Берегись смерти

Собеседование проходило в особняке на окраине города, вдали от любопытных взглядов. Бригада вооруженных телохранителей и прислуги были приставлены к особняку, чтобы обеспечить безопасность. В самом помещении обстановка была минималистичной, а свет приглушённый в целях безопасности. Несколько человек в темных костюмах сидели за столом, молча осматривали друг друга, их лица не выдавали никаких эмоций.

—Мы слышали, в ночном клубе убили босса Ксавье, — говорит отец, глядя на меня.

Блядство. Этот старик сам вынудил убить его. Споил девушку и я решил расправиться с ним. Я сидел напротив отца, хмуро смотря на него в ответ. Знал, что этот разговор о Ксавье должен был последовать, но надеялся, что этого не произойдёт.

—Я знаю, — сказал я коротко, не сводя взгляда с отца.

Он казался напряжённым, нахмуренный от своих мыслей. С силой положил руки на стол, наклонив голову в мою сторону.

—И как это произошло? — спросил он холодно.

—А главное, зачем? — задался вопросом Д'Алесандро.

Я смотрю в его сторону, он в ответ и хмурится.

Старый друг детства отца и его правая рука. 

Мои руки сжались в два крепких кулака, а пальцы непроизвольно сжимали воздух, желая что-то сломать. Этот вечер обещал быть долгим и я не мог дождаться, когда смогу наконец уйти из этого душного здания мафии.

В комнате царила напряжённая тишина и тяжёлое молчание. Каждое слово, произнесённое моим отцом и остальными членами круга, казалось, эхом отдавалось в моей голове.

—Обычная случайность, — делаю глоток холодной воды. — Ксавье споил девушку и решил действовать по своему плану.

В его глазах блеснуло незыблемое неодобрение. Он медленно крутил в руках ручку, постукивая ею по столу.

—Эта «случайность» стала серьезной проблемой, — говорил он. От его тона веяло холодом. — У нас достаточно проблем, а теперь еще и это.

Я сцепил зубы, чувствуя, как злость нарастает внутри меня.

—Позволишь смотреть как он насилует беззащитную девушку? — выгнув бровь, откидываюсь на спинку кресла.

Он пристально посмотрел на меня через стол, казалось его взгляд можно было осязать. В воздухе повисло молчание. Отец медленно вдохнул воздух в легкие, выпустил его через нос, сверля испепеляющем взглядом.

—Ты прав, — потирает переносицу. — Но, что на счёт следов?

—Об этом не беспокойся, мои люди все убрали.

—Что на счет полиции?

—А что она сможет сделать? — он пожимает плечами и понимает, что вопрос был бессмысленный. — Полиция не смеет предоставлять против нас.

—Отлично. С этим разобрались, — тихо пробормотал он себе под нос, прежде чем посмотреть на меня снова, его взгляд был внимательным, а выражение лица бесстрастным. — Что на счёт девушки, которую ты спас?

Я позволил своей памяти восстановить её изображение в моей голове: её карие глаза, сверкавшие в лучах тусклого света, её блестящие темно-ореховые волосы прекрасного оттенка, от которого у меня перехватило дыхание.

—Она в безопасности, — спокойно сказал я, стараясь ничем не выдать свою заинтересованность.

Его брови чуть нахмурились, его реакция указывала на то, что он почувствовал моё спокойствие. Он не спускал с меня взгляд, словно пытался прочесть мои мысли.

—Это все, что на неё известно? — он подался чуть вперёд, сцепив руки в замок на столе. — Она что-то говорила о себе?

—Её имя — Эмилия.

Он замер на секунду, услышав её имя, а потом нахмурился, будто имя что-то отозвалось в его памяти.

—Эмилия... — повторил он медленно. —И ничего больше?

Я пожал плечами, стараясь казаться максимально равнодушным, хотя имя Эмилии все еще звучало в моей голове звонким колоколом.

Отец что-то знает, но что именно? Ему знакомо это имя? В мире множество людей с таким именем. Только если она, ни одна из наших врагов, а такого точно быть не может.

Он молча смотрел на меня, его взгляд казался отстраненным, будто он был в собственных мыслях. Я видел, как он что-то обдумывает, но это была тайна, спрятанная за его непроницаемым лицом.

Я отхлебывал воду из своего стакана, не желая дать понять, что её имя вызвало в моей душе какой-то внутренний отклик. Показывая свою спокойную и незаинтересованную сторону, но образ этой девушки не покидал моей памяти, как она сидела в том клубе, окруженная тенью опасности и понятия не имея, кто этот человек и кто её спаситель.

Отец продолжает смотреть на меня, его взгляд становился все более напряженным, как будто он пытался найти ключ к разгадке, спрятанный в моих глазах. Он был мастером скрывать свои чувства, но я чувствовал, что под этой маской что-то скрывается. И это что-то было связано с Эмилией.

—Ты уверен, что ничего больше? — его голос был тихим, почти обыденным, но в нем ощущалась тяжесть, будто он как-то все же подозревал больше, чем я ему рассказал.

Я снова отпиваю из стакана, не встречая его взгляда. Но внутри меня все как будто встревожено. Эмилия. Эта девушка, которую я встретил в клубе, не была просто случайной встречной. Тень опасности, которая её окружала, оставалась в моей памяти, как что-то неизбежное. Почему она до сих пор не оставила меня? Почему имя её застряло в голове, будоража мысли?

—Это все лишь имя, отец. Ты знаешь, в мире множество Эмилий. Это не может быть связано с чем-то бóльшим, — я говорю это, но мои слова звучат как попытка убедить не только его, но и самого себя.

Отец, не отводя взгляда, делает шаг вперед, как будто он собирается что-то сказать, но в последний момент замирает. Он не торопится, его молчание не является пустым. Он будто обдумывает свои слова, пытаясь решить, стоит ли доверять мне или продолжать держать свои мысли в секрете.

Я чувствую, как его внимание все больше фокусируется на мне, и в этот момент понимаю, что не могу больше скрывать, что именно Эмилия вызывает у меня этот отклик. Он заметил это. И хотя я скрываю свои эмоции, он все равно прочитал меня, как открытую книгу.

Мой внутренний отклик был слишком сильным, чтобы его можно было игнорировать. И я теперь точно знал, что Эмилия в моей жизни — это не случайность.

Но что будет дальше?

***

Как только мы переступили порог клуба, мой взгляд обвел помещение. На танцполе толпа разгоряченных тел двигалось под грохочущие звуки музыки, а воздух наполнился запахом алкоголя и табака.

Впрочем, ничего не поменялось.

С момента инцидента моего клуба, прошло около недели и за это время ни разу не попадалась на глаза моя принцесса.

Моя принцесса?

Господи, Маттео, ты уже с ума сходишь.

Не спорю, она правда похожа на принцессу, но не моя.

Я сделал пару глотков из своего стакана, чувствуя как алкоголь обжигает мне горло. Мои глаза неотрывно следили за людьми в клубе. Все казались расслабленными, беседуя друг с другом, над чем-то смеясь. Даже не подозревая, что за ними может кто-то наблюдать.

—Ты уверен? — голос Кая звучит хрипло, в нем слышится недоверие.

—Да, — я прищуриваюсь, глядя на экран. — Проверял три раза. Ничего.

Эмилия...

Кто же ты такая?

Я пробил её по всем базам, государственных записях, частных архивах, через людей, которые могут найти кого угодно. Даже хакнул аккаунт её подруги Сарры, пусто. Но её просто нет.

Будто она призрак.

Будто её никогда не существовало.

—Может, фальшивые документы? — предлагает друг.

Я качаю головой. Нет. Это не подделка. Это что-то другое.

—Какие документы? Фамилия неизвестна, а девушек с таким именем дохера, — я откидываюсь на спинку кресла, глядя на имя, которое теперь — загадка.

Эмилия.

Кто ты, черт возьми?

Я узнаю все о тебе.

—Чем она тебя так зацепила? — подходит Кай, вглядываясь в монитор ноутбука. — Наш Де Лука влюбился?

Я нахмурился, бросив на него убийственный взгляд. Он знал, где давить, но я не мог позволить себе отвлечься.

Не могу сказать, что я влюблён в неё, ведь ничего о ней не знаю. Лишь её имя. О каких чувствах может идти речь? Любовь с первого взгляда? Мне не дано это понять.

Кай, заметивший моё внимание, усмехнулся в ответ. Он понял, что мне определенно что-то в ней приглянулось. Но я не давал этого признавать, даже ему.

—Заткнись, — прошипел я сквозь зубы.

Он только усмехнулся, будто я только что подтвердил его слова. Кай знает меня лучше всех, прекрасно знал, что я редко позволял чувствам брать верх.

Если бы я еще понимал как это...

Я никогда не любил. Потому что не умел. Отец растил меня в жестокости, уделяя лишь малую часть на отцовскую любовь. Но мне это меньше всего нужно было.

Мама любила меня, даже когда родилась Алессия, родители не перестали давать мне любовь. Спросите, почему тогда я не знаю как любить, будучи с родительской любовью?

Потому что любовь, которую я знал, была не о нежности, а о силе.

Отец учил меня жестокости, потому что в его мире слабость — это смерть. Он мог любить меня по-своему, но эта любовь была суровой, требовательной, похожей на кнут, а не на объятие. Для него забота заключалась в том, чтобы сделать меня сильным, выносливым, готовым к любым ударам.

Мама любила иначе — мягко, тепло, без условий. Она любила меня даже тогда, когда рядом была маленькая Алессия.

Но, может быть, её любовь не смогла пробить стену, которую возвёл отец? Или, возможно, я научился видеть в любви что-то далёкое, ненужное, ненадёжное?

Любовь, которой меня учили, была не про тёплые слова и прикосновения. Она была про долг, про страх разочаровать, про ожидание, что я буду таким, каким меня хотят видеть.

Я не разучился любить, я просто никогда не знал, какой она бывает, когда она свободна от страха и силы.

—Слушай, сделай мне одолжение, — говорит Кай, вырывая меня из моих мыслей.

—Какое еще одолжение, Каллисто? — я выгнув бровь, вглядываясь в его сияющие глаза.

—Найди мне её подружку.

—Наш Каллисто влюбился? — пародирую его же фразой, а на губах расплывается довольная ухмылка.

—Не виляй, дело на миллион.

Я закатываю глаза, но все же помогаю ему с этой девчонкой. Трудов не доставило. Через пару минут, на мониторе высвечивается полная информация о подруги той самой Эмилии. Есть её ФИО, что очень удивляет.

Хм, Эмилия скрывается, а её подружка нет?

Очень интересно.

Никколо Ди Сарра, восемнадцать лет, родилась во Флориде. Переехала в Италию, когда ей было семь месяцев. Учится... неизвестно. Значит, есть ставка на то, что они учатся вместе.

Сарра меня мало интересует, что не сказать о моем друге. Его глаза сияют при виде её фотографии. Вот она, любовь с первого взгляда.

—Может у неё парень есть, — опешил я.

—Проверь.

Сука, я ему личный сталкер?

Ему надо, пусть проверяет.

Кай пристально смотрит на фотографию, будто пытаясь впитать в себя все черты лица девушки. Ощущается, что он полностью очарован Саррой и ему сложно оторвать взгляд от фото.

—К твоему счастью, Кай, — делаю глоток виски, успевши обрадовать с тем, что у девушки парня и вправду нет.

Может быть девушка есть?

Но, ни того, ни другого не было.

Кай не верит своим ушам, когда я говорю эти слова. Он сдерживает дыхание, а его лицо сначала искажает удивление, а потом надежда. Он снова смотрит на экран монитора, будто пытаясь убедиться, что это правда.

—То есть, она... свободна? — произносит он, не веря, что в его руках теперь есть шанс.

Я слегка киваю, наблюдая за ним. Глоток виски дает мне передышку, но внутри все равно остается ощущение пустоты, словно я просто наблюдаю за чьей-то навязчивой мечтой, которую не готов принять.

Это все слишком странно, слишком быстро. Но когда я говорю, что у неё нет парня, он будто просыпается от глубокого состояния гипноза.

—Блять, если она действительно свободна. Я, наверное, не переживу этого, — говорит он, и в его голосе появляются нотки возбуждения, а в глазах искры.

Я не могу не заметить, как его пальцы начинают нервно постукивать по столу. Он обрывает взгляд на фотографии и снова погружается в неё, почти невидимо для себя. Его мысли явно уже далеко, а я остаюсь наблюдателем.

Но вот момент, когда я понимаю: ничего из того, что я скажу, не изменит его настроения. Для него это шанс, шанс, который он будет преследовать. И мне остается только молча наблюдать, как Кай превращается в того, кто теперь будет играть эту игру.

И только я замечаю, что из всего этого — она, Сарра, остается лишь неясной целью для него.

А для меня ты, Эмилия.