quinquaginta : ερilοgυε
ω Little Mix - These Four Walls
ωωω
Два месяца спустя
- Эстер ? Ты готова ?
- Да, я готова.
- Ты можешь не идти, если тебе слишком тяжело.
- Нет. Я пойду. Я ходила все это время, почему я должна пропустить сегодня.
- Как знаешь.
Наши разговоры с Джеммой такими быстрыми и пустыми фразами продолжается уже ровно два месяца.
Два месяца с тех пор , как Гарри потерял сознание , и его полностью перевели на обслуживание специальных аппаратов.
Какого это, осозновать, что каждый день может быть как самым счастливым в твоей жизни, так самым печальным. Он может выйти из комы, в может умереть прямо в ней, так и не придя в себя.
Мы приходим в больницу каждый день. Каждый день мы ждем чуда, но ничего не происходит : как плохого ,так и хорошего.
Я не помню, чем я занималась все это время, что говорила или ела. Помню только безграничное количество маслей, которые посещали мою голову . Это были воспоминания, приятные моменты, рассуждения о настоящем и предположения о будущем.
Никогда, наверное, за всю мою жизнь я не жила так убито. Мне казалось, что я мертва внутри, а вокруг просто тьма , которая окружает меня и я никак не могу из нее выбраться. Все в Хаттиклифе знали об истории Гарри, все знали, что сейчас в его доме живем мы все вместе : я , Джемма и его родители.
Каждый день мне нужно было выходить на улицу и идти в супермаркет, чтобы купить нам еду, или идти в больницу, чтобы снова услышать от доктора Мортимера его коронную фразу " все стабильно ".
Все стабильно означало полную неопределенность . Это означало что Гарри все еще в коме ,все еще без сознания.
Вокруг меня ходили люди. Они часто смотрели любопытными взглядами, пытаясь заглянуть мне в глаза, чтобы найти там ответц на их вопросы. Хаттиклиф был не очень-то большим городом, и если считать только тот район, где находился университет, то там тем более все были давным-давно наслышаны об этой печальной истории. Мне должно быть все равно , что они подумают, или как посмотрят, но это было не так.
Я ловила на себе каждый их взгляд, кусала губу, как только слышала перешептывание. Чувство вины накрывало меня каждый раз, когда я выходила из дому. Я была уверена, что каждый человек в Хаттиклифе знает все, что я сделала и хочет еще раз мне напомнить, какой удар я нанесла Гарри, и что именно по моей вине он сейчас лежит в коме.
Через некоторое время моя паранойя усилилась , и дала себе слово не выходить за пределы дома. Я готовила еду, убирала - делала любую черную работу, лишь бы только не видеть этих взглядов , поедающих меня.
Родители Гарри тоже ходили вместе с нами в больницу, пусть Джемма разрешала это , скрепя сердце, но все равно полностью запретить она не посмела. Наши отношения с ними были очень закрытыми и не особенно живыми.
Мы говорили лишь на темы, которые интересовали нас в определенную секунду, по типу " Ужин готов " или " Спокойной ночи" .
Мы жили, но мы были мертвыми внутри.
Это был один из самых обычных дней , когда я не предвещала никаких изменений в течении нашей жизни. Я уже перестала задумываться над тем, что произойдет дальше. Слишком много событий переплелись между собой, чтобы я смогла здраво мыслить и принимать решения.
Джемма, я и родители Гарри вместе снова пришли в больницу. Мы как всегда сели на скамью рядом с той палатой , куда нас уже даже не пускали, и уставились на белую стену напротив нас.
Так шло время, и мы даже не замечали его течения. Гарри не показывал признаки жизни, но мы все равно сидели и ждали. Надежда жила во всех нас маленьким , тихим, еле дышащим огоньком.
Как всегда проходил утренний осмотр, после которого доктор Мортимер говорил нам про стабильность и уходил дальше.
Но в этот раз все обернулось совсем по-другому.
Он вышел из палаты и подозвал нас к себе.
- Он очнулся ? - первое, что мы все спросили.
- Нет, он не очнулся ,- доктор Мортимер покачал головой ,- и об этом я с вами хотел бы поговорить. Дело в том, что теперь весь его организм уже полностью сидит на искусственых препаратах и аппарах, которые поддерживают его жизнь. Парализована практически большая часть его организма : почки, конечности и правое полушарие. Если и есть шанс , что он выйдет из комы, то мы не гарантируем вам, что поставим его на ноги. Его болезнь - это путь в никуда . Даже сейчас, держа его на аппаратах мы буквально мучаем весь его организм, и если бы Гарри был в сознании, то он ощущал бы невероятную боль. Неизвестно, сколько он еще пролежит в коме : день, месяц , а может десять лет . Но все это времямы должны будем продолжать измучиватт его организм и вкалывать кортикостероиды, чтобы поддерживать жизнеспособность. Но как только мы отключим его - у эту же секунду его жизнь прекратиться. Организм Гарри Стайлса уже не в состоянии сам себя содержать.
Сегодня ровно два месяца, как он в коме , и за наблюдениями всех анализов , я могу сказать, что мы не продвинулись ни вперед, ни назад. Это и плохо, так как выздоровления не предвидится, но это и хорошо, так как смерть тоже еще не пришла. В связи со всем вышесказаным совет докторов просит вас принять решение : оставляем ли мы Гарри на искусственом содержании , но мы не гарантируем вам , что он сможет вернуться к прежней жизни,если все-таки выйдет из комы. В одном случае из ста он может поправиться, но во всех остальных - это будет растение, за которым придется полностью комплексно ухаживать. Гарри не будет понимать , что происходит с ним , он не будет говорить и мыслить, но будет жить. Физически.
Есть и второй вариант: мы можем отключить Гарри от аппарата, чтобы не мучать его организм больше, но в таком случае он умрет сегодня же к вечеру. Принимайте решение сами. Если что я в своем кабинете.
Доктор Мортимер ушел, оставив нас в полном ступоре в коридоре.
- Я предлагаю отключить ,- сказала Джемма не поднимая взгляда.
В эту секунду я впервые представила мир без Гарри. Мир, где не будет его прекрасных зеленых глаз, где он не сможет поговорить со мной, обнять и поцеловать . Мир, где я больше никогда не смогу сказать его имя вслух и навсегда похороню свое сердце вместе с ним. Жизнь пойдет своим чередом, но я никогда не полюблю никого сильнее, чем Гарри. Он - единственный человек на этой планете, кто вошел в мой мир, и изменил его. Он это я , а я - это он.
Нет его, тогда и нет меня. Жизнь без Гарри не будет называться жизнью. Это будет лишь существование, которое будет отягощять меня с каждым днем все сильнее и сильнее. В конце концов я не выдержу , и сама закончу эту жизнь, так и недождавшись того конца, который подготовила мне природа .
Я содрогнулась от собственных мыслей, когда представила себя с петлей на шее. Я могу это сделать. И я сделаю это , как только Гарри уйдет из этой жизни. Я должна буду уйти вместе с ним.
Этот мир не принял меня в отличии от Гарри. Так почему я должна жить в нем ?
Анна вытирала слезы Джемме, и сама пыталась сдерживать свои.
Она пробормотала :
- Мы должны отпустить Гарри. Мы сделали все, что было в наших силах. Нельзя больше держать неизвестно за что.
Я н слушала их. Я тихо сползала вниз по стенке, широко распахнув глаза.
Как они смеют отказываться от него ? Они все отказываются от него, даже когда его сердце все еще бьется .
- Эстер, мы понимаем, тебе сложно это пережить, но Гарри не будет тем человеком, которым был раньше. Это будет растение. Есть конечно шанс , что он поправиться, но ты же знаешь это один из миллиона, - Дес попытался повлиять на меня.
Джемма спросила :
- Ты согласна с тем, чтобы мы отключили Гарри от аппарата.
Я молчу. Не могу ничего сказать. Моц язык завязан, и кажется я потеряла голос.
Отключить Гарри для меня все равно, что убить Гарри. Как я могу убить того, кого люблю больше жизни ?
Это просто невозможно.
- Эстер, почему ты молчишь? Скажи же что-нибудь ,- взмолилась Джемма.
Что мне ей ответить ? Они все равно отключат его, даже если я скажу нет. Они - его семья, а я для доктора Мортимера абсолютно чужой человек, и с моим мнением он просто не будет считаться.
Они отключат его не смотря ни на что .
Я усмехнулась грустно , и посмотрела на них, но ничего не сказала.
Джемме пожала плечами :
- Молчание знак согласия ? Я говорю, доктору , что мы его отключаем.
Вскоре сам он вышел из своего кабинета и подошел к нам .
- Ну ? Что у вас ? Решили ?
Анна ответила угрюмо :
- Отключайте.
Доктор кивнул и пожал им всем руку. Всем, кроме меня, ведь я ее даже не подала.
- Спасибо за принятое решение. Сейчас мы подготовим отключение.
В этот момент я поняла, что хочу увидеть его. Увидеть хотя бы последний раз ,перед тем , как мы расстанемся навсегда.
Доктор Мортимер уже вошел со свое командой в палату, и я толкая всех вокруг побежала за ними.
Мне кричали , мои руки ламали и просили выйти, но я должна была увидеть его в последний раз.
- Девушка, вам сюда нельзя!
- Я хочу попрощаться с ним ! - кричала я неистовым голосом , сама себя неузнавая.
Вот он, лежит на койке. Это не Гарри. Это не он. Его кудри стали тусклыми, лицо все посинело и опухло от кортикостероидов.
Руки и пальцы высохли, а губы словно исчезли с лица и расстворились в коже.
Глаза его закрыты, но тело все еще теплое.
Я схватила его руку, всю обвитую трубками и игоками.
Слезы капали ему на грудь, а кто-то уже отталкивал меня от него.
Я целовала ему руки и шептала , словно он был в сознании, сейчас здесь,со мной.
- Гарри, мой милый,мой любимый Гарри. Я выполнила все, что ты просил. Твои родители здесь, они все вместе , они любят тебя и пришли ,чтобы исправить ошибки. Я знаю, ты бы простил их, если бы был сейчас с нами.
Я очень люблю тебя, Гарри, я не могу позволить отключить тебя. Ведь тогда я еще раз нанесу тебе удар, как тогда нанесла и сожалею об этом всю свою жизнь . Гарри, жизнь без тебя просто невозможна. Я клянусь, что где бы ты ни был, я пойду за тобой. Я не оставлю тебя , даже если ради этого мне придется уйти из жизни. Я буду всегда рядом.
Господи , как же я люблю тебя . Мир без тебя не будет миром. Как же я смогу жить, зная , что больше никогда не поцелую тебя ?
Гарри, прости меня за все , что я сделала. Ты - любовь всей моей жизни, и никогда, слышишь, я никогда не посмотрю ни на кого другого. Я буду верна тебе, это мой долг. Ты - это мое все, моя жизнь, моя вера. Не покидай же меня! Будь со мной! Почему ты уходишь, если мы оба знаем, что любовь побеждает все на свете? Даже смерть.
Но господи боже...
Я тебя никогда не увижу, я тебя никогда забуду.
Я знаю, возвращаться - плохая примета. Я тебя никогда не увижу.
Заслонивши тебя от смерти, я сижу и думаю : Боже Всевышний, я тебя никогда не увижу.
Мои силы выдохлись и я просто положила голову рядом с его рукой , усевшись на коленях возле его кровати.
Разговоры докторов, их какие-то споры. Я ничего этого не слышала. Только Гарри в моей голове и его образ.
Время шло.
Часы на стене.
Шаги по каменным плиткам.
Шум и вздохи.
И тогда словно гром в моей голове пролетели слова Джеммы:
- Вы..вы отключили ? Он..уже умер ?
- Мы не можем отключить мистера Стайлса от аппарата . Несколько секунд назад , когда пришла эта девушка, он подал первые признаки жизни. Сердцебиение восстановилось.
А я продолжала лежать рядом с ним, схватив его за руку.
Пусть моя жизнь будет его жизнью.
Мне не жалко.
Вот , в окно нам смотрят старинные башни.
Как близко ,оказывается, они были.
Конец.
ωωω