fallen angel
Отрывок из тетради Марка
Не буду его больше беспокоить. Меня, наверное, не должно волновать, жив он или нет. Это его личное дело. Я для него никто. И он тоже должен быть никем для меня, лишь одноклассником. Но я так привязался к нему за столь короткий промежуток времени, он стал для меня почти самым близким человеком в мире.
Но, несмотря на все его беспокойства, он всё таки вспомнил, что захватил с собой тетрадь, что лежала в ванной комнате, со стихами. Сейчас он понимал, что зря это сделал, ведь будет весьма неудобно возвращать ее обратно, со словами: "прости, я взял и прочитал". Поэтому он сомневался, читать или нет. В нем бушевало любопытство: хотя бы потому, что Адам, как и он, держал тетрадь. Марк открыл последнюю заполненную страницу и начал читать:
Часто путаю холод со страхом.
Манят, сверкают, пугают каждый раз
Мягкие, теплые, словно писаны маслом,
Льды антарктических,
Одинаковых глаз...
Длинные, светлые волосы в хлам,
Потёртые вещи, тёплые руки,
Проназющий взгляд, сидит по себе сам,
В присутствии громче сердечные стуки.
Бывает, не сходятся чувства и внешность,
Но всё в нём так искренне: речь и движения,
(зачеркнуто и закрашено)
(зачеркнуто и закрашено)
- Что же это значит?..
Марк тревожно затушил сигарету об стекло пепельницы и стремительно спустился вниз, в квартиру, по пути натыкаясь на Джесси.
- Эй, ты чего такой испуганный? - удивленно спросил Джес, когда увидел его обеспокоенный взгляд.
- Ничего, отвянь, - угрюмо хмыкнул он, опуская взгляд по пути в их общую комнату.
- Надо же, какие мы грубые стали, - парень пошёл за ним в комнату и увидел, что Марк снова куда-то собирается.
- Не в настроении любезничать.
- Тебе не надоело шляться, как бомж по помойкам?
- Идиотское сравнение, - Марк застегнул сумку и снова вышел в окно.
- А если я тебя никуда не пущу? - Джесси вышел за ним и удержал за рюкзак. Марк остановился и громко, тяжело вздохнул, раздраженно закрывая глаза на секунду. Не оборачиваясь, он вытащил руки из ручек сумки и начал спускаться без нее. Оказавшись в самом низу, он увидел, что рюкзак полетел вслед за ним вниз и с грохотом упал на землю с восьмого этажа.
- Ублюдок, - тихо пробубнил он и, подняв рюкзак с земли, ушёл.
***
Вам знакомо чувство предвкушения чего-то неизведанного, волнующего, манящего, от чего бегут мурашки по коже и хочется бежать как можно дальше? Прекрасное чувство, но не всем оно нравится. Точнее, мало кому оно нравится. Но иногда желание сильнее страха и ноги сами ведут тебя туда, куда требует душа.
Адама терзали сомнения насчёт того, что он делает, но утро субботы встретило его желанием выйти из дома(что обычно тоже редкость), подняться на крышу и: или встретить Марка, или спрыгнуть с неё, или оба варианта. Перспектив было много, все они были по душе Адаму. Пусть он чертовски боялся высоты, но он поднялся вверх по пожарной лестнице до чердака, в котором он уснул в прошлый раз, как был здесь. Закинув обе ноги через окно внутрь, он спрыгнул с подоконника и случайно задел ногой пепельницу, что лежала на полу у окна. Рядом он заметил свою тетрадь(которую так долго искал!).
- О боже мой, - тихо, стыдливо произнес он, взяв тетрадь в руки открытой страницей. - Он видел это?..
В потоке чувств Адам оторвал страницу из тетради, скомкал ее и выбросил в окно, а саму тетрадь он положил себе в рюкзак. Проследив за тем, как комок бумаги улетает куда-то вкось по прихоти ветра, он вернул свой взгляд обратно в комнату и почему-то захотел подойти к углу с комодом, на котором лежал блок сшитых между собой листов акварельной бумаги. На последней странице был тот же рисунок, что рисовал Марк в его присутствии. Перевернув страницу на обороте он прочитал: "Adam's song".
- Это песня Blink-182? - он тихо комментировал вслух.
Адам отложил блок листов на свое место и прошел дальше. Стены кусками были исписаны словами и рисунками разных размеров и мотивов, на которых он не стал долго останавливаться, и лишь прошёлся взглядом. Где-то мелькали слова из песен некоторых знакомых ему исполнителей и групп и были совсем неутешительными.
Многое из этого я не видел. Они появились недавно.
Тот же старый обшарпанный диван, на котором он спал. На нем лежала акустическая гитара, измазанная краской, то ли случайно, то ли нарочито неряшливо. Кресло переместилось из одного угла в другое, а настольная лампа разбитая лежала на полу, вместе с такой же, пустой бутылкой от какого-то спиртного. Адам подошёл к столу и поднял лампу на свое место, успевая порезать палец об осколки. Он раздраженно шикнул и махнул рукой, в надежде потушить боль. Облизывая раненый палец, он машинально посмотрел вниз, на пол, на котором валялась куча книг и одна единственная изношенная тетрадь. Он поднял ее с пола и открыл первую страницу.
После смерти Стивена я не знаю, с кем делиться мыслями. Буду записывать их сюда, чтобы хоть что-то помнить и давать самому себе советы в будущем.
Самый дорогой человек, уходя из жизни, может и будет всегда рядом, под сердцем, но он больше не сможет обратиться к тебе, как бы больно не было это осознавать. Жил же как-то всю жизнь без отца, и дальше смогу. Правда?
29/9/2015
Другая запись.
Вернулся в детдом. Ни капли не скучал по этим сопливым соседям по комнате. Одна девочка постоянно пристает ко всем парням и просит что-то, как какая-то проститутка. Есть парень, который слишком часто трогает свой член и даже не скрывает этого. Другой - слишком сильно себя показывает, вот петушара. Заехал бы ему по его физиономии за свою остроту. Жилось бы намного легче, если бы они не обращали на меня никакого внимания, и если бы я не обращал на них никакого внимания. Терпеть не могу! Они меня - тоже.
Адам не стал читать все записи, он перелистнул ближе к концу и увидел, что она уже вся исписанная. Где-то в середине начали мелькать рисунки. А на одной странице он увидел себя.
Рядом, на соседних страницах, было много записей. Он начал читать ту, которая лежала под ужасающим его рисунком человека с рогами и двумя разными глазами.
Сегодня мне приснился дьявол. Нет, он не зазывал меня грешить и всякое такое,.. но у него были милые черные рожки на лбу. На его худощавой спине не было крыльев, вместо них между лопаток торчали обугленные кровоточащие отростки, а руки его были изрезаны в кровь крестами. Он сидел в темноте и что-то слабо освещало его фигуру, и он тихо плакал. Сначала я не видел его лица, но слышал эти до жути знакомые звуки боли. "Что случилось?" - обеспокоенно спросил я. Он громко зарыдал и вдруг повернулся ко мне лицом. Два разных глаза смотрели на меня: черный, как ночь, и белый, как день. Он закрыл лицо руками и отвернулся, прижимаясь коленями к животу. "Я не плачу, я не плачу, я не плачу" - судорожно повторял он глухим сиплым голосом. "Я НЕ ПЛАЧУ", - раздался резкий душераздирающий крик. "Дьявол не плачет".
Потом я проснулся. А сегодня увидел этого дьявола вживую и потерял дар речи.
- Первый день, когда я пришел в школу. Я ему снился? И откуда он узнал...
Он на секунду кинул взгляд на свои руки и снова посмотрел в тетрадь.
Хотя люди - удивительные существа. Каждый из них - это коробочка со своими внутренностями, какими-то ценностями, страхами и мечтами. Каждый уникален, 6 миллиардов разных личностей, это же.. офигеть, как много! И удивительно... Марк, запомни, ты пишешь это почти в полночь, сидя на чердаке под светильником и с мыслями о новом парне с темным и светлым глазами, которого ты увидел во сне. А теперь, из этого следует вопрос: как ты мог увидеть его во сне, не встречая вживую? Или, может ты его уже встречал вживую? Может, это просто совпадение и твой разум просто придумал этот образ падшего ангела у тебя в голове, а реальность сыграла злую шутку? Стоп, где-то тут есть подвох. Я сам себя запутал.
- Интересно.
Он ещё видел пару мыслей, записанных до изображения себя, но не захотел читать после первых слов, про любовь, но он захотел прочитать всё. Тем более, Марк походу не собирался сюда заходить, ещё долго.
Адам сел, оперевшись спиной о стеллаж с книгами напротив дивана и открыл первые страницы.
***
How do you stay so strong?
How did you hide it all for so long?
How can I take the pain away?
How can I save
A Fallen Angel
(@Three Days Grace)