Серая мышка

Прошел день, два, три... Я начинала сходить с ума. Кто-то пытался звонить, я безразлично подносила телефон к лицу и видела надписи: Аделя, Бэтси, Луи. Мне не хотелось говорить с ними.

Я больше не нужна ему

Эта мысль давила. Поедала изнутри. В голове, как в дешевой мелодраме, блуждали воспоминания. Опять. Заново. А собственно, почему я так убиваюсь? Он никогда не обещал ничего. Боялся обещать, потому что однажды, сделал так и не сдержал обещания. Это была мелочь. Он всего лишь тогда не позвонил. Но с тех пор он перестал говорить, то дурацкое слово. Сколько прошло времени? Сколько я уже лежу так? А самое страшное то, что я точно знаю, что ему не до меня. Он не думает в эту секунду обо мне. Не волнуется. А я места себе не нахожу.

Найдя в себе силы, я опустила с кровати ноги. А затем встала. В глазах потемнело. Я их закрыла. Немного постояв, наконец я почувствовала себя лучше. Моему взору представился его букет. Такой красивый. Такой нежный. Я взяла его в руки и безжалостно сломала на несколько частей. Я отрывала лепестки, а иногда бутоны. Мне нужно было на ком ни будь отыграться. Нужно было, чтобы хотя бы что-то связанное с ним чувствовало боль. Такую же, какую сейчас чувствовала я. Пробирающуюся от пальцев ног до самой макушки. Эпицентром было сердце. Оно болело больше всего.

Подошла к зеркалу.

-Какой ужас, что со мной? - я ахнула.

Мешки под глазами, запутанные волосы, выпирающие ребра, ключицы и прочие кости. Я никогда не была стройной. Я была тощей. Всегда считала, что стройность и худоба это разные понятия. Стройная - это красивая. Когда и талия есть и грудь. Талия у меня была, да. Но, ни груди, ни задницы не было. И это некрасиво. Когда-то мне ставили "полное истощение". Просто какой-то парень в школе сказал, что меня надо ставить на ворота и тогда "Мы точно выиграем, потому, что жир поможет ловить мячи". Конечно, он говорил с сарказмом. Но я таких шуток не понимала. Поэтому перестала есть. На время. И довела себя до ужасного состояния.

Поначалу мне все это нравилось. Девушки в школе облизывались, когда видели мои тоненькие ножки. А потом... Потом стали выпадать волосы. И не как обычно. Клочьями. Касаешься, а они так и падают. Потом стало темнеть в глазах. Как-то я чуть не упала в обморок. Постоянные головные боли. Когда меня повели к врачу, мне сказали, что если я не начну есть, то у меня, возможно, не будет детей. С тех пор я перестала худеть. И больше никогда этого не делала.

Но, когда я так сильно поругалась с Гарри, мне попросту не хотелось есть.

Дома никого не было. Родители на работе. Мне было так лень что-то готовить, поэтому я заказала пиццу. В дверь начали стучать. Нет, даже ломиться. Знаете, это начинает мне надоедать. Обычно такой стук ничем хорошим не заканчивается. Я аккуратно приоткрыла дверь.

-Александрина Дэвидсон, какого черта ты не берешь трубку? Я уже так разволновалась, что с другого конца города приехала. Что происходит? - Да, в очередной раз убедилась, что Аделю лучше не злить.

Что-либо говорить не было смысла. Я просто ее обняла и пригласила зайти в дом.
За чашкой чая я ей все рассказала. И про разъяренного Гарри, и про моего нового знакомого Луи. Она внимательно слушала и на моменте, когда я рассказывала, как Гарри набросился на меня, сжала кулаки.

-Я всегда знала, что он полное дерьмо. Мэри, милая, не расстраивайся.

Она обняла меня. В дверь постучали. Наверное, пиццу привезли.

Остальную часть дня мы смотрели фильм и ели пиццу. С Аделей мы смотрим исключительно ужастики. Потому что остальные жанры я могу и одна посмотреть. Когда стало уже совсем темно, я подвезла ее до дома. А вернувшись, увидела знакомую машину возле своего жилища. Родители Беатрис.

Я зашла в дом и, положив ключи от машины на тумбочку, стала разуваться. Ко мне подбежала Бетси.

-Мэри, нас с моей сестрой оставляют у вас на Рождество!

-Здорово. А что? Родители опять уезжают?

-Да, - она погрустнела.

На самом деле, они действительно очень часто уезжают. Я, конечно, понимаю, работа. Но чтобы на Рождество оставить своих детей и куда-то свалить, это слишком. Они в хороших отношениях с моими родителями, поэтому Беатрис с ее восьмилетней сестрой Ванессой часто оставались у нас.

-Мэри! - ко мне подбежала малышка с карими глазами и русыми косичками до пояса. Всегда завидовала ее косам.

-Привет, ребенок, как дела у моего счастья?

-Я не ребенок, - фыркнула она и опять убежала в гостиную.

-Как быстро растут дети, - я заулыбалась.

Весь вечер я провела в компании своей семьи и семьи Бэт. А часов в десять они попрощались со всеми и уехали. По-моему в Венгрию.

Ванесса будет спать на моей кровати, а мы с Бетси на полу. Перед сном я рассказала подруге про Луи. Она так обрадовалась за меня. Сказала, что на вид он довольно милый. Мне нечего было ответить, я лишь улыбнулась. Завтра будем отмечать Рождество. Надо будет покупать всем подарки. Чееерт...

***

Я встала где-то в семь утра. Написала записку, что меня не будет до обеда и уехала в торговый центр. Купила подарки папе, маме, Ванессе. А вот что подарить Бетси я не могла придумать. В итоге купила всякую бижутерию. Надеюсь, ей понравится. Я уже собиралась уйти, как заметила милую футболку с единорогом. Да, Гарри такая бы не помешала, а то он нервный в последнее время. Единороги, вроде, успокаивают. И я уже вертела в руках футболку, как ко мне подошла какая-то брюнетка на высоченных шпильках и вцепилась в вещицу.

-Прости, но я ее первая заметила, - из-за моей скромности я пыталась говорить как можно вежливей.

-Закройся, девочка, тебе в книжный, - она жвала жвачку.

-Вообще-то в любви к книгам не считаю ничего постыдного.

-Ой, завали, а. Отдай, это мое.

-Нет мое!

Она наступила на мои кеды каблуком, и я заметила дырку рядом с началом шнуровки. Я почувствовала, как откуда-то изнутри меня наполняет ненависть. Никто. Никто. Не смеет. Трогать. А тем более ломать. Мои. Вещи.

-Ах, ты крашенная шлюха. Слушай сюда, ущербное создание. Ты ***, - И меня понесло... Вообще-то я милая и скромная, но она порвала мою обувь! Столько мата и оскорблений она в жизни не слышала. Это было видно по ее лицу: выпученные глаза, приоткрытый рот. Кажется, вот-вот зарыдает. Она резко выпустила из рук футболку.

-То-то же. - Я осмотрела ее ног до головы и, презрительно фыркнув, направились к кассе.

Как только я вышла, мне стало стыдно. Ну, нельзя так. Не хорошо. Я обернулась и увидела, как она до сих пор стоит там в той же позе с каменным лицом. Ну ладно, не буду мешать. Я зашагала к машине.

Да, что только рождество не делает с людьми. Наверняка она просто не успела купить подарки. А в торговом центре в эти дни скупают абсолютно все. Повесили бы они этикетки на занавески в примерочных, я уверена, их бы скупили тоже.

Приехав домой, я обнаружила милейшую картину: Ванесса с Бэт помогали готовить маме. Причем делали это с таким серьезным лицом. Ответственные мои. Я к ним присоединилась.

И вот Рождество. Мы все нарядились, накрыли на стол, уже пару минут сидели в гостиной и все вместе смеялись над папиными историями.

Мне приспичило надеть новые туфли. Я поднялась наверх и минуты две искала нужную коробку. Вдруг в комнату ворвалась запыхавшаяся Бетси.

-Мэри, эмм, покажи мне новые платья. Помнишь, мы в детстве всегда так делали.

-Бетси, ты видела все мои платья. Пошли вниз.

Она выставила руки по сторонам и расставила ноги, тем самым загораживая дверь.

-Нет, давай посидим здесь!

-Бэт, ты сошла с ума? - я рассмеялась, но ей было не до смеха. Я попыталась оттолкнуть ее, но она была сильнее. После многих попыток я все-таки выбежала из комнаты.

-Не догонишь, - я смеялась и периодически оглядывалась.

-Мэри, пожалуйста... - Бетси умоляюще вытягивала руки, но продолжала бежать за мной.

Я забежала в гостиную, но продолжала смотреть на Бэт.

-Беатрис, что с твоей физ. подготовкой? - я все еще хохотала.

-Мэри, - меня кто-то позвал.

Я обернулась, и улыбка мгновенно сползла с лица. Я простояла так еще минуту. А потом перевела взгляд на пол и, развернувшись, убежала обратно в комнату.