9 часть
-Ты мне тоже не безразлична, ещё с первой нашей встречи, ты добрая, весёлая, застенчивая, красивая... одним словом в тебе очень много хороших качеств, я очарован тобой- сказал Ваня взяв мою руку- ты тоже хотела об этом поговорить?
-Да, я тоже хотела с тобой об этом поговорить, ты очень хороший человек, ты очень добрый человек, мне очень нравится проводить с тобой время- сказала я, наши лица были очень близки друг к другу
-Я так рад то что у нас всё взаимно, ты выйдешь за меня?- спросил Ваня
-Да- я была в удивительном состоянии, я не верила то что это со мной произошло
Мы стояли с ним за руки, в какой то момент он успел взять меня за талию и начал приближаться ко мне, наши губы стали ближе, сильно ближе. Мы слились в поцелуе
_____________
Прошёл месяц
Мы обвенчались с Ваней, я была просто на 7 небе от счастья! Чувства Кости оказались не такими уж сложными, он разлюбил меня . Данзас постоянно мямлил про какого то человека в чёрном.Конечно за этот месяц не обошлось и без плохих событий.
_____
На улице у самого выхода стоял арестантский экипаж, а возле него человек в чёрном. Явно ждал их. Тот самый человек, которого Данзас частенько замечал около распоясавшегося Пушкина и пытался убедить себя, что это галлюцинация. Нет, не галлюцинация. Стоит довольно уверенно, реальный человек из плоти и крови, с резким голосом:
-Господин Пушкин, вы арестованы.- друзья Пушкина начали громко хохотать «какой ещё арест?! Пушкина?! За что?!
-Вас Кюхля подослал?-рыдая от смеха выдавил из себя Данзас и отвесил театральный поклон-Передайте ему-преклоняемся!
Но в следующую секунду два жандарма, уверенно чеканя шаг, подошли к Пушкину, взяли его под руки и направились в экипаж.
Смех утих, друзья расступились. Стало приходить осознание того, что это все же не розыгрыш. По спине Данзаса пробежал холодок. Пущин в ужасе не сводил глаз с Александра.
Жандармы твердо и уверенно вели Пушкина к двери. Он в недоумении озирался по сторонам:
- Я цилиндр забыл!
Его слова повисли в воздухе. Только руки жандармов еще крепче впились в локти и резко подтолкнули в экипаж. Раз - и Пушкин уже внутри. Два - и дверь с решетками на окнах перед ним закрылась. Три - он уже едет по темным, мрачным улицам совсем недавно такого радушного, заполненного куражом Пе-тербурга. Словно в другой город попал.