Берегись смерти

Выбегаю на выстрел и тут же сталкиваюсь со знакомыми номерами машины. Замечаю Кевина и несколько моих людей, которые направили свои пистолеты, киваю и жестом показываю убрать оружие. Из машины выходит знакомая девичья фигура.

Алессия.

Я узнаю её из тысячи других девушек.

—Маттео! — пищит от радости, подбегая ко мне.

Подхватываю её на руки и кружу в воздухе, от чего заставляю младшую сестру хихикать и ещё крепче ухватиться за меня.

—Дьяволёнок мой, ты что тут делаешь?

Опускаю её на землю, щуря глаза. Алессия была непослушным ребёнком, всегда встревала в неприятности и искала себе приключения на свою задницу.

—Решила в гости приехать. Видимо, ты мне не сильно рад, раз твои рабы направляют на меня свои игрушки, — бормочет себе под нос, от чего заставляет меня расхохотаться.

—Рабы? Не стоит, иначе запрут тебя в подвале, — шепчу ей на ушко и приглашаю в дом.

***

Наблюдаю, как Алессия уплетает вторую порцию своего любимого клубничного пирога, который успела приготовить Лара, и запивает его чаем. Оказывается, Лара знала, что приезжает моя младшая сестричка, решив устроить мне сюрприз. Что ж... Сюрприз удался.

Алессия — красивая, обаятельная девушка с добрым и чутким сердцем. Она отличалась искренностью, всегда оказывала поддержку и помощь тем, кто в этом нуждался, будучи одновременно и нежной, и сильной личностью. У неё была тёплая и приветливая улыбка, которая согревала сердца окружающих. Она старалась делать жизнь окружающих легче и приятнее.

Она не требовательная. Даже самые мелкие мелочи могут задобрить и растопить кусочки льда в её сердце.

Она — сущий маленький дьявол.

Злится, когда ей что-то не нравится, может прочитать свою любимую лекцию: «Как правильно обращаться к младшей Де Лука?»

Поверьте, там вы найдёте путь к её сердцу. Но если вы не книжный мужчина, который ухаживает, дарит цветы и обращается с тобой как с принцессой — она закидает вас тапками. А в худшем — привяжет к стулу и трахнет.

Она — единственная девушка, которую я сильно люблю. Люблю как старший брат свою младшую сестрёнку, готовый пойти на всё ради неё и её прекрасной улыбки.

Мы разговариваем обо всём, как те самые две сплетницы. Мне нравится, что моя девочка так сильно мне доверяет. Скоро она должна перейти на второй курс по юридической специальности. Как оказалось, Алессия отчислилась и решила посвятить себя творчеству.

Не могу сказать, что я не рад за неё. Это её жизнь, и она решает, куда поступать и чем ей заниматься. Кроме проституции — иначе у меня случится сердечный приступ. Алессия любит издеваться надо мной и устраивать свои пранки, что делает это крайне часто.

2 месяца назад

—Алессия! — быстрым шагом поднимаюсь на второй этаж и врываюсь в комнату сестры без стука.

Чертовка умудрилась постирать все мои белые рубашки вместе со своей кофточкой. Замечаю эту нахальную девчонку и подхожу почти вплотную. Она поднимает на меня свои невинные глазки и похлопывает ресничками.

—Правда красиво? — хихикает, от чего внутри бушует гора эмоций. — Твои скудные белые рубашки давно вышли из писка моды! А розовый — популярный цвет.

Мне не трудно купить новые рубашки, деньги не проблема. Но хоть раз можно спрашивать разрешение? В моём гардеробе валялась кофта Кая. Как-то он мне рассказывал, что выиграл эту кофту у одного популярного итальянского певца с его автографом. Все уши прожужжал — хотелось пристрелить.

—Кстати, — протягивает она, а я напрягаюсь от её тона. — Твоя кофта тоже не осталась без внимания!

Сначала до меня не доходит, о какой кофте идёт речь, но стоит ей показать, как мои глаза расширяются от увиденного.

Та самая кофта Кая, но теперь розовая...

Он меня убьёт.

Происходящее время

Именно Алессия показала, как вести себя с девушками, ставя себя в пример. С её слов — мужчина должен быть вежливым, галантным и внимательным по отношению к девушке. Он должен демонстрировать интерес к её мнению и желаниям, быть готовым к компромиссу и открытому общению. Мужчина должен быть нежным и ласковым, делать ей приятные сюрпризы и искренне хвалить её, чтобы она всегда чувствовала себя значимой и любимой.

А вот любовь... Я не нашёл ту самую. Любить я умею только Алессию, ведь она моя сестра, а дарить свою любовь младшей сестре — это одно. А любовь к своей девушке, жене, невесте — совершенно иное.

Иногда мне кажется, что быть одному и трахать шлюх, которым я плачу за секс, — единственное, что мне подходит.

Истинный бабник.

Глупо.

Некрасиво.

Неправильно.

Но кайфово.

Пока общаюсь с этим дьяволёнком, я совсем позабыл, что в моей комнате сейчас спит незнакомая мне девушка, которую я забрал домой из клуба. Алессия ничего об этом не знает. Обычно я не разрешаю девушкам спать у себя в доме, а особенно в моей постели. И я был бы эгоистом, который оставит девушку в беде и даст этому извращенцу воспользоваться ею в своих целях.

—И долго ты пробудешь у меня?

Задаюсь вопросом, делая глоток горячего эспрессо. Ведь насчёт ночёвок меня никто не предупреждал. В любом случае я не против.

—Родители хотя бы знают?

Блондинка допивает свой чай и всматривается своими голубыми, как морская волна, глазами.

—Знают. А вот... — задумывается, пожимая плечами. — На неделю. Можно?

Чувствую себя извергом, который запугал маленькую девочку и теперь спрашивает на каждый свой вопрос моё разрешение.

—Как пожелает моя дорогая сестричка — так и будет, — беру её руку и целую тыльную сторону ладони. Алессия одаривает меня своей счастливой улыбкой, подходит ко мне со спины и обнимает.

Можно было подумать, что мы влюблённая пара, но нет. Я просто сильно люблю свою младшую сестру, готов меняться ради неё в лучшую сторону.

Раньше мы занимались всеми видами преступной деятельности, среди которых продажа наркотических веществ занимала одну из главных позиций.

Мы контролировали большинство ночных заведений города, включая подпольные бары, притоны и казино, где тайно сбывали свою продукцию.

Преступные сообщества отличались жестокой дисциплиной и строгой иерархией внутри системы.

Человек, посягнувший на честь мафии, становился целью для расправы. Мы не останавливались ни перед чем, чтобы защитить интересы своей банды и увеличить прибыль от продажи запрещённых веществ.

4 года назад

Мы сидели в небольшой подсобке в дальнем углу бара, окружённые ящиками и коробками с различными товарами. Между нами стоял круглый стол, усыпанный листками бумаги, на которых были расписаны дела банды.

Я нервно постукивал пальцами по столу, разглядывая лица своих подпольных партнёров.

—Что с сегодняшней партией? — спросил я, бросив взгляд на второго мужчину, которого звали Майк.

—Всё прошло гладко, — ответил он, развалившись на стуле и устало потирая переносицу. — Клаус и парни выполнили свою работу как надо.

Смотрю на Клауса и ловлю его утвердительный кивок.

—Отлично, как обычно, — устало усмехаюсь, откидываясь на спинку стула. — Какая прибыль с этой партии?

—Выручили неплохо. Около шестисот тысяч евро, — Майк бросает взгляд в потолок, будто прикидывая сумму в голове.

—Нормально, — одобрительно хмыкаю, скрестив руки на груди. — Хоть на этом не прогадали. А что с парнями Бруно?

—Они, как всегда, беспокойны. В последнее время с ними слишком много возни.

Слишком, чёрт возьми, много.

—Твари, — зло скриплю зубами. — Мигель всё ещё в розыске?

—Полиция всё ещё у него на хвосте, — покряхтел Майк, поднимаясь со своего места. — Но наши люди следят. Не волнуйся.

Мигель долго и тщательно продумывал план своего предательства, будто знал каждую деталь наперёд. Он общался со своими бывшими друзьями, делая вид, что ничего не происходит, но в его подсознании уже зрел тайный план. Когда представился подходящий момент, Мигель без колебаний сдал чужакам наши тайные места хранения, схемы и людей.

Его предательство стало полной неожиданностью для всех, будто ему промыли мозги до чистого состояния. Мы, работавшие с Мигелем, были разочарованы и ошеломлены: он был своим. Мы доверяли ему, и это доверие оказалось обманом.

—Лучше бы следили как положено, — отмахиваюсь, сжимая и разжимая кулаки. — Мигель слишком много знает. Его нельзя отпускать.

Мы не могли поверить, что человек, который долгие годы делил с нами все беды и победы, способен на такое предательство. Его имя стало проклятием среди мафиози. Мы поклялись найти его и наказать по законам своей системы — любой ценой.

Казалось, Мигель исчез с лица земли. Он словно испарился, растворился где-то там, куда мафия не могла дотянуться своей хваткой. Затаился в тёмных углах города, будто гнилая, трусливая тварь.

Происходящее время

Тогда по городу поползли слухи, что поставщик наркотиков больше не выходит на связь. Бары, казино и подпольные притоны не получали новой порции товара, будто какая-то неведомая сила перекрыла все каналы сбыта. В криминальном мире это означало серьёзные проблемы и туманные перспективы.

Всё произошло слишком стремительно. Наркоторговля в очередной раз ударила не туда, куда надо. В одной из партий оказался опасный наркотик, и люди начали погибать один за другим. Сначала вся вина легла на нас, в город пришли проверяющие, после чего поставки наркотиков взяли под жёсткий контроль. Так мы и оказались перед выбором: либо прекращать эту рискованную игру, либо идти до конца.

Мы утратили огромные суммы денег. Предательство Мигеля затормозило нашу торговлю, а также подброшенный — не наш — наркотик накрыл всё полностью.

И тогда я поклялся, что больше таким дерьмом заниматься не стану.

***

Я замечаю её.

Девушка сонно спускается по лестнице. Её длинные каштановые волосы переливаются на свету, словно шёлк дорогого платья. Они мягко спадают на плечи, обрамляя лицо и придавая ему особую, хрупкую нежность. Оттенок волос кажется тёплым, будто согретым солнечными лучами. Босые ноги тихо ступают по холодной плитке — осторожно, словно по тонкому льду.

Она остановилась у дверного проёма, и мой взгляд столкнулся с её карими глазами — двумя глубокими чёрными омутами, тёмным орехом под осенним солнцем. В них отражалось всё, что происходило вокруг: эмоции, тени, сама обстановка — словно в зеркале.

Она похожа на диснеевскую принцессу.

Белль.

Шатенка походила на маленькое дитя, утонувшее в большой мужской одежде. Моя рубашка слишком широкая и длинная для неё, свисала до колен, делая её ещё более хрупкой, а сонное личико придавало образу трогательную нежность.