τoωers ( harry styles )

ω One Direction - Fool's Gold

ω One Direction - 18

ω One Direction - Once In A Lifetime

ω One Direction - Night Changes

ωωω

Проходили дни. И наши жизни тоже шли дальше.
Я все таки смогла уговорить Джемму оплатить лечение, и на следующей же неделе перевела на ее кредитку нужную сумму.
Сказать, что после этого я почувствовала сильное облегчение было очень сложно. Наверное, все дело было именно конкретно в наших отношениях с Гарри, которые все никак не могли придти ни в какую сторону. Осознание того факта, что Гарри все еще любит меня, захватывало дух и холодило кровь в жилах.

Но, конечно, я видела в его глазах много боли, которая в виде застывших слез продолжала мучать меня при взгляде на его измученное лицо. Его глаза были словно непроходные дикие зеленые джунгли, где прятались эти прекрасные, но хрупкие кристаллы еще невыплаканых слез.

Было еще несколько новостей с тех пор, как Гарри начал новый курс лечения, и самая основная из них : врачам удалось немного расшевелить его правую руку. О ногах еще речи и не шло, но прогресс был на лицо, что не могло не радовать.
Джемма была очень счастлива за брата, возможно даже счастливее чем он сам за себя.
Доктора пообещали, что если все будет идти хорошо, то уже к воскресенью следующей недели Гарри можно будет перевести на домашнее лечение.

Среди прочих новостей было то, что папа вернулся из Майями и узнал, что я бросила университет. Сначала он довольно сильно рассердился на меня, и даже два дня не отвечал на звонки, но потом сам позвонил и попросил поговорить как взрослые люди, что мы и сделали.
Я постаралась быть спокойной в разговоре с ним и отвечала тихо и размеренным тоном. Мое времянахождение рядом с Гарри добавило мне такую привычку как говорить на тон тише, в отличии от того, как я это делала раньше.

Отец не понимал, что это за Гарри ради которого я потратила родительские 50 тысяч, но очень соболезновал его болезни. Еще он успел порадоваться за маму и ее нового парня, и даже добавил, что им следует собраться как нибудь вчетвером и поужинать вместе.
Я горько усмехнулась на слова папы.
Его жизнь, жизнь мамы находятся уже в той стадии, когда хочется просто жить для себя. Не для работы, не для детей или еще чего-то, а просто для себя.
Они достигли всего, чего хотели. Их жизни сложились так, как они сложились, и изменить ничего нельзя.

В этом я безумно завидовала им.
Моя жизнь только начинает складываться определенным образом, и я не знаю, чем все это может закончиться.

Рано или поздно к каждому человеку приходит словно озарение на все те ошибки, которые он допускал по жизни. Ты смотришь на себя со стороны и видишь всю ту грязь, в которой ты находился.
С каждым днем я ненавидела себя все больше и больше. Я ненавидела себя за все, кем являюсь, за то, как думаю, какие решения принимаю.
Столько слез я еще никогда не выплакивала за всю свою жизнь.
И большую ее часть я выплакала в одну из ночей после того, как было решено перевести Гарри на домашнее лечение.

****

— Гарри! Скажи мне, где твоя сумка с предметами личной гигиены ? Мы должны перевести тебя уже к полудню, а я все не могу собрать вещи ! — Джемма металась по палате, как птица в клетке и подбирала все, что валялось на полу, и засовывала в сумки.

Гарри посмотрел на нее устало, но потом все-таки выдавил из себя улыбку.
Он редко улыбался в посленее время, потому что болезнь сильно вымотала его.

В мою сторону он не улыбался ни разу, а вот с Джеммой это произошло впервые.

— Я не знаю, Джемс, правда. Если бы я мог помочь тебе ее найти, я бы сделал это, ты знаешь, — он шмыгнул носом и повернулся на другой бок.

Тема парализованости его ног была самой больной из всех остальных.
Гарри очень сильно переживал, что нам не удастся вернуть ему ходячее состояние, и он будет жить остальную часть жизни лежа или сидя.
Но мы с Джеммой верили в лучшее, да и доктор пообещал, что все должно идти нормально.

Поэтому вера и надежда держали нас на более позитивной ноте, чем у Гарри.
Без этого наша жизнь могла совсем опуститься в бездну депрессии, но я всеми силами не позволяла этому случится.

Перевезли мы Гарри в его дом ближе к вечеру, так как доктор очень долго объяснял нам, как давать лекарства, как колоть уколы и так далее.

С одной стороны, мне казалось, что все это в принципе не очень-то и сложно, но на практике оказалось просто невероятным.

У нас висело целое расписание того, когда какие таблетки Гарри должен выпить, что он должен сделать в этой половине дня, а что в другой.
Но если говорить в общем, то переезд Гарри домой , конечно, улучшил его состояние.
Он чувствовал себя комфортнее и спокойнее в своем доме на одной из самых тихих улиц Хаттиклифа.

Его дом был крайним, поэтому соседей особых рядом с ним не было, если не считать коттедж милой старушки по фамилии Маус.
Она действительно была похожа на мышь: ее никогда не было слышно, и она была такой серой и очень маленькой.

Дом Гарри, в отличии от ее дома, был довольно большим из красного кирпича с деревянными ставнями на окнах и вьющейся зеленью на стенах.

То ли это был плющ, то ли вьюнок , — я понять не могла, так как совсем не разбиралась в этом.

Также оказалось, что в небольшом саду, окружающего дом, стояла маленькая теплица, где были посажены самые примитивные овощи : помидор и огурец.

Как мне рассказала Джемма, то эта теплица осталась в доме еще от матери, когда они жили здесь все вместе. На мой вопрос, что же с их родителями сейсас, Джемма лишь махнула рукой и сказала :
- Бог им судья.

С тех пор о родителях Гарри и Джеммы мы не говорили совсем.

На второй день пребывания Гарри дома Джемме позвонил ее муж.
Он написал, что ее срочно вызывают по работе в Лондон на пару дней.

Мое сердце забилось в груди с невероятной силой. Что это значит ? Увезет ли она Гарри с собой ? Или , можно, ли мне попросить поухаживать за ним самой . Будет ли это правильно?
Доверяет ли мне Джемма настолько сильно, чтобы оставить нас наедине с Гарри на такой большой срок.

Закончив разговор с мужем, она подошла ко мне и, схватив за руку, увела подальше в угол.

— Эстер, ты будешь жить с Гарри пару дней, что я буду отсутствовать. Пожалуйста, не сделай его состояние хуже.

— Подожди ? — я опешила от волнения , — то есть я мог здесь ночевать?

Обычно, Джемма не разрешала оставаться мне в доме на ночь, и я жила в отелях, а утром приходила сюда.
И эта новая перспектива немного волновала меня.
Я уже давно не оставалась с Гарри так долго наедине.

- Да, конечно. Иначе как ты будешь смотреть за ним ? Он очень чутко спит по ночам, поэтому тебе придется лечь в самой ближней комнате к его. Расписание лечения ты знаешь.
Эстер, я очень надеюсь на тебя. Ведь кроме рас двоих у него никого нет .

- Я знаю , - выдавила из себя я и опустила голову.

- Вот и хорошо. Я буду думать о вас постоянно и буду звонить! - она заглянула мне своим проницательным взглядом прямо в глаза, а потом резко повернулась и поднялась наверх собирать вещи.

К ночи мы остались с Гарри вдвоем.

Я очень волновалась, как все пройдет, ведь это будет совсем не так, как я раньше ночевала у Гарри.
Меня это и пугало, и радовало одновременно. Пугало , потому , что больной человек - это совсем другой человек. С ним могло произойти все , что угодно , и я очень боялась, что не справлюсь.
А радовало то, что я смогу побыть с ним хоть немного наедине и просто посмотреть на его идеальные черты лица, вдохнуть его запах и прикоснуться к его коже.
Ночь обещала быть длинной.

Гарри заснул около десяти вечера, а я еще возилась со своими вещами и ходила по комнате туда-сюда.
Мне было так страшно зайти к нему .

Бессонница , естественно, решила придти ко мне именно в эту волнительную ночь. Я смотрела на луну и звезды и думала о человеке, спящим за стеной от меня.

Гарри.
Это имя такое простое и скучноедля любого другого, но такое родное для меня. Это тепло, которое можно подержать в руках, ощутить его , согреться им.

Слезы снова текут по моим щекам, когда я вспоминаю тот ужасный вечер, когда я нашла его около башен.

Снег засыпал тело Гарри практически полностью, его нос был красным от холода, а руки белыми. Он лежал, уткнувшись в землю с застывшей на лице маской невероятного страдания.

Я помню, как я схватила его за руку, как поднимала его тяжелое тело с земли и пыталась заставить очнуться.
Еще помню, как лихорадочно искала телефон в кармане джинс и сквозь слезы и истерику я кричала в трубку оператору скорой помощи, куда нужно приехать.

Все эти болезненные для моего сердца воспоминания кололи душу.
Я чувствовала, как боль разъедает все внутри меня , и не оставляет места, куда бы она еще не успела пройти.
Я закрываю глаза, пытаясь заснуть, как вдруг слышу голос Гарри среди тишины ночи :
- Джемма! Джемма!

Я сломя голову бегу в его комнату и нахожу его лежащего в постели с распахнутыми глазами.

- Джемма, это ты ? - спросил он ласково.

Я молча подхожу к нему и глажу по голове . Пот выступил на его лбу.
Глаза были , как у преданного щенка, который смотрит на свою маму и ждет, когда она обласкает его.

- Что случилось ? - спрашиваю я также тихо, как и он.

- Мне не спится ,- отвечает Гарри и поворачивается ко мне.
Я беру его голову в свои руки и кладу себе на колени. Гарри уткнулся носом ко мне , и я чувствую на животе его медленное , размеренное дыхание.

Он тихо шепчет :
- Я просто подумал...знаешь, Джемс, я подумал...

Он думает, что я Джемма.
Я не знаю, разубеждать его в этом или нет.
Лучше пусть все останется так..
Я знаю, это эгоистисно, но мне так хочется побыть с ним еще.

- Что ты подумал ? - спрашиваю я , перебирая его кудри в своих пальцах.

- Только не говори Эстер ,хорошо? Не хочу, чтобы она знала.

- Почему ? - я шепчу и смотрю на его лицо : глаза закрыты, а руки лежат на моей талии.
Он обнимает меня.

- Нет,нет, ей ни за что нельзя говорить. Она будет плакать.

Слезы уже наворачиваются в моих-глазах и я руками обнимаю Гарри, поправляя одеяло, чтобы оно накрыло его плечи.

Ему холодно

- Я подумал...что сегодня я умру. Прямо сейчас. Я лежал и думал : вот сейчас я умру. Мне стало страшно, и я позвал тебя. Знаешь, я не думал, что будет так страшно умирать. Я думал, я смелый.
Оказалось,трус.

Я дрожу от слез и стараюсь как можно скорее их убрать, чтобы Гарри ничего не заметил в темноте.
Но рыдания не прекращются. Как же мне больно в этот момент.

- Но ты же не умер. Все хорошо, - я успокаиваю его и глажу по голове.

Сквозь сон он пожимает плечами :
- Может, я умру в следующую ночь. Но знаешь, что ?

- Что ?

- Когда-то я мечтал, что мы умрем с ней в один день. Жаль, что у нас не получится это сделать. Знаешь, я ведь люблю ее. Ты знаешь это?

Он уже разговаривает во сне. Его глаза все также закрыты, а руки колечком окружили мою талию.
Он не отпускает меня.

- Она сделала тебе больно, Гарри , - я плачу ,- за что ты до сих пор любишь ее ?

Он улыбается во сне и качает головой :

- Она моя Эстер...моя Эстер.

_______

7 глав до конца...хнык хнык , мне грустно расставаться с этим фф...хорошо что еще есть семь глав:)

Спасибо вам всем большое Ща такие приятные слова в мой адресс и адресс этого фф!
Вы просто замечательные!! Абсолютно каждый из вас!

Лучи любви!