Моё Пушистое Чудо
Чану жилось прекрасно до того момента пока в его жизни не появилась та самая о которых сочиняют множество поэм, песен и стихов. Та, которая смогла покорить сердце Чана своими глазами, в которых, казалось отражалась вся Вселенная с кучей звёзд в них — самых красивых и ярких звёзд, которые только существуют. Бан был готов на всё, чтобы завоевать тебя, даже на то, чтобы уничтожить свою настоящую сущность.
Она была для него всем миром, и поэтому парень решился на такой отчаянный шаг. Он скупил практически все таблетки у своих знакомых для того, чтобы убрать свой хвост, уши и перестать превращаться в волка. Если последнее он ещё мог контролировать, то хвост и уши никуда не девались даже в человеческом обличии. Да и когда девушка была близка к Чану, его сущность рвалась наружу и он сам не мог понять, почему всё выходит из-под контроля.
Влюбился.
Словно мальчишка — глупо и бесповоротно.
Навсегда.
С каждым разом его состояние ухудшалось: таблетки разрушали весь организм, из-за чего Чан валился с ног, засыпал на парах, его тошнило, а тело ломило из-за непривычного состояния. Но он пытался смириться с тем, что хвоста больше нет, как и ушек, которые так любил трогать Джисон.
— Хён, хватит их пить! — Хан вырывает упаковку из рук старшего и бросает в урну с дальнего расстояния, попадая прямо в цель. — Я не хочу, чтобы ты умер от этого дерьма!
Чан улыбается устало и облокачивается об умывальник, смотря на себя в зеркало, висящее напротив лица: впалые щёки, синяки под глазами и сильная бледность. Чан чувствовал себя крайне хреново, но виду не подавал, стараясь улыбнуться другу.
— Признайся ей, – Хан слегка хлопает по плечу. — Ты ей нравишься, думаю, она примет тебя любым. Тем более, твой хвост всё время тянулся к ней.
Чан вздыхает тяжело и покидает уборную, решив, что последнюю пару можно прогулять, отправившись домой.
* * *
Проходит несколько месяцев, прежде чем Чан возвращается в нормальное состояние. Он практически не появлялся в университете, а девушка постоянно выискивала его своими глазами, а после огорчённо выдыхала, так и не найдя.
Но сегодня нашла. Здорового, улыбчивого и счастливого, который уверенной походкой направлялся прямо к ней. В душе поселяется тёплое чувство от того, что с парнем всё прекрасно и стал он выглядеть куда лучше, чем пару месяцев назад. Душа радуется, а улыбка невольно расползается на женских устах. Но она даже прятать её не хочет: незачем.
— Привет, Т/и, – блондин смущается, отчего кончики его ушей краснеют, а девушка заливается смехом. — Не хочешь сходить куда-нибудь со мной?
Девушка деловито прикладывает пальчик к подбородку, делая задумчивое лицо, а затем вновь улыбается, согласно кивая. А у Чана в внутри ураган творится, он счастлив неимоверно, искренне и сильно.
— Только предупреждаю, — он слегка наклоняется к её уху, шепча, — я не тот, за кого себя выдаю. И сегодня ты узнаешь всё, что я хотел тебе давно рассказать.
Но Т/и не нуждается в объяснениях: Джисон всё сам решил рассказать, ведь кто как не он поможет лучшему другу? и даже наглядно показал, но Чану ведь не стоит говорить то, что его друг давно всё поведал и что у неё дикое желание почесать Бана за его волчьим ушком, увидеть этот нелепый, но такой восхитительно невероятный пушистый хвост?