Глава 6.
Точнее, нет, это не было поцелуем.
Их губы соприкоснулись бы, если бы сейчас в комнату не зашёл Сынчоль.
И не увидел всего этого.
Он оттащил Джошуа с яростным рыком:
- Что ты делаешь?
- Что хочу, то и делаю, - огрызнулся Джошуа, пытаясь вырваться. Но Скупс держал его крепко, а потому сжал только сильнее, если бы Джош не брыкался и не сопротивлялся.
- Сынчоль, тебя не должно здесь быть, - холодно сказал Джонхан. Купс изо всех сил сдерживал слёзы - он готов был заплакать от негодования, ярости и обиды.
Его сердце распалось ещё на тысячу мелких осколков.
- Вы не должны этого делать, - отрезал он. Джош пыхтел где-то впереди лидера, но тот не обращал на это внимания. - Сейчас вы должны спать в своих комнатах.
- А что, если мы любим друг друга? - Поинтересовался Джонхан. - Что ты скажешь?
Скупс застыл. Этого он боялся услышать больше всего.
Неужели, это правда? Джонхан любит Джошуа, а Джошуа - Джонхана?
Нет, не может быть.
На глаза Скупса невольно навернулись слёзы. Но этого не было видно из-за ночного мрака, лунный свет падал на Джонхана.
- Но ты так не скажешь? - Вскинул брови Сынчоль. - Или это правда?..
- Правда, конечно, - огрызнулся Джошуа. Вырваться ему удалось довольно легко, потому что Чоль заметно ослабил хватку.
Несколько секунд, пока Джошуа приходил в себя, все молчали. Когда Джон наконец не нарушил молчание:
- Ладно, он уйдёт, - кивнул Джонхан. - Но если ты продолжишь нам мешать, то... нам придется помешать твоей карьере.
Джонхан улыбнулся. Джошуа вставил свои слова:
- И придется испортить тебе жизнь.
Сынчоль, недолго думая, покинул комнату раньше, чемто сделал сам Джошуа. В его глазах стояли слёзы и текли по щекам всё обильнее.
Началась новая неделя, верно?
Значит, время пришло.
Сынчоль, придя в свою комнату и взяв керамбит, который он прятал в кармане своих домашних штанов, остановился. Он прикидывал, сколько порезов ему сделать.
Пожалуй, 17 достаточно.
Выйдя из своей комнаты, он наткнулся на Мингю.
Тот стоял у стены, скрестив руки на груди и глядя на Скупса, склонив голову. Чолю удалось успеть спрятать нож, пока Гю не заметил.
- Я всё слышал. - Спокойно сказал Мин, глядя на Купса. - Рассказывай.
- Не здесь, - приглушённо ответил Скупс. Он взял Мина за локоть и повёл в туалет.
- Ого, когда это ты последний раз ходил туда, - Вскинул брови Мин, когда они остановились перед дверью.
- Узнаешь, - устало вздохнул Сынчоль, слегка подтолкнув младшего туда. Тот не сопротивлялся.
Зайдя в седьмую кабинку, Сынчоль сел на унитаз, опустив его крышку. Мингю тоже зашёл и закрыл дверь на задвижку. Он встал у двери, скрестив на груди руки.
Чоль долго молчал. Они оба молчали долгое время но, судя по всему, Гю ждал от Купса правды.
- Ты будешь рассказывать, или нет? - Удивился Мингю. Когда Скупс поднял на него глаза, в них стояли крупные слёзы.
- Я люблю Джонхана.
И тут Сынчоль рассказал Мингю всё - от того, как Джон ему нравился, и заканчивая селфхармом. То что он ревнует к Джонхану буквально каждого. То что он не может его разлюбить, хотя пытался уже очень долгое время. С каждым новым рассказом глаза Гю расширялись всё больше. Через час с лишним Скупс закончил свою печальную историю.
К концу повествования у Чоля было мокрое от слёз лицо.
Мингю поддержал его: горячо обнял и сказал ему не отчаиваться, пытался подбодрить изо всех сил, хотя знал, что это либо не поможет, либо Скупсу станет хоть чуть-чуть лучше.
- И что ты будешь делать? - Спросил Мингю осторожно, боясь задеть самую сердцевину боли лидера. Тот молчал и тихо всхлипывал Мингю в грудь, не мог остановиться.
Чувства любви и ревности опять нахлынули на него.
- Я не знаю, - тихо прошептал Сынчоль. Эти двое долго простояли (один простоял, другой просидел) в обнимку, потом Мин тихо попросил:
- Если тебе не трудно, покажи мне свои шрамы.
Сынчоль дрожащими пальцами взял свою одежду и поднял, открывая вид на бледный пресс, покрытый розоватыми шрамами, каждый из которых имел свою собственную историю. Это была семья Сынчоля, эти шрамы мотивировали лидера жить дальше и быть сильным.
Но быть сильным не всегда помогало, учитывая, что Скупс брал и резал себя иногда даже неосознанно.
Главное, что ни на виду у всех.
Мингю нахмурил брови. Рукой он провел по зажитым ранам Сынчоля. И улыбнулся уголком губ. Чоль знал эту улыбочку, знал, что Гю может заиграться.
Именно поэтому Скупсу пришлось убрать его руку, когда она чуть не дошла до паха старшего.
- Зачем тебе Джонхан? - Шёпотом спросил Мингю, насаживаясь на колени страшего. Их тела соприкоснулись, когда Мин задрал собственную одежду и прижался своим голым телом к телу Скупса. При этом Мин делал провокационные движения - слегка поднимался и опускался, поддразнивая старшего.
- Мин...
- Есть же я, - перебил его Гю, сладко улыбнувшись. Его рука скользнула к паху Купса, и он сжал то место.
- Но я люблю другого, - рыкнул Сынчоль еле слышно. Хотя, это ещё не всё, что он мог.
Мингю молчал, даже не шевелился. В конце концов Сынчоль, чтоб не затягивать молчание (хотя он уже это сделал на 30 секунд), устало вздохнул, потирая переносицу:
- Мне нужно выпить.
- Выпить? - Глаза Мингю на лоб полезли. Он ни разу не слышал такого решения от лидера, к тому же при том, что Скупс не пил алкоголь.
Если бы он пил, то рассказал бы Мину об этом, когда изливал душу.
- Да, - спокойно кивнул Скупс. Он не изменил своё решение даже тогда, когда Гю сказал:
- Ты же не пьёшь. Алкоголь - тем более.
- Ну и что, - фыркнул Скупс. Он резко переместил свои руки Мингю на бёдра, посмотрев на младшего. - Слезай.
Мин улыбнулся. Он ещё немного поёрзал на лидере, и только потом уже встал.
Да, Мингю красивый. Даже очень. У него были чёрные волосы, большие губы и черные глаза. У него было очень сексуальное телосложение, он выставлял свой пресс напоказ особенно после тренировок. Его любили много знакомых Скупса, у Гю была хорошая репутация. Но не он - типаж Сынчоля.
Сынчоль любит Джонхана.
И только Джонхана.
Это не обсуждается.
Скупс встал следом за Мингю.
В скором времени они оба вышли из туалета.
- Ты один пойдешь? - Спросил Мингю, когда они оба направились к выходу из общежития.
- Один, - подтвердил Купс.
Мингю улыбнулся ему:
- Ну, тогда увидимся.
Прошло полчаса, к тому времени Чоль вернулся в общежитие и заперся в своей комнате. Он купил две бутылки крепкого, но сомневался, что столько выпьет за один раз.
Он купил две, потому что знал, что другой возможности сходить не представится.
Сев на кровать с бокалом в руке и сгорбившись, Купс открыл соцсети. Джонхан выложил новые фотки. Там он был не один... А с Джошуа. Оба фоткались почти без улыбок, каждое фото набрало уже более пятиста лайков. Сынчоль сжал телефон в руке.
Но он всё ещё надеялся.
Надеялся на светлое будущее.
Выключив телефон, Чоль задумчиво осушил бокал. Он думал о Джонхане. Ему в голову лезли пошлые картинки с ним, он не мог об этом не думать, представлял каждый день. Но мешала Джошуа. И, казалось бы, на горизонте замаячила новая угроза.
Мингю.
Сынчоль бы с удовольствием с ним замутил, если бы не любил Джонхана. Мингю свободен, как предполагал Скупс. Но если вдруг с Джонханом ничего не получится, придётся отпускать, а, быть может, прийти к Мингю за утешением.
Хотя шансы на роман с Джонханом были невелики, и Скупс это понимал. Сжав бокал в правой руке, он в очередной раз прислушался к тому, что происходит за дверью. Тишина. Потом он посмотрел на дисплей своего телефона. Сейчас было восемь вечера.
Почему-то Сынчоль чувствовал, что должно что-то произойти этой ночью.
И это что-то очень плохо обернется для Сынчоля.