he [l.h.]

Не прошло и часа, когда её грудь поднималась и опускалась, словно у перепуганной канарейки, в висках стучала громкая музыка, в то время как руки были крепко стиснуты в кулаки.

— Отпусти, – одинокая слеза скатилась по щеке, в то время, как в стельку пьяный мужчина кусал кожу шеи Глории, всем весом прижав её к стене.

— По-моему, дама сказала отпустить.

Секунда и Лори свободна, а этот тип уже лежал у её ног. Она посмотрела на парня, который спас её. Надежда искрилась в ней.

Но это был не Люк.