Chapter 4
"Просто скажи, что в этом мире, мы вместе найдем выход"
Валери Эванс.
После гибели Джонса, я неделями проводила в своей комнате, превращаясь в растение. Мои родители часто стучались в дверь и требовали, чтобы я немедленно ее открыла, но мне было все равно. Все равно, что происходит за этой дверью, все равно на то, что я мало ела и убивала свой организм, все равно на самых близких людей. У меня отняли часть себя и требовали, чтобы я возвращалась к обычной жизни. Мне было плевать на учебу, друзей и все, что происходит за пределами моей комнаты. Не было сил даже встать с кровати, не говоря про подготовку к экзаменам.
Мое тело истощало. Бедра из привычной формы стали похожи на кость обтянутой тонким слоем кожи, руки были в таком же состоянии. Мои яркие и выразительные губы превратились в бледную тонкую линию, а синии круги под глазами еще более добавляли образ зомби. Часто моей едой служило обычное зеленое яблоко и фруктовый салат. Всему организму этого было мало, поэтому, как только я вставала с кровати в глазах мутнело. Не каждому хочется чистить зубы и падать в обморок от бессилия. Но я сама выбрала этот путь. И не скрывая ничего, признаюсь честно, я хотела умереть. У меня не было смысла жить дальше, ведь после всего случившегося я могла только существовать.
Все мечты и великие цели на будущее улетучивались с каждым прожитым днем, как и моя душа. У меня были проблемы с мышлением. В голове было пусто. Я перестала плакать уже на вторую неделю после смерти брата. Возможно мозг не давал мне делать это, оберегая нервную систему от угроз, а может, потому что я больше ничего не чувствовала. Но одно единственное чувство не покидало меня ни на минуту. Чувство отвращения и ненависти к себе. Ненавидела каждую клетку себя. Все свое тело и мой внутренний мир.
Стоя перед зеркалом в своем "скрытом мире" я кричала на свое отражение и пыталась клоками вырвать свои светлые волосы. Царапала кожу до крови и еще больше издавала крики. Еще чуть-чуть и я бы выпила снотворное, навсегда избавляясь от себя, но меня спасли родители. После того случая я начала проходить курс реабилитации с психотерапевтом, восстановила свой режим питания и сна, и даже иногда выходила на прогулки с друзьями. Спустя год, Его образ, который любил появляться в моих кошмарах-исчезал. И через какой-то промежуток времени, Он совсем "перестал приходить"
Летом я продолжила заниматься учебой и избавляться от долгов. Снова полюбила играть на фортепиано и, наконец, уничтожила страх парней и вечеринок.
С каждым новым шагом вперед, гордилась собой и не переставала двигаться дальше. В 18 лет я познакомилась с Кейлом. Мы часто проводили вместе время и именно он помог мне справиться с боязнью парней. Я долгое время не подпускала его ближе, чем роль "лучшего друга" но после ночного сеанса в кинотеатре, мы впервые поцеловались. На губах до сих пор остался сладкий привкус мяты. Я была влюблена в него, доверяла ему больше всех. Поездки в Норвегию и наши любимые вечера, казалось, не сравнятся ни с чем.
Я любила и была любима.
Кейл сделал мне предложение в красивом уголке мира. На одной из байдарок в Венеции. С этим воспоминанием ассоциируется теплое чувство любви. Именно она летала между нами. Казалось мне.
Не успело кольцо с маленьким бриллиантом задержаться на моем безымянном пальце, как оказалось в моей сумке. В кармане, который я никогда не открывала.
Кейл переспал с нашей общей знакомой за неделю до свадьбы. В тот день мы вместе пришли на день рождения к Беверли, но ушли раздельно. Он часто звонил мне и просил встреч, но мне было тошно видеть его. Его чертовски красивые и любимые глаза.
Я могла простить абсолютно все. Но не предательство. На сколько больно мне бы не было, я не смогу поступить иначе, как вычеркнуть этого человека из своей жизни. Моя жизнь доставляет мне много боли и если я выдержала два сильных удара в сердце, то это не говорит о том, что выдержу третий.
***
--ты серьезно!? Боже, Валери! Про этот день знают все, но ты, видимо, исключение. И да, мне плевать, что ты не любишь гонки, сегодня мы идем наслаждаться вечером и смотреть на горячих парней, в не менее горячих костюмах и в не менее горячих тачках, я знаю, тебя это заводит - голос Беверли мог услышать каждый житель, живущий в Северной Дакоте, учитывая, что мы находимся в Сан-Франциско.
--Бев, у меня на сегодня другие планы и никакие тачки и сексуальные парни в них не входят.
--Мисс Эванс, я знаю, что вы слишком ответственно относитесь к своей работе и добропорядочный сотрудник, но сегодня пятница! А этот красный день в календаре говорит о том, что пора наслаждаться жизнью и забыть про рутину-специально делает сильный выдох, показывая свои актерские умения.
--это не красный день календаря
--это неважно. Ну пожалуйста, Валери, мы хорошо проведем этот вечер. Я знаю, что у тебя не все в порядке, но я так хочу помочь тебе и вытягивать тебя на тусовки, чтобы ты не кисла. Хочешь после этого поедем ко мне и ты мне все расскажешь?
--Во сколько гонки?
--в 11, мы с Арчи заедем за тобой.
--Арчи?
--да, мой новый парень.
--тебе пора прекратить использовать парней, Бев. Добром это не кончится.
***
Переходя из одной арки в другую, мы наконец оказались на другой стороне улицы. Все было во мраке, кроме самой автомобильной полосы, на которой уже стояли спортивные машины. Мне никогда не нравились такие места и азарт не приносил мне много удовольствия. Запах бензина и резины резко ударил в голову и я незаметно сморщилась, что не скажешь о моей подруге-Беверли. Эта темноволосая и хитрая девушка любила все, что связано с риском и страхом, этим мы и различались.
Крик пьяных людей, рев спорткаров и бесстрашие гонщиков, что может быть хуже?
Засунув одну руку в карман черной кожаной куртки, другой я вливала пиво. Мне было скучно, но я не должна подавать вида и расстраивать Бев, зная, как это нравится ей.
Внимательно, разглядывая каждый автомобиль, и людей находившися около них, я думала не о предстоящей гонке, а о том какое здесь дерьмовое пиво.
Внезапно, я наткнулась на знакомый силуэт. Парень сидел на капоте машины и затягивался сигаретой. Его челка спадала на лицо, поэтому он провел рукой по своим темным волосам. Он сидел спиной ко мне и умиротворенно выпускал дым из своих губ, но даже так я была уверена, что это Он.
Парень из бара.
В третий раз он заставляет меня покрыться мурашками и сильнее застучать сердце. Меня выводит это. Мое тело не должно так реагировать на него.
Он отбрасывает окурок и, надев черный матовый шлем, садиться в спорткар, а я продолжаю стоять на месте, допивая алкоголь и думая над этой ситуацией.
Он точно не флорист.