24:)
Дженни задумчиво прокручивает локон волос на пальце и слушает болтовню Мингю. Точнее, делает вид, что слушает, ибо все ее мысли заняты сейчас Ким Тэхеном, с которым она столкнулась у порога в их особняк. Он к Айрин приехал, но по ощущениям, будто к ней, потому что таким тяжелым взглядом проводил, что у нее даже коленки дрожали и отказывались идти на свидание с этим болтливым парнем напротив. Но она не сдалась под его непонятным напором, и вину определенно не чувствует. Разве что, перед Мингю, потому что ей совершенно не весело на одной встрече с ним.
— Слушай, — и он, видимо, тоже это осознает, в один момент не сдерживается и пальцами перед ее лицом щелкает. Она вздрагивает и только сейчас замечает, каким этот Мингю необычным бывает, когда не улыбается. Непривычным. — Ты задумалась о вчерашнем чуваке? — такой странный вопрос мигом вселяется в ее сердце и заставляет задержать дыхание.
О каком чуваке? — спрашивает на одном дыхании, а Мингю наконец-то снова усмехается. Но на этот раз как-то... грустно и смиренно (?) — Тот, на которого ты весь вечер пялилась в кафе. За одиннадцатым столиком, в обнимку с брюнеткой, — Мингю не дурак и конечно же заметил, как ее спутница вчера через каждое слова бросала многозначительные взгляды в другую сторону. — Ты ещё здоровалась с ним кивком. — Не понимаю, о чем ты, — мгновенно оправдывается Дженни, но это выходит так жалко и хрипло. Дрожащими руками хватается за ложку и принимается громко смешивать чай с сахаром в миниатюрной чашке с эмблемой этого кафе рядом с библиотекой, куда они решили после обеда зайти. Но из-за ее сомнений и его чрезмерной внимательности теперь вряд ли зайдут.
Своим опровержением ты только что подтвердила мои догадки, — хмыкает Мингю, только что ставший свидетелем самого хуевого оправдания на земле. Черт, она даже врет мило. Действительно жаль, что ей неинтересны отношения с ним и ее сердце, кажется, занято. Но Мингю ещё вчера знал этот риск и ни разу не жалеет, что все равно пригласил ее на встречу. — Это противоречиво и нелогично, — делает она замечание, снова подняв на него острый взгляд. И через несколько секунд зрительного контакта... сдается. Вздыхает шумно. — Неужели так заметно на него смотрела? Паршиво. Ей так, блять, паршиво от осознания того, что любой мог заметить ее вчерашние переглядки с Тэхеном, от того, что Мингю заметил. Верные догадки построил, но все равно на встречу пригласил и не собирается уходить даже с наличием ее легкомысленного поведения. И она тоже не собирается уходить. Что-то держит ее здесь, на душе так умиротворенно становится от его понимания, от того, что он не спешит на нее наезжать, а кажется даже... хочет поддержать? Услышать. Прямо как Дженни Лису.
Рассказывай, что за дела, — не просит, а буквально приказывает Мингю, расслабленно откидывается на кресло и выжидающе смотрит на нее. Уверен, что она расскажет и не будет возмущаться наглости.
Я влюблена в парня своей сестры, — выпаливает так тихо из-за кома в горле, и тут же такую свободу ощущает. Будто шар из ее переживаний наконец лопнул. Ей это нужно было. Нужно было хоть кому-то об этом рассказать, тяжело держать в себе годами, в тайне даже от близких подруг. А тут этот парень из ниоткуда, ничего не знающий о ее жизни и круге общения. Теперь Дженни понимает тот напор Лисы у лестницы.
И вправду, порою болтать по душам с малознакомыми легче, чем с близкими. Наверное, потому что их осуждение менее больнее воспринимается? Дженни не знает. Она лишь ищет в Мингю неожиданную поддержку. И при этом такой эгоисткой себя ощущает, ведь она, по сути, сейчас была вообще-то на свидании с ним...
Оу... ну ладно, — но Мингю не злится, нет, а искренне удивляется и проникаясь ее историей, вперёд поддается. — Давай я закажу ещё одну порцию пиццы и ты мне расскажешь в подробностях? — так по-доброму насмешливо тянет, что у Дженни с концами страх выглядеть алчной дурой перед ним уходит.
Ну не знаю... Ты же меня на свидание пригласил. — И? — казалось бы, он искренне не понимает ее зажатость. — Вряд ли кому-то понравиться слушать любовные рассказы девушки на свидании, — уточняет, нахмурив брови и до крови кусает губы. — И я никогда не любила держать рядом тех, кто мной откровенно заинтересован, — это на самом деле так. Она терпеть не могла все эти френдзоны, как параноик всматривалась на парней из своей компании в страхе увидеть в их глазах интерес. И нет, это не из-за Минхо. А из-за Тэхена. Потому что она сама знает этот липкий, неприятный вкус, когда сохнешь по тому, кто так близко и далеко одновременно. Кому боишься признаться не столько из-за возможного отказа, сколько из-за осознания того, что это кардинально в дальнейшем изменит твою жизнь и круг общения.
— Дженни, ты, конечно, чертовски сногсшибательная и чертовски жаль, что твое сердце уже занято, но... свет клином на тебя не сошёлся, — этот ответ удивляет и возмущает одновременно. И не успевает Дженни требовать объяснения этому наглому замечанию, как улыбка Мингю ещё шире и беззаботнее становится. — Имею в виду, я не настолько проникся романтической симпатией, чтобы это мешало мне услышать твой рассказ поинтереснее, чем любые фэнтези книги с драконами и орками в библиотеке напротив, — и чёрт, он даже успокаивает ее шуткой и примерами с книгами. Не выдержав, Дженни наконец-то тянет уголки губ вверх и впервые за столько времени такую непринуждённость чувствует рядом с кем-то. Чувствует настоящую себя со всеми своими чувствами к Тэхену, открывается, и, так странно... она не ненавистна самой себе. По крайней мере, не так сильно, как в моменты, когда она открывалась только мыслях в одиночку.