Личная и исключительная
Следующее утро радует возвращением отца. Папа выглядит довольным и облегченным — тяжелое дело, ради которого его оторвали от заботы о сыне и заставили приехать в чудный город Подольск, осталось позади. По ходу дела Виктор Анатольевич замечает внезапную пропажу.
— Андрей... Там ключей в дверном замке нет.
Андрей отводит взгляд и вспоминает вчерашний вечер: они с Латой засиделись до позднего вечера и ночи, не заметив, как пролетело время.
"Я еще приду. Обязательно приду", в ушах звучит обещание Латы. А о ключах — ни воспоминания.
— Может, где посеял... Может, завалились куда.
"Ага. В кармане штанов. Ты ж их таки не вернул в дверь после прогулки".
Виктор Анатольевич воспринимает никудышную отмазку с подозрением.
— Андрей, зачем они нужны были тебе? — Не дай бог он выходил куда-то сам! А затем до него постепенно начинает доходить: куча израсходованных пакетиков чая(Ирина Викторовна приходит по делу), чайник на плите, хотя обычно они используют электрический, и.. Андрей умиротворенный. Подозрительно спокойный и расслабленный. Напрашивается вопрос: — Андрей, в квартире кто-то был?
"Ой, пап, только не начинай!"
Папа и не успел начать — кто-то стал вошкаться по ту сторону двери и попасть ключом в замочную скважину.
Виктор Анатольевич изрядно напрягся, но стоило двери открыться, как всего его предубеждения и страхи вмиг разбивает удивленное выражение лица Латы.
— Латочка, — на лице Кисляка-старшего рождается теплейшая улыбка, и он без зазрения совести обнимает ее.
Андрей пересекается взглядом со слегка удивленной Макеевой и кивает ей в знак приветствия — она отвечает ему тем же и машет рукой. Лата свои обещания сдерживает.
После непривычных, но так неожиданно нужных телячьих нежностей с Виктором Анатольевичем, Лата потряхивает пакетом:
— Я тут решила заскочить перед работой, продуктов накупила...
— Лата, ты не обязана... — "помогать, напрягаться, тратить своё время", не успевает досказать Андрей, но тут же оказывается перебитым Латой:
— А если я хочу?
Андрей пожимает плечами и улыбается:
— Против этого я безоружен.
Лата — свет.
Лата смеется с его наспех придуманной шутки, а Андрей вдруг задумывается, какая же у нее прекрасная и светлая улыбка. В нее хочется укутаться. Ее хочется попробовать на вкус, когда она вот тут, нарезает огурец и помидор для салата, рассказывая о грядущих событиях дня и улыбаясь во все 32.
Но единственное, что он может сделать сейчас, так это шепотом промолвить:
— Ты такая солнечная и очаровательна.
Андрей не может описать, насколько Лата заряжает эту квартиру и его бесконечным светом.
Его личная исключительная причина.
Она, кажется, не слышит — или умело делает вид. Девушка продолжает рассказывать о сегодняшних съемках и параллельно нарезает огурец. Лата откусывает его сама и дает попробовать Андрею, приговаривая о том, как вкусно.
Андрей на секунду выпадает из реальности — такого поворота событий он не ожидал, но от огурца не отказывается.
— И правда спелый, — соглашается Андрей и продолжает незатейливую беседу как ни в чем не бывало.
Она возвращается под вечер — после репортажа о съемках нового сериала была пресс-конференция молодой рок-группы об очередном скандале. Она рассказывает об этом с таким запалом, и в тоже время усталостью, что ее хочется сначала заслушаться, а затем укутать и обогреть.
Через несколько минут Андрей приезжает с подносом на коленях, чаем и печеньем. С этого они начинают вечер, который плавно перетекает в ночь долгих и глубоких разговоров.
Лата — теплота.
Они засыпают прямо на неразложенном диване. Андрей уже привычно засыпает сидя, а Лата свернулась около него клубочком и уткнулась носом в предплечье.