one.
На город ангелов опустилась ночь, погрузив Голливудские холмы во тьму, а вместе с ней Лос-Анджелес загорался ярким светом сафитов и неоновых ламп. Бары и клубы, концерты и премии, ужины от глянцевых журналов и разные вечеринки – всё это лишь малая часть всех мероприятий в этом городе, которые можно найти. Ночная жизнь здесь заставляла удивляться и немного сходить с ума в хорошем смысле. Да и что может быть круче приватной вечеринки для друзей в коттедже с видом на Бродвей после рабочей недели?
Кендалл дэ Лавер сидела на бежевой софе, отдыхая и общаясь с друзьями. Девушка находилась в той части дома, где музыка была не настолько громкой и где люди были заняты разговорами о работе. Ей определенно стоит поблагодарить свою подругу Ариэль за то, что та ворвалась в её дом, до чертиков напугала, но вытащила на вечеринку. Кендалл несколько месяцев не ходила на вечеринки, которые не касались её работы. Карьера отнимала всё свободное время. Во всяком случае, так она врала своим друзьям... Истинная причина находилась в противоположной части коттеджа в кругу своих друзей и вовсе не подозревала о присутствии дэ Лавер.
― Всё не так плохо, правда? ― Нежные руки Ариэль обвили плечи Кендалл. ― И никаких проблем от присутствия Его Высочества Австралийской задницы, я же говорила.
Девушка усмехнулась:
― Порой мне правда кажется, что у тебя никогда не иссякнет запас кличек. Серьёзно, ты ни разу не назвала его по имени!
― Дорогуша, я креативный директор, чей босс уверен, что креативность нужна во всех сферах жизни. Я не стану звать по имени твоего бывшего, даже если не смогу придумать чего-то стоящего, ведь у меня есть команда из двадцати пяти нестандартно мыслящих ребят.
Немного подумав, Кендалл ловко выскользнула из объятий подруги, поправила блондинистые локоны, достала из сумки пачку сигарет и зажигалку, показав их Ариэль, как бы отвечая на немой вопрос в её глазах. Она открыла стеклянную дверь и вышла на террасу. Опираясь нижней частью спины о перила, Кендалл вытащила одну сигарету и, зажав её между двумя пальцами, постаралась зажечь зажигалку. Та не поддавалась, а пальцы стали трястись от раздражения. Теплая ладонь легла сверху, и блондинка подняла глаза. Шонни – старый друг и хозяин дома и вечеринки – стоял перед ней. Осторожно вытащив из её рук зажигалку, парень легким движением добыл огонь и поднёс его к сигарете Кенни.
― Спасибо.
― Подруга, ты не пробовала медитацию? Или марихуану? Тебе явно стоит расслабить свои нервные клетки. ― Парень усмехнулся.
― Знаешь, меня недавно ассистент записал на занятие по йоге, чтобы я сбросила все свои негативные эмоции. ― Она поднесла сигарету к губам и сделала затяжку. ― Так вот я продержалась там минут тридцать, разозлилась еще сильнее и уволила беднягу.
Шон задорно взглянул на девушку, словно ища в её светло-зелёных глазах доказательства этой истории, а затем хрипло рассмеялся. Какой-то парень просунул свою голову в дверной проём и оповестил хозяина вечеринки, что прибыл курьер с пиццей и выпивкой, которому нужна подпись заказчика.
― Надеюсь, ты в порядке, малышка Кен. Тебе стоит меньше работать, если ты получаешь такой стресс. ― Шон уже был возле двери, когда резко развернулся и за секунды сократил расстояние между ними. Он крепко обнял подругу. ― Я рад, что ты здесь, и скучал.
Кендалл подарила ему тёплую улыбку, а затем отвернулась к виду на Бродвей, докуривая сигарету. Мысли, которые раньше пчелиным роем летали в голове, жаля и кусая, сейчас и вовсе покинули её. Они освободили место для легкой и приятной ностальгии.
― Не хочешь объяснить, что ты здесь забыла?
Плечи блондинки дрогнули, но девушка шумно выдохнула, потушила сигарету о перила и обернулась. Конечно, перед ней стоял Эштон Ирвин. Разве она не могла не узнать его голос, хоть тот и был непривычно грубым? Парень выглядел немного грозно, но бояться было особо нечего, ведь Эштон не причиняет девушкам боль намеренно (разве что иногда, но только по обоюдному согласию).
― Ну же, Кендалл, я вроде задал достаточно простой вопрос. Тебе не нужно кого-то бросать или разбивать чье-то сердце, чтобы ответить. ― Его фразы были пропитаны ядом, как жаль, что ей плевать.
― Серьёзно, Ирвин? Хочешь поговорить о вещах, которые тебя не касаются? Снова? ― Блондинка оттолкнулась от перил и прошла мимо парня. ― Это вечеринка моего друга Шона. Здесь так же есть мои друзья и знакомые. Если бы ты мог включать свою логику, то вполне смог сам до этого додуматься.
Войдя в дом, Кендалл поняла, что встреча с бывшим другом, если она действительно может так его называть даже в своих мыслях, чтобы Эштона не стошнило от отвращения, убило всё настроение. Достав телефон из заднего кармана джинсов, блондинка отправила сообщения Ариэль, заказала такси и, спустившись на первый этаж, оглядела главную гостиную. Возле бара на неё с жалостью смотрела пара глаз. Кристалл, наверное, осталась единственным человеком, который её не ненавидит. Девушка безумно добра и за последние месяцы написала около сотни тысяч «Ты в порядке?» и «Всё хорошо?». Улыбнувшись ей, дэ Лавер постаралась как можно быстрее оказаться на улице. Такси обещало быть по адресу через семь минут, а этого времени достаточно, чтобы наткнуться на пару не самых приятных разговоров.
К двум часам ночи поднялся небольшой холодный ветер, а белый кроп-топ был слишком тонким, чтобы давать хоть немного тепла. Нервно качнув головой, Кендалл взглянула на экран телефона: такси было уже совсем рядом. Она обернулась и посмотрела на террасу, где недавно сидела с Шоном. Ей казалось, что старый друг вернулся туда и она сможет помахать ему рукой на прощание. Но дэ Лавер прожигала пара голубых, как глубины Атлантического океана, глаз. Облокотившись на перила локтями, и сложив пальцы в замок, он стоял в белой рубашке и черных брюках. Ветер развивал его светлые кудряшки, надувал их прямо ему в глаза, но Люк даже не старался их убрать, словно в эту секунду он пропустит что-то более важное.
«И почему я снова должна гадать, что значит этот твой взгляд, Хеммингс?»
