Акт 5.
Расстрел словами продолжается. Когда у них закончится обойма? Я смотрю в окно. За окном — медленный мокрый снег. Он падает вбок, создает волны. За окном плывут киты. Молчаливые, тихоходные.
Просыпаясь оттого, что его щёку кто-то облизывает, он открыл глаза, всматриваясь в потолок. Вставать не хотелось, но нужно было. В голове пронеслись мысли о том, что нужно посетить сегодня учёбу. Наруто встал с кровати, попутно гладя свою кошку, посмотрев глазом на свои картины. Хмыкая, Наруто пустил пятёрню в свои волосы, понимая что голова грязная, он закатил глаза. Заплетаясь, и попутно смотря свои рисунки.
Воспоминания нахлынули как волной. Когда ему было возле семи лет, он сидел на кухоньке со своей мамой, та в свою очередь порхала как труженица пчёлка над своим ульем, что-то искала в навесных шкафчиков и успевала ещё следить за готовкой.
За окном шёл спокойно снег, то и делая создавая новое белое покрывало, которое через несколько дней станет серого оттенка. Ночью, блондиностому юнцу не спалось и тот решил сесть на подоконник, понаблюдать за природным явлением. Когда тому не спалось, он всегда поглядывал в окошко. И вот, юному художнику пришла идея нарисовать красивую картину зимы. В ней передавался и холод, и тепло. Очень странное сочетание в пейзаже, но мальцу почему-то казалось, что это очень красиво. От этого, детские голубые глаза очень блестели, Кушина когда всё приготовила, и поставила всё остывать, подошла за спину своего чада, и, взглянула на его рисунок. Улыбнувшись, старшая Узумаки потрепала золотистые патли, Наруто же повернул голову к маме, и тоже заулыбался от ухо до ухо.
– Мам, а когда мы пойдём гулять? – поинтересовался мальчик, смотря в окошко. Младший Узумаки уже предполагал, что его друзья вовсю гуляют, играют снежки и лепят снеговика, который простоит до конца зима, а уже к весне начнёт таить. А их родители стояли в сторонке и болтали о своём. Они тогда ещё не жили в сталице Японии.
– Скоро, только дай мне только собраться, – женский голос добрался с родительской комнаты. Кушина в свою очередь наряжалась словно на какой-то праздник, и в такие минуты, её маленькое чудо сидел возле неё и, наблюдал за всем процессом.
– Сынуля, а давай мы тебя с папой в художественный колледж отдадим? – серые глаза посмотрели через большое зеркало на мальчика. В свою очередь мальчишка согласно кивнул головой.
И после воспоминания о детстве стёрлись, будто по ним художник прошёл ластиком по той линии которая ему показалось не правильной, или же не красивой. Блондин только помним то, что когда ему исполнилось десять лет, всё семейство переехало в Токио, и уже в этом городе он завёл себе новых друзей, стал по новому учиться в художественной школе, а учился он на дому, потому что он не хотел посещать школьное заведения. Родители Наруто могли такое себе позволить. Они очень сильно любили своё маленькое солнышко.
«Мам, пап, во что я превратился? Я ли это?» пронеслось спокойным голосом в светлой голове, когда парень одевался в училище. Он учился на психолога, и как назло в его группе учился сам Учиха Саске и его бывшая Сакура Харуна, а с той розоволосой бестией, была её лучшая подружка Ино. Напялив на себя чёрную водолазку, которая была его больше в двое, он посмотрел на себя в зеркало, выдыхая. Переделав пучок, он взял ремень, и сквозь петли на джинсах продел его. Один штрих, и ремень уже покоился на джинсах. Накинув на себя своё польто, не застёгиваясь, он обул туже обувь, что и тогда, когда шёл за кошкой. Беря шоппер, в котором лежал как всегда его вещи для рисования, он дополнил его несколько тетрадями.
Погладив на прощание кошку, он пообещал после учёбы купить ей миски для воды и еды, и саму еду. Покинув свой очаг, парень не спеша побрёл в самый вниз. Находясь в своих мыслях, парень не заметил как уже оказался на улице, его даже не вывел гул машин, крики детишек из этого состояния. Он побрёл по уже изученной дороге. Руки как всегда находились в карманах пальто, где находились ключи от квартиры, сам телефон и наушники. Смотря себе под ноги, но как-то изворачиваясь от столкновения с людьми, это уже были рефлексы, которые с самых маленьких лет были заложены в него. Остановившись возле дорожного перехода, он стоял среди людей, которые тоже куда-то шли, но он на них не обращал никакого внимания. Светофор загорел зелёным цветом. Зелёненький человек стал двигаться, а цифры менялись скоростью света, пройдя на другую часть улицы, он завернул на левого, теряясь в толпе прохожих.
Спустя двадцати минут, Узумаки остановился возле чёрного забора, в дальнем углу, где находилась курилка, стояли несколько людей и среди них был сам Учиху, который расширил глаза, будто увидел перед собой самого Бога. Сам парень поперхнулся дымом от сигарет. Пустым взглядом посмотрев в сторону подростков, он зашагал на территорию училища, попутно встречаясь со своими одногруппниками. Те в свою очередь раскрывали рты, словно немые. Заходя вовнутрь здания, он пошёл в раздевалку. Зайдя в неё и повесив на свободный крючок свою верхнюю одежду, доставая оттуда свои вещи.
Парень поднялся на третий этаж, заворачивая в левую сторону, его настигла тишина, но отголоски доходили до него, но ему сейчас самое главное, чтобы возле него никто не крутился, не смотрел на него. Пройдя чуть дальше, он сел на подоконник, доставая свой скетчбук с красной и чёрной ручкой. Наруто посмотрел в окно, открылся вид на район и на дорогу. Дорога была как всегда заполнена машинами и автобусами, по тротуару как всегда спешили люди. Отведя свой взгляд от созерцания на улицу, утыкаясь на белые листы, он открыл красную ручку, и стал что-то писать, что сейчас было в его голове.
Очень быстро, но аккуратным почерком он написал стихотворения, отложив ручку в сторону, он взял в руки уже вторую ручку, только уже чёрного цвета. Начав рисовать руки держащие землю, которую обвивал кит. Штрихи очень ровно получались, создавая красивый рисунок, который находился под текстом. Задумка рисунка не так долго времени у художника. Приступая ко второму чистому листу, где он задумал нарисовать тоже кита, но уже умершего. Которого выбросил океан на берег разлагаться до самого его скелета. Начав рисовать берег быстрыми рывками, и когда уже он был нарисован, он приступил к самому крупному. Уделяя каждой детали в рисунки, и покусывая нижнюю губу. С мёртвым китом, для Наруто было некая трудность, каждую детальку он выделял, каждый штрих старался нарисовать. Время на эту деталь в рисунке, заняло приблизительно пятнадцать минут. Уже приступая к мелким деталям - огромный океан, а вдали горы.
Когда Узумаки стал дорисовывать маленькие волны, как в нём отражается свет луны, то его отвлекли от такой мелочи в рисунки чьи-то шаги. Оторвавшись от своих занятий, он посмотрел на человека, который ему помешал.
– Что ты тут забыл? – сухо процедил Наруто, смотря на помещающего. В голубых глазах сразу просеивалась неприязнь к нему и холодность. Этому человеку показалось что вот-вот, и все эти читающие негативные эмоции его убьют напрочь.
– Я и не думал, что ты тут находишься, Наруто, – Сай слегка покраснел, смотря так же в эти грустные, но голубоокие глаза. Подойдя чуть ближе, он посмотрел что тот делает. Рисует, и причём красиво.
– Если хочешь остаться, то только не мешай, – проговорил словно пословицу юноша, дальше уделяя своё внимание рисунку. Сай стоял рядом, затаив дыхание, он смотрел как эти тоненькие пальчики создавали полный шедевр, в котором читалось почему-то боль, страх перед чем-то. Но, он понял, что ему лучше не влезать в это, а то мало ли что может произойти.
Дорисовав мелкие детали, он приступил создавать в некоторых местах тени, заштриховывать, но он больше сделал акцент на ките. Сильно прикусив губу, с неё побежала струйка крови, попадая на рисунок в некоторые места, создавая окровавленные кляксы. Шикнув, он начал рискаться в своём шоппере, обсасывая нижнюю губу, дабы кровь не бежала, и не пачкала его одежду, да и сам подоконник. Не найдя в нём ничего подходящее, он хрустнул пальцем. Посмотрев на протянутую руку, его взгляд зацепился за салфетку, взяв её, он приложил к ране. Благодарно кивнув, он стал собираться в свою аудиторию, в которой должна проходить пара.
– Кстати с кровью ещё красивее, – улыбнувшись, он развернулся и быстрым шагом начал удалятся. Наруто выгнул бровь в недопонимании, открыв свой скетчбук на последнем рисунке, он посмотрел на него. Согласно кивнув головой, словам парня, которого уже не было рядом. Положив свой скетчбук обратно, он спрыгнул с подоконника, не забывая о ручках.
Убрав от губы пропитаю кровью салфетку, он взглянул на неё. Скомкав её в кулак, он ушёл быстрым шагом со своего излюбленного места с первого курса. Если он не поедет кукухой, то он уже будет третьекурсником. Прозвенел звонок на пары. Наруто уже шёл по пустующему коридору в свою аудиторию. Ему если честно наплевать на сколько он опоздает, сейчас самое главное для него не наткнутся на этого бесящего Учиху, который и так будет ему сегодня мозолить глаза.
За пять монут добравшись до нужного кабинета, он постучал в неё. Услышав одобрение, он вошёл во внутрь. Оставаясь возле двери, он пробежался по шокированным одногруппникам, закатывая глаза, он с разрешения прошёл на своё место. Сев возле окна, он достал нужную тетрадь. Открыв её, он записал сегодняшнее число. Покручивая ручку как мельницу, он подбёр другой рукой подбородок, безразлично смотря на профессора который так усердно что-то рассказывал, размахивая руками.
– Человеку нужно бороться за своё душевное здоровье и равновесие, – профессор промолчал, а после дополнил свои слова, надеясь на отклик учеников. – Какие чувства двигают человеком, решившимся на самоубийство? Узумаки?
Светловолосая копна волос, как первовыпавший снег, на который ещё не ступала человеческая нога, показалась сквозь толщи остальных голов, безразлично разглядывая всех, пытаясь уверить себя, что его спросили. Преподаватель с надеждой посмотрел на Узумаки – парень знает ответ на вопрос.
– Чувство вины, в этом случае человек берёт на себя ответственность за происходящее и не готов сотрудничать, идти на контакт, – смотря на мужчину, проговорил юноша сухо и без каких-либо эмоций. Голубые глаза смотрели словно в душу, разглядывая самые потаённые страхи и грехи профессора. После парень снова пробежался по лицам однокурсников и душа стала ликовать, в их глазах читалась зависть, то сразу продолжил поток своих мыслей. – Или чувство обиды, ну обижен на всех, все виноваты и ответственны, что обидели этого человека. Характеризуется ригидностью и инфантильностью, регрессивным поведением; у человека появляется ощущение бессмысленности, никчёмности. – закончив реплику, он сел вновь, чувствуя на себе этот взгляд, который прожигал в нём дырку. Развернувшись, он встретился с ониксовыми глазами.
Профессор тепло улыбнулся Узумаки, его явно радовало, что его ученик на дистанционном обучение, так грамотно формирует свой поток мыслей, красиво складывает каждое предложения. Взяв мел в руки, он стал что-то писать на доске. Ученики увидели, что их преподаватель писать, и они стало записывать всё в тетрадь.
Некоторые пинали балду. Кто-то спал, а кто-то между собой что-то обсуждал. Наруто в свою очередь записывал, что было уже на доске.
Узумаки отличался в аудитории всем. Неформальная внешность, за что его буллили некоторые студенты, но больше всего его бесило то, что он был ниже всех. Он даже помнит прекрасно, когда он был на первом курсе, его по случайности перепутали с девушкой, из-за чего во всём коридоре расходился смех, что доходил до самого первого этажа, проникая в каждую щель, пропитываясь в здание. Но никак не выдавал факторы своего раздражения, и желание поубивать их всех к чертям.
Трель звонка оглушила аудиторию. Радостные, что звонок прозвенел на двадцать минут раньше, все подскочили со своих мест дабы отправиться на первый этаж. Покурить или сходить в столовую, где собирались продавать вкуснейшие булочки. Профессор озадачено глянул на часы и что-то буркнув под нос удалился с конспектом следом за остальными. Наруто остался один из учеников в аудитории, не считая ещё несколько людей, которые высокомерно пялились в его сторону. Не обращая не это внимания, парень глянул в окно, подбирая щёку кулаком. Наблюдая ща природой, как ветер колышет ветки, сшибая с деревьев шишки,
будто-бы из рогатки.
– Ого, не ожидал что наше комнатное растение появится тут, – услышав мерзкий осипший голос над собой, он лениво перевёл свой взгляд на человека, который и так бесил его с первого курса.
– Что тебе надо? Хочешь снова как-то попытаться меня задеть, дабы хоть как-нибудь самоутвердиться, или что? Но если это и так, то увы извини, твои попытки четны, – монотонно проговорил парень, смотря снизу вверх на красноголового. Наруто знал как с такими людьми действовать, знал куда можно нажать, дабы раскрыть их и так кровоточащую рану.
Джуго хотел что-то сказать, но почему-то замолчал и удалился с поля зрения светловолосого. Наруто встал со своего места, но, на его пути появился уже другой человек. Тот в свою очередь смотрел на него таким же взглядом, что и первый. Засмеявшись в своих мыслях, парень хотел как-то проскочить, но ему всё так же мешали пройти. Понимая что это будет трудно, то ему пришлось сесть. Скрещивая ноги, Узумаки упёрся локтём об парту, подпирая одним пальцем свою голову.
– Я тоже не ожидал, что ты ничтожество за этот год появишься в училище. И как тебе на дистанционном обучается? – с усмешкой процедил Учиха, смотря на Наруто. В этих чёрных глазах читалась неприязнь, такая же как и у Учихи старшего, конечно голубоглазый видел его тогда впервые жизни, но всё же в чём-то сходство были. Но помимо неприязни было ещё одна негативная эмоция в его сторону - ненависть.
- Если моя память не ошибается, то тогда в нашу встречи ты говорил со всем по другому. В твоём голосе была частичка сожаления, а в глазах беспокойство. Ты тогда хотел со мной померится раби того, чтобы вновь вонзить мне в нож спину? Или что? Я этого не могу понять. Что тобой правит Учиха? Возможно у тебя есть какие-то психические осложнения? А, Саске? – делая паузу, он смотрел на собеседника, который явно был не рад такому ходу. – Или же ты что-то ото всех скрываешь, что из-за боишься осуждения в свою сторону? Не забывай, что лучше всех из одногруппников, знаю психологию человека очень хорошо, и меня ты никак не сможешь обмануть, как бы ты этого не хотел. – спокойно, как мантру проговорил юноша, отпуская взгляд в ноги Учихи, и усмехаясь своим мыслям.
Саске просто промолчал, смотря на светлую копну волос, в которые так и хотелось запустить пятёрню, чтоб он стонал под ним, моля о большем, дабы он стал его, и только его. Но он чего-то боялся, и в этом Узумаки был прав отчасти. Светлые волосы, которые были как снег, с ярко-голубыми глазами как чистое небо и таким спокойным, миловидным лицом. Учиха сравнивал его с произведениями Пауля Рубенса, знаменитого нидерландского живописца, чьи пейзажи и портреты отдавали яркостью, эстетикой и гармонией. Его тонкие слегка бледные руки, с изящными и ухоженными ногтями. Пушистые ресницы, пухлые губы, аккуратненький вздёрнутый носик. Ах! Саске задыхался! Лишь завидев парня, он умирал, от красоты, от влечения, что он источает. Посвящать бы ему оды! Картины! Музыкальные пьесы! Самые прекрасные строки.
Но, парень скрывал ото всех свою ориентацию. И, из-за этого, он тонет в этой бездне.
И Саске это не нравилось. Сидеть изо дня в день и ждать, смотреть на этот сорняк, что не давал покоя его мыслям, отвлекал от учёбы и успокаивающего хобби – музыка. Он любил петь и свою первую полноценную песню обязательно посвятит Узумаки Наруто.