как будто осень уже наступила
Клен желтеет так, будто желтизна медленно спускается по листьям сверху вниз. Макушка уже даже не золотая, а рыжевато-ржавая, а снизу крона еще по-летнему зеленая. За те два дня, что он не выглядывал в окно, желтизна стекла ниже, но пока не победила. Тополя по соседству выглядят совсем не по-осеннему, зато на липе ни одного зеленого листочка.
Но настроение у него вполне октябрьское. Пасмурная меланхолия с редкими проблесками голубого неба. Потому он и сидит у окна, покусывает кончик ручки и ни на чем не может сосредоточиться. Он собирался написать письмо.
Поговорить с глазу на глаз, конечно, честнее. Но слишком уж трудно. Он несколько раз пытался, но так и не решился сказать, что разлюбил. Она ведь смотрит так доверчиво и ждет только хорошего. А все хорошее уже закончилось.
Поэтому лучше письмом. Можно бы и СМСкой, но это чересчур жестоко. Равнодушно. А он к ней не равнодушен, просто разлюбил. Она хорошая, правда, хорошая. Милая, добрая, забавная, красивая даже. Но не та. Не единственная. Не суженая.
Было лето, любовь была сладкой, как липовый цвет. Но время прошло, и любовь пожухла, как осенние листья. Он не хочет дожидаться, пока она опадет, осыплется сухим шелестящим мусором, оставив лишь голые ветки. Лучше проститься прямо сейчас, пока есть тепло и нежность.
«Прости, я больше тебя не люблю», - пишет он на по-зимнему белом листке бумаги и представляет, как у нее наливаются слезами глаза, и краснеет кончик носа. И не чувствует ничего, кроме вины и жалости. Он не хочет делать ей больно, но лето уже пролетело, и вот-вот закончится осень. Если ждать, будет только хуже. Он вкладывает листок в конверт.
Холодный октябрьский дождик за окном плачет ее слезами.