Chapter XXII. The twenty-second of November
Собравшись с духом, я постучала в дверь.
Меня охватывал страх и желание сбежать. Но я твердо решила, что сделаю это здесь и сейчас.
Послышался скрип и дверь открылась.
- Дейла? - удивленно спросил он, увидев меня.
- Я хочу поговорить, - твердо ответив, я вошла внутрь.
Ох уж этот запах табака. Мне не хватает никотина, поэтому он так сладостен для меня.
Вдыхая как можно больше, я пыталась успокоить себя.
- Присаживайся, - безразлично произнес он, садясь на диван.
- Зейн, мне очень стыдно перед тобой, - сев на диван, я сразу же начала говорить без остановки, повторяя одни и те же слова. - Не знаю, о чем я думала в тот момент и мне так стыдно. Прошу, прости меня за этот спектакль.
Зейн внимательно слушал меня. Остановившись, чтобы перевести дыхание, я взглянула на него с надеждой на прощение.
- Забудь, - прошептал парень.
- Что? - переспросила.
- Забудь, - повторил он.
Я хотела еще раз извиниться перед ним, но послышался стук в дверь и парень встал с дивана, чтобы посмотреть на непрошеного гостя.
Я последовала за ним, надеясь, что это просто ошиблись дверью.
Но выйдя в коридор, я никого не увидела. Только Зейн стоял с открытой дверью, как бы выпроваживая меня.
- Увидимся, - с улыбкой произнес он.
- Спасибо, - ответила я, скрываясь за дверным проемом.
Все прошло не так, как я себе нафантазировала. Глупая маленькая девочка, которая рассчитывала на то, что он хотя бы обними ее.
О чем я вообще думала? Какая к чёрту надежда? Он не простил меня, это ведь очевидно.
Почувствовав вибрацию телефона, я достала его и прочитала входящее сообщение.
От кого: Луис
Домой. Живо
.
Кто-то сегодня встал не с той ноги. Хотя, кого я обманываю, он уже два года встает не с той ноги. Мне не хочется злить его сильнее, поэтому я направилась сразу домой. Я уверена, что меня ждет долгая лекция, которую я выслушаю, и снова вернусь в комнату, чтобы выплакать все слезы.
***
- Я дома, - крикнув, прошла в гостиную.
Брат сидел на диване, смотря очередные гонки.
Подойдя к нему, села рядом, забирая пульт из его рук.
- Мать звонила, - безразлично сказал он.
- Что она хотела?
- Перечислила деньга на наш счет, - Луи перевел на меня взгляд. - Наша мамочка решила, что нам не помешает кругленькая сумма, - издал смешок, откидывая голову назад.
- Ты разговаривал с ней? - немного опасаясь, спросила я.
Луи прикрыл глаза. Ему было тяжело говорить о ней, но он понимал, что должен.
- Да, - короткий ответ затащил меня удивленно посмотреть на него.
- Лу, - прошептала.
- Она не интересовалась твоим здоровьем, если это ты хотела спросить. Она не интересовалась твоей жизнью, да и моей тоже. Просто рассчиталась за последние два месяца отсутствия, - грубым тоном проговорил Луи.
- Я привыкла.
- Я тоже.
После этого наступило молчание, которое так было нам необходимо.
Наверное, именно эта тема объединяла нас с братом. Общее горе сближает и это тому доказательство.
- Где она сейчас? - поинтересовалась я.
- Я не дал ей договорить, - усмехнулся.
- Почему ты не можешь простить ее?
Парень поднялся с дивана и, потирая затылок, подошел ко мне, сев на пол.
- Ты дала ей шанс, и что получила взамен? Оправдала ли она твои ожидания? Достойна ли она была этого шанса? - он проговорил важное слово, делая между ними небольшую паузу.
Мне хотелось встать и закричать, но его взгляд подавлял эту эмоцию.
- Она достойна этого шанса, Лу, но не достойна моего прощения, - прошептала я, взяв брата за руку.
- В этом мы с тобой и различаемся. Ты наивна, Дейла, - сказав это, он резко убрал свою руку. - Я не прощу ее.
На этом разговор был окончен.
Зайдя в комнату и вытащив из шкафа коробку, я достала дневник.
«22 ноября.
День разбитых надежд и пустых ожиданий».
«Я не успеваю закончить картину. Выступление совсем скоро, а она все еще пылится за шкафом. Возможно, я найду время, чтобы завершить этот пейзаж.
Меня сейчас не беспокоит плохая оценка или же нотации учителя. Я хочу отвлечься».
Вытащив сигарету из кармана, я подожгла ее, вдыхая свежий дым. Мне не хватало этого чувства. Пускай вся комната будет пахнуть никотином, пускай сейчас все медленно рушится. Я хочу рисовать, творить.
Вытащив мольберт и масляные краски, я снова вдохнула ядовитый дым и сделала первый мазок, первый шаг на пути к очередному творению, который ты никогда не увидишь.
