.
- Папа!
Он опустил стекло и выглянул наружу.
- Ёнгук, тебе на какой автобус?
- N37.
- Нам в одну сторону. Садись в машину, мы тебя подвезём.
- Спасибо.
Бан сел на заднее сидение, а я залезла вслед за ним, бросив папе что-то типа «Нога болит». Он лишь кивнул, не став напоминать о том, что впереди тоже достаточно места, чтобы выпрямить ногу.
Ёнгук жил совсем недалеко от салона - всего три автобусные остановки, и мы остановились.
- Ещё раз спасибо, что довезли. Юбин, если что - пиши.
Я кивнула, улыбнувшись парню и получив такую же улыбку в ответ, прежде чем дверцу захлопнули.
Дома я первым делом пошла в свою комнату, чтобы переодеться, о чём и сообщила маме, которая ждала меня у порога, так как уже хотела увидеть тату. И, пока я искала домашние шорты, которые практически никогда не носила, она стояла за дверью и нетерпеливо спрашивала меня долго ли я ещё. Поняв, что покоя мне не дадут, я быстро переоделась и приоткрыла дверь комнаты.
- Иди в гостиную, - сказала я маме, слегка выглядывая из комнаты. - Вы должны увидеть его во всей красе, а не в тёмном коридоре.
Я очень переживала из-за возможной негативной реакции родителей. Они самые дорогие мне люди, поэтому их мнение очень важное для меня. Я нервно хрустнула пальцами и лишь тогда медленно вошла в гостиную.
- Юбин! - удивлённо воскликнула мама, наклоняясь, чтобы внимательно рассмотреть тату. - Это очень красиво.
Папа кивнул, соглашаясь с ней.
- Да. Смотрится отлично. Очень больно было?
Я широко улыбнулась и начала в подробностях рассказывать о своих ощущениях. От сердца прямо отлегло. У меня самые лучшие родители!
- Кушать будешь?
- Дадададада! Я очень голодна.
Пока я поела и закончила с водными процедурами, тату уже немного подтекло, что начинало беспокоить меня. Это совершенно нормально, что выделяется сукровица, но Ёнгук предупреждал, что очень много её быть не должно. Поэтому, я решила отвлечься, делая домашнее задание, но всё равно каждые двадцать минут проверяла ногу.
Где-то через два часа я не выдержала и написала Ёнгуку, прислав фото и спрашивая нормально ли это. Парень позвонил мне и со смехом начал успокаивать. Он убедил меня, что всё хорошо и сказал, что я могу завтра прислать ему фото, чтобы он посмотрел.
Попрощавшись, я отложила телефон и решила лечь спать, чтобы окончательно успокоиться и не доставать парня своей паникой.
***
- Юбин, ты куда?
Я так и застыла на пороге, держась за дверную ручку.
- К Ёнгуку.
- Зачем?
- Так это... Чтобы он посмотрел на тату.
- Но прошло уже два месяца, - мама в недоверии сощурила глаза.
- Вот именно! - я взяла себя в руки. - Тату уже полностью зажило и теперь можно сделать коррекцию, если что-то не так.
Я лгала и не краснела. Тату было в идеальном состоянии, и я знала что никакая коррекция мне пока не нужна.
- Ну ладно, тогда иди.
Я помахала на прощание и выскочила за дверь, пока не задержали. Пронесло. Но чем больше я ходила «на консультацию», тем сильнее мама сомневалась в этом.
- Я к Ёнгуку.
- Я на консультацию.
- Я в тату-салон.
- Нужно сделать коррекцию.
- Нужно сделать фото коррекции.
- Нужно подкорректировать коррекцию.
- Нужно посмотреть удачна ли была корректировка коррекции. Если нет - сделаем коррекцию корректировки коррекции.
Я воспользовалась ступором мамы и убежала, тихо хихикая по пути. Сработало.
Сегодня я впервые вышла на улицу в коротких шортах, поэтому немного волновалась. На остановке и в автобусе на меня откровенно пялились, а пожилые люди громко обсуждали моё тату, не заботясь о том, что я их слышу.
Как я уже говорила, меня не волнует общественное мнение, пока я сама себе нравлюсь, но от этой атмосферы мне было не по себе. Я нервно сжимала пальцами поручень и пыталась абстрагироваться, чтобы не слышать упрёков в свою сторону.
Когда Ёнгук встретил меня на остановке, приветствуя лёгким поцелуем, я нервно улыбнулась и взяла его за руку, ища защиты.
- Это немного сложнее, чем я думала.
- Ты о чём?
Я кивнула на свои ноги, и Бан тут же всё понял и обнял меня за плечи в защитном жесте.
- Ты когда-нибудь жалел, что начал забиваться?
- Пф... Конечно! И даже не единожды. У меня было такое время, когда я только начал забиваться. Я не привык к такому откровенному осуждению со стороны общества, поэтому меня постоянно мучали глупые мысли. «Что я наделал?», «Не нужно было делать тату», «Почему я не стал композитором, как и хотел когда-то?». Это у всех бывает. Тем более в нашей стране. Но ты не беспокойся, ты привыкнешь и перестанешь обращать внимание на тех, кто не понимает тебя и именно поэтому осуждает.
Я остановилась, чтобы благодарно обнять Гука.
- Спасибо. Ты всегда подбираешь нужные слова, чтобы успокоить меня.
- Просто я понимаю тебя, - пожал он плечами и на несколько секунд прикоснулся губами к моему виску.
Мы стояли посреди парка и, наплевав на всех, обнимались.
- Юбин?
Я нехотя оторвалась от Бана, чтобы развернуться и удивлённо застыть. Рядом с нами стояли мои одногруппники и шокировано пялились на мои ноги.
- Привет, ребята, - помахала я, нервно улыбаясь.
- Ты поэтому всё время скрывала свои ноги? - спросила Ына. - Боялась, что мы будем осуждать тебя из-за тату?
Я слегка заторможенно кивнула, а она улыбнулась и крепко обняла меня.
- Глупая. Оно очень красивое. В универ тебя, конечно же, никто в таком виде не пустит, но ты могла бы ходить так с нами гулять. Мы бы поняли тебя.
Остальные закивали, соглашаясь с девушкой, что вызвало у меня широкую улыбку.
- Спасибо, ребята. Я больше не буду скрываться.
Я бросила на Ёнгука короткий взгляд и успела заметить, что он хмуро куда-то смотрит. Я проследила за его взглядом и только теперь увидела взгляд одногруппника, прожигающий мои ноги.
- А это мой парень. Бан Ёнгук, - я сделала шаг назад, уменьшая между нами расстояние. Гук тут же уловил это и собственнически притянул меня за талию к себе.
- Приятно было с вами познакомиться, но нам уже пора.
Я не успела и слова сказать, как Ёнгук уже тащил меня куда-то.
- Ты чего?
- Нет, ну ты видела как он смотрел на твои ноги? - возмущённо спросил парень, иногда оглядываясь назад.
- Так ты ревнуешь? - с улыбкой спросила я.
- Нет. Я всего лишь не хочу, чтобы на тебя так пялились. Только я могу это делать.
- Это и есть ревность, глупый.
Я рассмеялась из-за обиженого вида Ёнгука и, не удержавшись, поцеловала его.
- Знаешь, я сейчас просто счастлива, что решилась сделать тату, - решила поделиться я, так и не прекратив обнимать Бана за шею. - Я получила новую жизнь и парня в придачу.
- Так значит я придача? - сузил он глаза.
- Ага. Аппендикс.
- Ах так, да?
Я с хохотом отстранилась от парня и начала убегать, чтобы меня не убили прямо здесь. Хотя нет, не убьёт. Он же меня любит.
На написание этого фанфика меня вдохновил благотворительный проект Елены Баски «С чистого лица». Именно её тату вы можете лицезреть вверху🤗
Всех с праздником!🌸