Самурай

  — Забери меня, адрес смс-кой скину.

— Блять, — матерится Тэхён, убирая мобильник в карман джинс, потирая пальцами переносицу, оглядывая своего друга, что по тихой глушит пиво, смотря футбол по плазме в пабе, — мне нужно ехать.

— Принцесса вызывает? — ржёт тот, закидывая в рот сухарики, понимающе моргая, думая о том, как же Самурай скатился до такого? Нянчит вредную девчонку, бегая за ней попятам, — на гражданке не так уж и хорошо живётся, да?

— Завались, — передёргивает плечами, накидывая кожаную куртку, — когда-нибудь я не досчитаюсь одного патрона в пистолете.

За окном ночной Сеул, разбавленный уличными фонарями и диском луны.

Тэхён нервно петляет по Каннам, ища адрес, что ему накалякала Кан.

Какая-то подземная кафешка с двумя бугаями на входе. Кивает, поправляя чёлку пальцами, заходя внутрь заведения, думая, что он немного поспешил с выводами насчёт тихой и спокойной работки.

— А вот и мой парень, — радостно растягивает девушка, поднимаясь из-за столика, когда Тэхён оказывается совсем близко, — Ким Тэхён, — кивает она, ловко притягивая его к себе за ворот куртки, внезапно целуя в губы, но, не позволяя себе углубить поцелуй, отшатывается, беря охренешего Кима под руку, — так что Пак Чимин, завязывай со своими подкатами и продолжай вербовать первокурсниц, меня больше не трогай, — чётко произносит, забирая со стула своё пальто.

Подталкивает Кима в плечо к выходу и негромко шепчет ему, что ей немного жаль, и она всё объяснит позже.

— Что это было? — щурится Тэхён, оказываясь на улице, засовывая руки в карманы кожанки, — вы его так интересно отшили?

— Я замерзла, где твоя машина? — пропускает мимо ушей, застёгивая пальто, вертя головой в разные стороны, — ты же сюда не на такси приехал, правда?

— Нет, — хмыкает, кивком указывая на белую Audi, — пользуетесь мной?

— Разве друзья не должны помогать друг другу? — цокает, невольно касаясь губ кончиками пальцев, припоминая свою небольшую выходку, — забудь.

— А разве мне не полагается за помощь какое-нибудь поощрение? — усмехается, усаживаясь за руль, удивляясь, когда объёкт 02 садится рядом, а не назад, как обычно, — не понравился парень, и вы решили его слить?

— Я просто не хочу быть очередной его звёздочкой в секс-марафоне, даже если бы не спала с ним, то он всё равно сказал бы всем, что да. И он меня раздражает, совсем не в моём вкусе.

— Девушки, — снова усмехается, трогаясь с места, забавляясь своей подопечной, что нервно сжимает в пальцах край своего пальто, — расслабьтесь, ваш вяленький поцелуй меня не задел, — смеётся, видя напряженность, что гуляет по её лицу.

— Как же бесит, — фыркает, разваливаясь на сидении, думая о том, что всё идёт совсем не так. Почему в двадцать лет она не живёт? Попала в клетку своего же разума, лишает себя всех радостей, заперев их глухом сундуке, — я не хочу домой, развлечёшь меня? Мне неспокойно.

— Чтобы снять напряг есть два способа: зал и потрахаться, вам какой больше подходит? — насмешливый голос, и Кан закатывает глаза, кусая губы, оглядывая профиль охранника, очерчивая взглядом его скулы и выпирающий кадык, чувствуя, как тугой узел завязывается внизу живота.

— И что, хочешь мне помочь с этим?

— Ну, я не против повеселиться.

Двое целующихся людей вваливаются в небольшую гостиную, оставляя за собой следы из одежды.

Кан Сонми далеко не моралист и уж точно не приверженец «хороших правил».

Именно поэтому она позволяет Ким Тэхёну стянуть с неё узкую юбку.

Потому что он чертовски хорош!

— Вы точно хотите этого? — горячо дышит ей в шею, не спеша, расстегивая пуговички на шёлковой рубашке, — ох, хотите, — довольно отзывается, когда её руки, расстегивающие ремень его джинс, обхватывают твёрдую плоть.

Кто-то скажет, что так нельзя?

— Меня смущает то, что ты со мной на вы, — тонко тянет она, когда Ким спешно заваливает её на двуспальную кровать в своей комнате, быстро избавляясь от джинс, нависая сверху.

— Значит, затащить меня в постель ничего не смутило, а обращение на «вы» смущает? — смеётся, проводя кончиками пальцев вниз по её животу, касаясь тазовой косточки, мягко её очерчивая, — так мне звать тебя по имени?

— Боже, — больно кусает губы, глубоко вдыхая приятный аромат мужского тела, прикрывая глаза, понимая, что этого у неё давно не было и любое прикосновение вызывает кучу мурашек, заставляя ёжиться и ёрзать от накатившего возбуждения, что пульсирует в висках, — как хочешь...

— Когда хочется не такая колючка, да? — издевается, умело расстегивая свободной рукой застёжку её лифчка, откидывая его на пол, оценивающе разглядывая в полумраке аккуратную грудь, обхватывая её широкой ладонью, чувствуя, как Кан вздрагивает под ним, поддаваясь вперёд, — какая нетерпеливая.

Рывком цепляет её руки между собой и заводит за голову, не позволяя дотрагиваться до себя, несмотря на протесты и жалостливые стоны.

Усмехается, придвигаясь ближе к её лицу, чувствуя насколько ей жарко, касается невесомо губ, обводя языком их контур, и неспешно спускается ниже, обдавая горячим дыханием мягкую кожу, что отзывается мурашками на любое его движение.

Она под ним буквально растекается, сводя от напряжения ноги,.

Доходит губами до резинки белья и решительно оттягивает её ниже, избавляя девушку от ненужной сейчас вещицы свободной рукой.

Она выгибается, цепляясь пальцами за простынь, закусывая губу, чувствуя, как парень грубо придвигает её к себе за бёдра и наваливается сверху, делая первый толчок, продолжая ритмично двигаться, шумно дыша.

Душно. Жарко. В лёгких панически не хватает воздуха, а в глазах звёздочки.

Сонми нетерпеливо извивается под Кимом, громко постанывая, иногда вскрикивая от его несдержанных укусов и шлепков.

Ему нравится жёстко и мягко. Он умело балансирует где-то на грани, подчиняя девушку себе, заставляя её ёрзать от удовольствия, держа всё под своим тотальным контролем.

— Так нечестно, — по-детски хнычет она, пытаясь прикоснуться к Киму, но он снова убирает её руки в сторону, прижимая их к кровати, придвигаясь ближе, играясь с её губами, грубо вдалбливаясь в её бедра, — боже, пожалуйста...

После такого трудно отдышаться. Сонми лежит на кровати, прикрыв ладонями глаза.

Она слышит, как в ванной, куда ушёл Тэ журчит вода.

Что это было? Ну... секс по дружбе. «Сняли напряг» — как сказал Тэхён, чмокнув её в живот, перед тем как уйти в душ.

Не стыдно даже. Для здоровья полезно, всё по обоюдному желанию.

Но с головой у неё точно проблемы, переспать со своим охранником, которого знаешь от силы семь дней — вверх долбанутости.

Он же её бесит, нет? Но венка на его шее чересчур сексуальная, а грубоватый напор слишком возбуждает.

— Иди в душ, — бросает в неё полотенце, чистую футболку и заваливается на кровать, закидывая руки за голову, демонстрируя мускулистое тело, что ещё пятнадцать минут назад вжимало её в кровать, доводя до дрожи, — полегчало?

— М, — фыркает, натягивая футболку, поднимаясь с кровати, забирая полотенце, — вызови мне такси.