her majesty

1 января 1790 год.
Вот и прошли два месяца моей свободы. Дом герцога де Турвеля наполнился суетой и волнением. Завтра, 2 января 1790 года, должно было состояться мое бракосочетание с Филиппом 1, графом Орлеанским. Слуги трепетали от волнения, готовя праздничный зал поместья к пышному торжеству. А я, главный гвоздь программы, обходила окрестности своего «дома», прощаясь со всем, к чему так прижилась.
Теперь, моя грусть была обращена на то, что я покидаю свой «дом», а про то, что я покинула свой век когда то, я уже не помнила. Однажды, Мадам Жизель, позвала меня, что бы показать свадебное платье. Наверное, это единственное зрелище, которое так порадовало меня в этот день. Платье из белой тафты, было украшено серебрянкой вышивкой цветов и лоз.
-Я так же попросила, что бы вам сделали шлейф 5 метров длинной, с бриллиантовой вышивкой. -похвасталась мне Мадам Жизель. Вырез у платья, был весьма глубоким, что меня смутило. Но как объяснила мне, моя камеристка, такое было сейчас в моде.
-Так же, к вашему свадебному наряду, вместе с ювелирами, я подобрала вам наборы украшений из бриллиантов и белого золота!-камеристка говорила это так, будто все это, завтра будет одевать она. Одна из служанок, принесла чёрную бархатную шкатулку, которая внутри сияла ювелирным блеском. Неописуемой красоты ожерелье из огромных бриллиантов, в виде лилий с отделкой из белого золота. Сережки были так же украшены бриллиантами, но так же с элементами жемчужин. Не удивительно, что белоснежные шелковые туфли, так же сияли от блеска драгоценностей.
-Готова поклясться, что вы ослепите всех гостей и самого бога на алтаре!-восхищалась Мадам Жизель. Все пророчили мне, что я буду жить как принцесса. Как в сказке, кружиться на балах в пышном платье, примерять разные украшения и не думать не о чем. Жаль только, что я об этом совсем не мечтала. Я всего лишь хотела быть счастливой. И свадебное платье, совсем не ослепило боль моей души.
Праздничный зал поместья же Турвелей, стали украшать белыми розами и лилиями. Праздничный зал сразу стал праздничным! Ведь до торжества, помещение все спрятано за белыми покрывалами. А пыльные зеркала лишь отображают заброшенную атмосферу этого места. Пока я обходила зал, на глаза попался большой женский портрет в полный рост. Красивая женщина с голубыми глазами, чёрными, как крыло ворона волосами. Нежная улыбка алых губ. Женщина стояла в темно синем платье. В волосах блистал жемчуг. Женщина не была похожа на меня, но были какие то схожести. Заметив мой интерес к портрету, одна из служанок отложила украшения и подошла ко мне.
-Кто это?-спросила я служанку.
-Как же Мадмуазель! Вы не узнаете свою матушку?-удивленно уставилась на меня та.
Я покосилась на портрет, пытаясь найти с собой сходство. Да сходства действительно были. Я подошла вплотную к портрету, что бы посмотреть метку в углу полотна.
«1772. Герцогиня Мария Жозефа lll де Турвель»
Если я родилась в 73 году, значит этот портрет был сделан за год, до моего рождения. И за год до её смерти.
-Госпожа же Турвель, была самой красивой женщиной Франции, после дофины Марии Антонии конечно же. -тихо произнесла служанка, завороженно глядя на свою бывшую хозяйку. Думаю она была права. Казалось у моей второй мамы было самое идеальное лицо, фигура и прочее. Вернувшись к себе в комнату, я спросила у Мадам Жизель про герцогиню де Турвель.
-Ваша мать была очень умной и воспитанной. Её почитали в высшем обществе. Её красота была божественной. Госпожа де Турвель была воплощением настоящей леди. И вы, дитя моё, напоминаете всем нам, свою мать. Правда и нотки отца в вас тоже имеются!-подмигнула камеристка. Но к сожалению, больше она мне ничего не сказала. Все в этом доме, не хотели делиться со мной информацией про мою же мать. И это было очень подозрительно.
-Сказать вам откровенно, ваш отец месье де Турвель, запретил называть или вести беседы про Госпожу де Турвель.
-Почему?
-Месье де Турвель очень долго скорбит по своей дорогой супруге, впрочем как и все мы. По этому, что бы не расстраивать своих подданых и самого себя, он не желает слышать ни единого слова про госпожу де Турвель. Тем более зачем ему вспоминать усопшую, если у него на глазах все время есть вы; живое воплощение своей матери!
Я понимала отца. Конечно! Он так не хотел гнаться за прошлым, за тем, чего уже нет и не будет. Но у него росла я. Я становилась похожей на свою мать и это делало его ещё более несчастным. Я тяжело вздохнула. Мне так хотелось радоваться в предвещании свадьбы, (которую я не хотела), но разговор с Мадам Жизель заставил меня задуматься. И такой же задумчивой, я отправилась гулять в сад перед сном. Растения трепетали от легкого, январского ветерка. Не смотря на холод, я одела не самое тёплое платье, и отправилась прощаться с окрестностями своего родного дома. Теперь мне предстоит не часто слушать птичек с утра в саду. А может и предстоит..Только не в этом доме. На удивление этот дом много значил для меня, не смотря на то, что тут Я не родилась и не выросла. Тут я распрощалась с прежней собой. С той, кто любил смотреть сериалы до 5 утра и есть пепперони в Домино пицца. Ведь какие то два месяца назад, я жила спокойно и беспечно, не думая что с каждым следующим днём, я буду ближе к своей свадьбе с незнакомым мне типом.
Обернувшись, чтобы взглянуть на свой родной дом, почти что в последний раз, я присела на скамейку рядом с розовым кустом, который поразил меня своей красотой. Много гофрированных лепестков складывались в чудесный цветок цвета слоновой кости. А январский ветер, доносил до меня, чудесный сладкий аромат. Возле клумбы, на золотой плитке,'были вырезаны слова: «герцогине Марии Жозефе lll. Пусть прекрасный аромат и красота этой розы, будут дарить вам радость, так же, как вы дарите её мне.»
Ну вот опять, имя моей покойной матери! Кому захотелось подарить моей маме розовый куст? Ответ не заставил себя ждать. Уже через секунду, из за куста вышел мой отец вместе с его охотничьим псом Гастоном.
-Милая, вы простудитесь! Быстрее идите в дом.-заботливо сказал отец, подсаживаясь ко мне на скамейку.
-Все в порядке отец. Я пришла полюбоваться на этот розовый куст. Я вижу его из окна каждый день, и мне захотелось вдохнуть прекрасный запах этого цветка!-мечтательно сказала я, краем глаза следя за реакцией отца. Разговор должен был пойти о моей матери. Было видно как он вздохнул, но собрал волю в кулак.
-Вы уже увидели надпись на плитке?
*киваю*
-Значит вы поняли, что это подарок вашей маме.
Это был один из немногих свадебных подарков, что я подарил вашей маме в день венчания. В нашей семье всегда была традиция дарить саженцы цветов перед свадьбой, в знак новой жизни и семейного роста.
Я удивленно вскинула бровь. Значит завтра, Филлип тоже подарит мне розы? Или может кошачью мяту?
-Никогда не слышала о такой традиции. Это очень занимательно, отец.
Мы оба замолчали. Оба уставились смотреть на особняк, только каждый смотрел по своему. Я прощалась, а отец понимал, что в этом старом доме, снова станет не человека меньше. Снова уйдёт тот, кто был ему так дорог.
-Кстати, я не просто так искал вас. Я хотел бы подарить вам это...-сказал отец, доставая из внутреннего кармана, земного камзола, небольшую брошь. В основе был овальный сапфир обделанный жемчугом.
-...это брошь вашей матери. Пусть это будет мой прощальный подарок, который сопроводит вас во взрослую жизнь и будь напоминать о вашей матери и обо мне.-тихо закончил отец. Видно было, что он говорил каждое слово с горечью, и грустью. Бедный старик! Он уже однажды распрощался с любимой женщиной 17 лет назад.
Я принялась подарок отца, и сразу же отвернулась, что бы надеть брошь и что бы отец не видел моих слез. Красивый сапфир сразу же засиял на моей золотистой, меховой накидке.
-Спасибо вам отец! Это так прекрасно! Я буду вечно носить эту брошь. С вашего позволения, я отлучусь в опочивальню.
-Конечно дорогая, вам не надо находиться долго на холоде. К тому же, завтра вас ждёт насыщенный день.-вслед мне сказал отец. Я обняла его, и пошла в сторону дома. А он, так и остался сидеть с псом Гастоном, любоваться окрестностями пригорода.
В доме меня встретила Мадам Жизель. Она до сих пор хлопотала по дому, указывая робкой прислуге куда поставить горшок с лилиями, или где обустроить столик высокопоставленных гостей.
-Мадмуазель де Турвель! Я вас обыскалась! А ну сейчас же идите к себе в комнату и проступайте в вечернему туалету.-грозным голосом воскликнула Мадам. Она продолжала командовать прислугой не обращая внимания на мои дальнейшие действия. А тем временем, я устало поднялась к себе в спальню, и плюхнулась на мягкую перину, лицом в подушку. Жесткий корсет стягивал движения, не давая расслабиться . Краем уха, я услышала как одна из служанок подошла ко мне, что бы разбудить и переодеть. Я поддалась и уже через пару минут, лежала в ночнушке с распущенными волосами, укрываясь пуховым одеялом. Жаль, что «галантный век» не радовал свои поколения отоплением в морозы. По этому, я еле уснула, стуча зубами. Завтра меня ждёт новый день. Новая жизнь.