10.
Сквозь повязку просачивается раздражающий свет. Настолько раздражающий, что хочется кричать. Чувствую, как кто-то сидит рядом со мной и смотрит. Наверное, мама.
Двигаю руками, пытаюсь встать, но тщетно.
— Он пришел в себя! О боже, — воскликнул грубоватый голос Билли. Она, действительно, со мной. Сразу же приходит в голову снять гребанную повязку, чтобы взглянуть на нее и убедиться, что с ней все в порядке.
— Люк, не стоит, — на моем имени ее голос ломается. Я не слушаю девушку и продолжаю снимать ткань. — Я помогу тебе.
Ее нежные руки касаются моей кожи и осторожно развязывают повязку. Я наконец-то открываю глаза и вижу ее обеспокоенные заплаканные глаза. Тушь размазалась по ее лицу, а опухшие губы местами вздрагивают. Она кажется мне такой слабой и незащищенной.
— Прости меня, Люк. Прости, пожалуйста, — тихо говорит она.
— Твои глаза, — бормочу я, игнорируя ее. — Они..они цвета листьев.
— Что?
Я вмиг целую непонимающую Билли и в это же время осознаю, что кто-то купил цветные краски, решив разукрасить мою жизнь.
Вот она — жизнь в цвете.
The End