Забвение

         Город Престон встретил нас заполненным до отказа залом с распростёртыми объятиями поклонников группы. Как обычно, ребята играли на полную и отдавали всех себя слушателям, ну, а после концертов следовала автограф сессия и вечеринки, вечеринки и ещё раз вечеринки. Queen всегда требовали чего-то экстравагантного на свои приёмы, особенно Фредди, который отличался безграничной фантазией. Мне иногда казалось, что чуть ли не каждодневное веселье заходило слишком далеко, и я всё чаще погружалась в свои мысли, гадая...как бы немного притормозить наших королев. 

     После Саутгемптона я искренне хотела поговорить с Фредди, но Роджер всячески отговаривал меня от этой затеи, мол, придёт время и солист расскажет всё сам. С одной стороны я понимала, что не нужно лезть человеку в душу, а с другой...с того вечера Фредди заметно изменился в своём поведении. Я понимала, что он запутался, но всё равно не решалась спросить о его самочувствии. 

 — Как же ты не видишь, Фредди нужна помощь, — я складывала вещи в чемоданы, пока ударник прихорашивался перед очередным интервью.

 — Ив, я прошу, давай не будем в это лезть, — блондин закатил глаза, — Мы сделаем только хуже. 

 — Родж, но так дальше не может продолжаться, я не могу смотреть на его подавленное состояние, и потом, весёлым и экстравагантным, таким как раньше Меркьюри становится только, когда опрокинет очередной бокал с шампанским, — я с грюком закрыла чемодан.

 — Давай подождём возвращения в Лондон, ладно? Тогда мы будем дома, и сможем нормально поговорить. 

 — Я не хочу и не буду ждать. Если бы ты знал, что дальше будет только хуже, — я опустила глаза, осмысливая последствия гулянок солиста. 

 — Знаю, — тихо ответил Тейлор, надев свою джинсовую куртку. 

 — Что ты имеешь ввиду? — я села на кровать, не отрывая взгляда от спокойного блондина. 

 — Я знаю, что Фредди бисексуален, уже давно знаю...ещё до того как мы начали этот тур. Я не стал тебе говорить, ты ведь как обычно сделала бы из этого огромную проблему.

 — Это и есть проблема! — я повысила голос. 

 — Это его жизнь, и он сам должен выбирать, а мы...как семья, должны принимать и уважать его выбор каким бы он не был, — так же спокойно с нотками строгости в голосе заявил Роджер.

 — Ребят, ну вы идёте? Все уже внизу, — к нам в номер постучал Джон. 

 — Идём, — ответила я басисту. 

 — И да, закрыли тему, — требовательно проговорил ударник и вышел из номера. 

        Я нервно выдохнула и закрыла лицо руками. Если меня всё-таки занесло в этот отрезок времени, может я всё-таки смогу изменить что-то и... Фредди останется с Мэри, и всё будет как раньше. Мы — одна семья, проводим все праздники вместе и радуемся новым свершениям группы. Меня терзала совесть, и в то же время, я чувствовала себя назойливой мухой, что только и капает на мозги Роджеру. Я отчётливо видела, что блондина раздражало моё стремление вмешаться, но я ничего не могла поделать с собой.

***

— Ваше турне набирает невиданных оборотов, и на каждом из ваших концертов вы взрываете публику своим невероятным шедевром из свежего альбома. Богемская Рапсодия стоит во главе A night at the opera, и на сегодняшний день все заядлые меломаны пытаются расшифровать смысл этой композиции. Фредди, вы как автор песни, может, всё-таки откроете правду? — заинтригованная журналистка поднесла микрофон к солисту, а оператор навёл камеру крупным планом только на Меркьюри.

        Я наблюдала за этим интервью с неким подозрением, смотря то на часы, то на ребят. Это было последнее запланированная встреча в Престоне, и я уже не могла дождаться следующего дня, когда мы наконец сядем в самолёт до Лондона. По пути в ресторан, где проходила встреча с прессой, мы с Тейлором не обмолвились ни единым словом. Барабанщик избегал меня взглядом и задумчиво глядел в окно. Это интервью как всегда немного забавляло всю команду, музыкантам в общем-то было интересно отвечать на каверзные вопросы девушки.

 — Ну, дорогуша, вы задали такой вопрос, — солист улыбнулся и стряхнул пепел тлевшей сигареты со штанов, — Конечно же истинный кулинар никогда не раскроет свой секретный ингредиент рецепта, так и наша группа. Мы кулинары музыки, так что мы не открываем своих секретов, ну, а Рапсодия — одна из тех песен, которая заставляет вас фантазировать. 

      На ответ Фредди я довольно покачала головой, ведь солист всегда мог ловко и неординарно обойти любую тему, и ещё больше заинтриговать собеседника. За всё время их разговора, я смотрела лишь на Меркьюри, понимая, что знаю какая участь ему выпала и, возможно, я ничего не смогу с этим сделать.

 Журналистка тепло улыбнулась на реплику солиста и продолжила свой опрос. 

        Интервью уже подходило к концу, да и после нашей утренней ссоры, мне всё меньше хотелось разговаривать с Роджером. Я понимала, что ситуация задела ударника, да и меня начинало немного подташнивать из-за миллиона мыслей в голове. Тянуло на свежий воздух. 

       Я уже выходила из ресторана, как у входа на меня налетел знакомый силуэт. 

 — Простите, не заметил, вы такая хрупкая, — парень схватил меня за плечи, пытаясь удержать. 

 — Тим? — я присмотрелась к молодому человеку. 

 — Да... — бывший солист Smile присмотрелся ко мне, — Ева? Если я не ошибаюсь.

 — Да, правильно, — я удивлённо вскинула брови, а парень, не растерявшись, тут же меня обнял. 

 — Как ты? Давно не виделись!

 — Да, в общем-то неплохо. С ребятами катаюсь, — я скромно пожала плечами, — А ты как?

 — Немного жизнь потрепала после ухода из Smile, иногда даже жалею, что ушёл. Однако, не опускаю руки.

 — Скажу, что ребят тоже жизнь немного встряхнула после твоего ухода. 

 — Сейчас вот, в Престоне остановился. Сегодня в пабе играем, в Angel's Share, если знаешь. 

 — Что-то знакомое.

 — Если у тебя будет свободная минутка, заходи послушать. Буду рад видеть. 

 — Спасибо за приглашение, не обещаю, но постараюсь. Всегда не знаю, какое ещё может подвернуться интервью, — я подмигнула.

 — Ах, совсем забыл, вы же теперь нарасхват, — понимающе ответил Тим. 

 Стаффел хотел добавить что-то ещё, но тут из Вип-зала вышел Брайан с Роджером. Музыканты как всегда спорили о чём-то. 

 — Извини, я спешу, был рад видеть тебя, — Тим поцеловал меня в щёку, а затем поспешил скрыться в общем зале. 

 — Ева, мы уже закончили, — медленно произнёс Мэй. 

 — Кто это был? — непонимающе спросил ударник, ткнув пальцем в уходящую фигуру бывшего солиста Smile. 

Посмотрите, кто заговорил. 

 — Знакомый, — произнесла я и как ни в чём не бывало прошла на выход из помещения. 

 — Знакомые так в щеку не целуют, — сказал ударник, чтобы я это услышала.

 — Класс, Тейлор, давай вдобавок ещё начнём сцены ревности устраивать! — мы вышли на улицу, и я обернулась к блондину. В его глазах читалась раздражённость.

 — Воу, ребят, тише, — между нами встал Брайан. Кудрявый положил руки нам на плечи, — Мы просто устали, потерпите, завтра уже домой. 

 — Материал свежий, думаю надо начать записывать по приезде в Лондон, — из ресторана вышли Джон и Фредди, активно обсуждая свои планы. 

 — Женщина, в последнее время ты ведёшь себя крайне странно. Тебе не кажется, что пора бы наконец заняться своей работой, и не лезть в чужие дела! — не выдержал Роджер и повысил свой голос. 

 — Вы о чем? — ребята застыли в недоумении, так же как и я после услышанного. 

 — Знаешь что, Тейлор, тут ты мне точно не указ! 

 — Нужно знать меру, чтобы с тобой не говорили в таком тоне! И вообще, не забыла из какого дерьма я тебя вытащил?! 

 — Родж, ты перегибаешь, — вмешался Меркьюри.

 — Ничего, Фредди, наш блондин привык, что ему вечно должны особи женского пола, — с этими словами я села в такси. 

 — Ева, подожди, я поеду с тобой, — солист придержал мне дверцу, а затем и сам сел возле меня на заднем сидении.

 — Теперь у тебя будет прекрасная возможность, — послышался нервный голос блондина, и в это время наша машина тронулась с места. В такси я уже не выдержала, и слёзы против воли хлынули по щекам. 

 — Ну-ну, ничего, перебесится, — Фредди крепко меня обнял, — даже для Роджера это было уже слишком. 

      Я ненавижу, когда меня жалеют, я ненавижу это чувство беспомощности и растерянности. Меркьюри успокаивал меня, гладил по голове, но от этого ещё больше хотелось забиться в угол и выть от своей же слабости. 

 — Фредди.

 — Да, дорогая, — солист наклонил голову ко мне. 

 — Не хочешь выпить? — совсем тихо сказала я.

 — Если честно, хотел предложить тебе тоже самое, — улыбнулся парень и убрал прядь моих волос за ухо, — Я знаю отличное местечко. 

       На дворе уже вовсю опустилась кромешная тьма. Мы сделали несколько кругов по городу, а затем наша машина затормозила у неприметного здания. Небольшой ресторанчик светился оранжево-красными неонами. The Mexican — гласила вывеска в форме сомбреро. 

 — Вечер текилы, — подмигнул мне Меркьюри, обняв за плечи. 

 Внутри было пустовато, может потому, что это был вечер четверга, и только к субботнему вечеру начнут подтягиваться любители отдохнуть после тяжёлой рабочей недели. Мы прошли на бар и заказали несколько шотов текилы. 

 — Я правда не совсем помню весь ритуал употребления, — задумчиво сказал Фредди, наблюдая как бармен разливает нам алкоголь. 

 — Чё там пить, мажешь, слизываешь, пьёшь и закусываешь, — ответила я невзначай и солист кинул маленький смешок, прищурив свои глаза, — ща покажу, — улыбнулась я в ответ. 

— Немного цедры лимона вот сюда, — я слегка сжала лимон, отчего несколько капель упало на внешнюю часть кисти руки, — теперь немного соли сюда же, — затем я слегка ударила донышком рюмки по барной стойке, слизала соль и опрокинула шот с текилой, после закусив ломтиком лимона. 

 — Ага, а что ты ещё умеешь? — удивлённо вскинув брови, спросил солист, и мы залились смехом. 

 Спустя несколько часов, разговор становился всё откровеннее, а выпитой текилы всё больше.

 — Порой, это очень трудно оставаться собой, — сказал Фредди, — Я всегда знал, что мы добьёмся успеха, но не думал, как это будет на психологическом уровне. 

 — Знаю, — я подпёрла щеку рукой, уставившись на Меркьюри. 

 — Я рассказал всё Мэри, Ви, — парень пристально посмотрел на меня. 

 — Что? 

 — Я рассказал, что я би, но я всё ещё люблю её как никого в этом мире. Мэри для меня всё, и я не представляю, как сейчас поменяются наши отношения. 

— Как она отреагировала? 

 — Я говорил с ней по телефону, её голос был очень тихим, думаю, Мэри расстроена. Она мне сказала лишь одну фразу: «Нет, Фредди, не думаю, что ты бисексуален, думаю, что ты гей.» 

 — Вам нужно поговорить, — я взяла Меркьюри за руку, — Слышишь, как только мы прилетим в Лондон, вам нужно будет сесть и обсудить это лишь вдвоём. 

 — Спасибо, тебе, — брюнет сжал мою руку. 

 — Прости меня, Фредди, если я вела себя как не подобает другу, Роджер был прав и отговаривал меня, чтобы я тебя не доставала этим и... 

 — Ты и не доставала, ты просто запуталась так же как и я... — улыбнулся парень. 

 — Знаешь, я была в таких компаниях, где залезть мужскому полу в штаны было на раз-два. Сумасшедшие тусы почти до умопомрачения и я вдавалась в разные аферы с своеобразными компаниями. Я жила этой жизнью несколько лет, и это был сущий кошмар, потому что в глубине души я понимала, что эта грязь не для меня.

 — А что потом? — любопытно спросил Меркьюри.

 — А потом я встретила одного замечательного и поистине позитивного и искреннего человека, который своим безудержным стремлением к мечте вдохновил меня жить. Он мастерски играет на фортепиано и грандиозно поёт. А ещё он солирует в одной музыкальной группе, где участниками являются ещё три такие же безбашенные королевские королевы. Фредди, благодаря тебе я профильтровала заново свой внутренний мир и это настолько круто, когда ты говоришь с человеком, который с тобой на одной волне. Я благодарна тебе с первого дня нашего знакомства в пабе. Главное, что ты сам рассказал об этом Мэри, да и признался самому себе, а мы с ребятами и так поймём тебя, мы ведь семья. Ты сильнее, чем ты думаешь, — я улыбнулась сквозь слёзы, и солист вмиг заключил меня в свои объятия. 

 — Извините, но мы уже закрываемся, — к нам подошла хрупкая официантка. 

 — Ну, вот, как всегда на самом интересном месте, — Фредди разочарованно развёл руками. 

          В отель мы возвращались пешком, благо на улицах почти никого не было, и можно было спокойно бродить по ночному городу. Пить с Меркьюри оказывается даже весело, мы орали песни на мосту, под которым ездили машины, и танцевали под собственное же пение. Когда мы всё-таки добрались в отель, на дворе уже светало. 

— Вооот, и тогда я подумал, почему бы не разбавить наш новый альбом ещё одним оперным бриллиантом, — мы буквально ввалились в холл отеля, слегка напугав девушку на рецепции. 

 — Спокойно, это всего лишь мы, — я помахала рецепционистке рукой, на что она в изумлении кивнула. 

 — Ну, и где это мы бродим?! — сзади послышался голос Тейлора, после чего мы обернулись. 

 — О, наша златовласка, — торжественно произнёс Фредди.

 — Я искал вас по всему городу, не спал всю ночь, ждал, где вы шлялись? — блондин сложил руки в боки. 

 — А вот где надо, там и шлялись, — я капризно ответила заплетавшимся языком. 

 — Так, понятно, а ну марш в кровать, — с этими словами ударник подошёл к нам. 

 — Ну да, разбежались, прям вот взяли сразу и пошли, — удивительная энергия проснулась во мне. 

     Толи это желание достать Роджера, то ли обида за весь день всё ещё кричала где-то внутри. Я оступилась и чуть не убилась об одну из ступенек, если бы Тейлор вовремя не ухватил бы меня.

 — Всё, потеряли бойца, — сказал Фредди, а Роджер тут же взял меня на руки. 

 — Ева ещё тот крепкий орешек, — заботливо ответил ударник, неся меня по лестнице вверх, а я обвила его шею руками, — Фредди, прошу, иди спать, вам нужно отдохнуть перед завтрашним вылетом домой, — умоляюще попросил блондин. 

       Доведя солиста до его номера, и проконтролировав его отбой, Роджер занёс меня в наш номер. Парень аккуратно положил меня на кровать и прикрыл одеялом. Я вмиг перехватила его руку и уснула в объятиях ударника. В такие моменты, кажется, так просто быть счастливым.